Нет дыма без огня - Сандра Браун

Кейто пожал плечами:

— Ну, я был в заключении… кому ж понравится…

Она не стала его обманывать и убеждать, что пребывание в тюрьме не имеет никакого значения при поступлении на работу в «Нефтяную компанию Такетт». Джоди и слышать не захочет о таком служащем. Однако Джейн Элен не могла его отпустить, не приободрив хотя бы словом.

— У вас есть еще какие-либо возможности?

— Ничего, о чем стоило бы упоминать. — Он надел шляпу, надвинул ее глубоко на лоб. — Извините за беспокойство, мисс Такетт.

— До свидания, мистер Кейто.

Он попятился, открыл дверь и вышел.

Джейн Элен вскочила со стула и быстро подошла к окнам. Через жалюзи она видела, как он сел в пикап и отъехал от дома, на шоссе повернув в сторону бара «Под пальмой».

В еще более подавленном настроении она вернулась за письменный стол. У нее скопилось много работы, но на этот раз она позабыла о дисциплине, которой безоговорочно себя подчиняла. Вместо этого она снова взяла анкету, заполненную Бови Кейто, и внимательно прочитала все ее пункты. В графе «семейное положение» он поставил крестик возле слова «холост». Графа «ближайшие родственники» оставалась пустой. Внезапно Джейн Элен осознала, что занимается ерундой. Она как бы примеривалась взять его на работу, хотя ничего ему не могла предложить. А если бы у нее и оказалась вакансия, то с Джоди случился бы нервный припадок, прими Джейн Элен на работу бывшего заключенного.

Сердясь на себя за то, что так бездарно растратила половину утра, она засунула анкету Бови Кейто в нижний ящик стола и принялась за бумаги.

— Только не этот галстук, ради бога, Фергус, — сердилась Дарси Уинстон. — Разве ты не видишь, что он не подходит к твоей рубашке?

— Ты же знаешь, кисонька, что я дальтоник, — оправдывался тот.

— А я нет. Поменяй-ка его вот на этот. — Дарси сняла другой галстук с вешалки в стенном шкафу и сунула его в руки Фергусу. — И поторапливайся. Сегодня мы будем в центре внимания, нам нельзя опаздывать.

— Я уже предупредил, что мы задержимся. Целый автобус пенсионеров остановился в мотеле без предварительной брони. Тридцать семь человек. Очень симпатичные люди. Я помогал их разместить. Они две недели провели в Харлингене, строили баптистскую миссию для мексиканцев. Организовали там воскресную школу. Они говорят, что мексиканским ребятишкам очень понравились взбитые сливки с фруктами.

— Прошу тебя, Фергус, мне это неинтересно, — нетерпеливо прервала его Дарси. — Одевайся быстрее. А я пойду потороплю Хэвер.

Дарси прошла по коридору к спальне их единственной дочери.

— Хэвер, ты готова? — Дарси постучала в дверь и тут же вошла, не ожидая разрешения. — Хэвер, сейчас же положи трубку и одевайся!

Шестнадцатилетняя Хэвер прикрыла микрофон рукой.

— Я уже готова, мама. Просто мы болтаем с Таннером, пока есть время.

— Времени уже нет. — Дарси выхватила трубку из рук дочери и сладко пропела в нее: — До свидания, Таннер, — после чего положила трубку на рычаг.

— Мама! — воскликнула Хэвер. — Как можно! Мне стыдно за тебя. Это невежливо по отношению к Таннеру. Зачем ты так?

— Потому что нас давно ждут в школе.

— Но еще нет и половины седьмого. А мы должны приехать туда к семи.

Дарси направилась к туалетному столику дочери, порылась среди флаконов, нашла подходящие духи и побрызгала на себя.

Хэвер с досадой спросила:

— У тебя полно своих духов. Почему ты берешь мои?

— Ты слишком много болтаешь по телефону с Таннером. — Дарси оставила без внимания протест Хэвер.

— Неправда.

— Молодые люди не любят девушек, которые вешаются им на шею.

— Мама, прошу тебя, оставь в покое мою шкатулку. После тебя там полный беспорядок. — Хэвер протянула руку и захлопнула крышку шкатулки.

Дарси оттолкнула ее руку и с вызовом вновь открыла голубую бархатную коробку.

— Что ты там от меня прячешь?

— Ничего!

— Может, ты куришь марихуану?

— Нет, не курю!

Дарси картинно порылась в шкатулке, но не нашла ничего предосудительного.

— Ну что? Удостоверилась?

— Не смей мне противоречить, девочка! — Дарси со стуком закрыла шкатулку и критически осмотрела Хэвер. — Пока есть время, сотри тени. Ты смахиваешь на уличную женщину.

— Неправда.

Дарси вытащила бумажную салфетку и сунула ее дочери.

— Ты, наверное, и ведешь себя соответственно, когда встречаешься с Таннером Хоскинсом.

— Таннер меня уважает.

— Так я и поверю. У него на уме только одно: как бы с тобой переспать. Впрочем, они все только об этом и думают.

Не слушая оправданий дочери, Дарси вышла из комнаты и спустилась вниз, вполне довольная собой. Она считала, что родители никогда не должны позволять детям брать верх над ними, и поэтому постоянно давила на Хэвер. Она требовала от девочки отчета за каждую минуту, проведенную вне дома. По мнению Дарси Уинстон, только родители, досконально знакомые с жизнью своих отпрысков, способны держать их под контролем.

В целом Хэвер была достаточно послушна. Уроки и школьные мероприятия занимали практически все ее время, так что возможность попасть в какую-нибудь историю сводилась к нулю; но летом, когда у Хэвер оставалось куда больше свободного времени, соответственно возрастал и риск нарваться на неприятность.

Бдительность Дарси опиралась не столько на материнский инстинкт, сколько на собственный опыт, приобретенный в те годы, когда она была одного возраста с Хэвер. Ей знакомы уловки, к которым прибегают подростки, чтобы обмануть легковерных родителей, потому что она сама использовала их все до одной. Больше того, изобрела множество новых.

Если бы мать Дарси оказалась более строгой, более внимательной к поведению дочери, юность Дарси не пронеслась бы столь мимолетно. Ей не пришлось бы выйти замуж в восемнадцать лет.

Отец их бросил, когда Дарси исполнилось всего девять, и, хотя сначала она сочувствовала матери, скоро это сочувствие сменилось презрением. С годами презрение переросло в открытое неповиновение. В возрасте Хэвер она уже связалась с дурной компанией, участники которой напивались до чертиков всякий вечер и не считали предосудительным обмениваться партнерами в любовных забавах.

Дарси с огромным трудом удалось закончить школу, ибо это ее интересовало меньше всего. В лето после получения аттестата она забеременела от ударника в джаз-оркестре. Она разыскала его где-то в Луизиане, но музыкант отрицал даже знакомство с нею. Несколько опомнившись, Дарси даже обрадовалась, что он от нее отказался. Бездарь, тупица, он тратил целиком свой заработок в оркестре на все, что можно курить, нюхать или колоть.