День рождения Сяопо - Лао Шэ

надо спрашивать! А вдруг этот глаз больше, чем ее собственный? Что тогда?

Сяньпо взяла доску, поводила по ней пальчиком и сказала:

— «Подойди! Слепая…» Ой! Нет! «Дорогая кошечка!» Она подойдет, а я сразу приложу доску к ее мордочке. Ты слушай! Прыг — и глаз перепрыгнет к кошке. И у старой кошки Саньдо станет два глаза! Вот она обрадуется! Правда?

— Неизвестно! — Сяопо подумал немного.— Может, и не обрадуется. Сама подумай. Лишний глаз — лишние хлопоты. В конце концов, с одним глазом не так уж плохо. Спать ложишься — закрываешь только один глаз, просыпаешься — открываешь только один глаз. А когда смотришь в калейдоскоп, непременно надо прикрывать второй глаз; если же всего один, то ничего не надо! В общем, с одним глазом куда удобнее. Правда?

— Правда! — отозвалась Сяньпо, хотя понятия не имела о том, что такое калейдоскоп.

Беседу их прервал голос мамы:

— Идите кашу есть!

— Сяньпо еще не умывалась,— ответил Сяопо.

— Пусть быстрее умывается.

— Сяньпо, ну-ка умываться! Живо! — Сяопо посадил сестренку на спину и понес ее к умывальнику.

Когда они вышли к завтраку, папа, мама и старший брат уже сидели за столом. Мама каждому положила каши. Но только Сяопо собрался взять свою чашку, как мама сказала:

— Поклонись сначала отцу.

— Зачем? — удивился Сяопо.

— Глупенький! Ведь сегодня день твоего рождения! Ты должен низко поклониться.

— А можно поклониться так, как в Новый год?

— Нет, нельзя! — улыбнулась мама.

— Почему? — спросил Сяопо сестренку, но Сяньпо ничего не ответила, она смотрела в этот момент на папу.

— Новый год — это Новый год. Л сегодня без земного поклона не обойтись. Ведь это день рождения! Мы вырастили вас такими большими, а ты не хочешь поклониться папе! Кланяйся без разговоров! — сказал отец с улыбкой.

Сяопо встал на колени и спросил:

— А сколько раз кланяться?

— Нужно поклониться три раза,— объяснила мама. Поклонившись отцу, Сяопо хотел сесть за стол, но отец сказал:

— Погоди, ты должен поклониться еще маме! Сяопо поклонился маме, тогда старший брат сказал:

— А мне?

Сяопо притворился, будто не слышит, сел за стол, а потом сказал брату:

— Дашь посмотреть картинки — поклонюсь!

— Нарочно не дам. Будешь кланяться?

Сяопо ничего не ответил и повернулся к сестренке:

— Сяньпо, хочешь, я тебе поклонюсь? — Сяопо встал на колени.

— Не нужно кланяться сестричке! — рассмеялась мама, а вслед за ней и отец.

— А я хочу поклониться: я очень люблю мою сестренку.

— И я хочу поклониться! — сказала Сяньпо и тоже опустилась на колени.

— Мы вместе будем кланяться. Давай, Сянь! Раз! Два! Три! — скомандовал Сяопо.

И они стали кланяться.

— Еще раз! Еще раз! — Они кланялись и постепенно приближались друг к другу, пока не стукнулись лбами. Сяопо был сильнее и одолел сестренку.

— Ну ладно, ладно! Хватит вам, идите есть кашу! — сказала мама, вытерла им руки, и все сели завтракать.

В обычные дни каши можно было есть сколько угодно, а сладкого печенья давали всего по одному. Но сегодня печенья на столе было много, и каждый ел сколько хотел. Сяопо даже не помнил, сколько съел. Он ел и думал, когда же они всё съедят? Но потом он вдруг вспомнил, что нужно еще оставить для Чэньма и еще для Эрси. И он сказал брату:

— Хватит есть! Давай оставим немножко для Чэньма! Отец улыбнулся и сказал:

— Молодец, умница!

Сяопо обрадовался и, воспользовавшись случаем, попросил отца:

— Папа, пойдем в зоопарк, на обезьян посмотрим! А брат сказал:

— После обеда пойдем в кино.

— Давайте пойдем сейчас в зоопарк, а после обеда в ки… ки…— Сяньпо не знала, что такое кино, и потому не могла выговорить это слово.

Папа был сегодня очень добрым и готов был исполнить любую просьбу.

— Ну-ка бегом одеваться! Пойдем в зоопарк, пока хорошая погода. Сяньпо, заплетай косы, только быстро!

Все заторопились.

Старший брат и Сяопо надели белые костюмчики и форменные шапочки, а сестренка — светло-зеленую курточку, брючки и вышитые туфельки. Ее волосы были тщательно расчесаны и блестели. В косу она воткнула живой цветок.

Они ехали на трамвае. Наконец впереди показался утопающий в зелени зоопарк.

«Деревья в зоопарке совсем не красивые, а если бы они и были красивыми, все равно на них никто не обращал бы внимания,— подумал Сяопо.— Оборвать бы все листья у пальм и цветы — из-за них не видно обезьян». Сяопо все больше и больше сердился на деревья. «Обезьянки, ну выходите же!»

— А я вижу обезьянкин хвостик! — закричала вдруг Сяньпо.

— Где?

— А вон там на пальме! Видишь?

— Ой! В самом деле! Такая маленькая-маленькая!.. Скорей иди сюда, мы дадим тебе орехов. Скорее!

Старший брат принес с собой бананы, сестренка набила карман орехами — это было угощение для обезьян. Все трое помчались вперед, оставив отца далеко позади.

В зоопарке так густо росли деревья, что он был похож не на парк, а на джунгли. К стволам деревьев, обвитых лианами, жались кустарники. Пальмы с их огромными листьями образовали сплошную стену. Дул легкий прохладный ветерок, и все вокруг было окутано зеленоватой дымкой. Без умолку звенели сверчки — так приятно было их слушать. Вот, оказывается, какой дом у обезьян. Здесь их было видимо-невидимо — и на стволах, и на ветках, и под листьями,— самые разнообразные: светло-желтые и серенькие, большие и маленькие, с хитрыми глазками. Обезьяны большие проказницы, и все они очень милые зверьки. Особенно интересно наблюдать за матерью-обезьянкой, когда она, ухватив своего детеныша, начинает прыгать с ним, будто настоящая мама со своим ребенком. Самой забавной была серенькая обезьянка с коротенькой шерсткой. Она непрерывно вертела своей кругленькой головой: то тут потрогает лапкой, то там. Она была очень любопытной и везде поспевала. Прыгала ее мама по деревьям или ходила по земле, маленькая обезьянка не отпускала ее ни на минуту и все время жалась к ней, видимо, боялась упасть. Как все это интересно!

Сестренка бросила обезьянам горсть орехов. Что тут началось! Со всех сторон со свистом и визгом на орехи набросились обезьяны: одна, другая, десятая… пятнадцатая… сотая. Сосчитать их было совершенно невозможно. Некоторые, ухватив орех, тут же садились и грызли его. А с каким аппетитом они ели! Только и мелькали их