Заря империи - Сэм Барон

Возвращаясь в комнату, он увидел, что из небольшого отверстия, служившего трубой, поднимается дым. Внутри он нашел Треллу, которая грела воду на огне. Дыма оказалось не меньше, чем огня. Буханка свежего хлеба лежала на столе, от нее приятно пахло. В единственной треснувшей миске лежала темная колбаса.

Он, как идиот, уставился на девушку и не мог не улыбнуться, когда она к нему повернулась. Трелла наблюдала за ним, пока он садился за стол, потом снова повернулась к почерневшей медной посудине с вмятинами в нескольких местах. Трелла взяла ее тряпкой, отнесла к столу и налила теплой воды в деревянную чашу перед ним.

— Доброе утро, господин, — сказала она ничего не выражающим тоном и поставила посудину на стол.

— Я думал, что ты сбежала. Когда я проснулся и увидел, что тебя нет, я решил, что ты выскользнула ночью.

— И что бы ты сделал, если бы я сбежала? — спросила она, все еще не выражая никаких эмоций.

— Я отправился бы за тобой, Трелла.

Он протянул руку через стол и коснулся ее руки. Он получил удовольствие от прикосновения к ее коже, и мысли вернулись к прошлой ночи.

— Завтра тебя ждет разговор с Никаром, как всем известно. Как бы ты отправился за мной в погоню, если ты с ним встречаешься?

— Есть вещи, которые для меня важнее, чем Никар и Орак. Если ты когда-нибудь от меня сбежишь, я отправлюсь за тобой.

У нее на лице появилась улыбка и мгновенно превратила ее в юную девушку. Она коснулась его руки.

— Я не сбегу, по крайней мере сейчас, — сказала она более мягким тоном. — Ешь свой завтрак, господин. Тебе сегодня многое предстоит сделать, чтобы подготовиться к завтрашней встрече.

— Тогда присоединяйся ко мне.

Он разломил хлеб, на две части, затем так же разорвал колбасу. Трелла отнесла кастрюлю назад к огню и вернулась к столу. Она взяла колбасу, откусила, но большую часть вернула на тарелку.

— Тебя впереди ждет долгий день, и тебе нужны силы, — сказала Трелла, кивая на мясо. — Кроме того, рабу не подобает есть столько же, сколько ест хозяин.

Эсккар запил хлеб теплой водой, затем подтолкнул колбасу к Трелле.

— Ешь, женщина. Тебе потребуются силы сегодня ночью.

Она покраснела от смущения и отвернулась.

Женщины — загадочные существа, решил Эсккар. Ночью дерут тебе спину, срывая кожу, а утром отказываются встретиться с тобой взглядом. Он сменил тему.

— Как ты за это заплатила? Крета дала тебе несколько монет, перед тем как ты покинула ее дом?

— Эта старая корова? Она мне ничего не дала, только забрала несколько принадлежавших мне вещей. Нет, я просто спросила у стражника, где взять еду, затем отправилась к уличному торговцу с самой лучшей улыбкой. Я сказала ему, что я — женщина Эсккара и мне нужна еда тебе на завтрак. Ом дал мне хлеб и колбасу. Я сказала ему, что ты с ним расплатишься позднее.

— И он дал тебе еду? — пораженно спросил Эсккар. Никто в деревне никогда не давал ему ничего в долг.

— Он был рад помочь, — она некоторое время жевала кусочек хлеба. — Господин, могу я кое-что сказать?

Он резко поставил чашу с водой на стол.

— Говори, что хочешь, Трелла. Вчера ночью я сказал тебе, что ты будешь больше, чем служанка, и мне потребуется твоя помощь. Так что говори, что ты думаешь.

— Мужчины забывают по утрам то, что говорили ночью, — она играла с крошками хлеба, рассыпанными на столе перед ней.

— Точно так же женщины много чего говорят, чтобы получить желаемое. Что ты хочешь, девочка? Ты хочешь уйти? Или вернуться к Никару? Я не стану тебя останавливать, если ты этого хочешь. Так что говори, и давай с этим покончим.

Она снова коснулась его руки, затем подняла на него глаза.

— Эсккар, я просто девушка. Нет, даже не так, я рабыня. Но прошлой ночью, после того как ты заснул, я долго думала о том, чего хочу.

Она убрала руку.

— Мой отец мертв, моей семьи больше не существует, они или мертвы, или проданы в рабство, так что я никого больше из них не увижу. Поэтому прошлой ночью я решила, что хочу остаться и помочь тебе. Помочь тебе справиться с варварами. Потому что, если ты добьешься успеха, у тебя будут богатство и власть и ты сможешь основать собственный дом. Именно этого я хочу сейчас — быть частью твоей семьи. Поэтому я помогу тебе так, как только смогу.

Какое-то время он просто смотрел на нее.

— Прошлой ночью, в темноте, я стал сомневаться, на самом ли деле смогу защитить деревню от варваров. Сегодня утром это кажется еще более невероятным.

— Я тебе помогу, Эсккар. — Она склонилась через стол. — Я уверена, что в состоянии помочь. Именно поэтому Никар отдал меня тебе. Но ты должен рассказать мне все — твои мысли, планы. Все.

Он смотрел в миску, обдумывая ее просьбу. Он ни с кем не подружился в Ораке, не доверял ни одному мужчине настолько, чтобы поделиться своими сомнениями. Гат и остальные мало что могли предложить. Эсккар не сомневался, что лучше них понимает, что следует сделать.

Он мог поговорить с Никаром, но Эсккар не хотел так скоро делиться с правителем Орака своими опасениями. Нет, у Эсккара не было никого, кому бы он мог довериться. Никар говорил, что девочка будет полезна, так что он вполне может побеседовать с ней, как и с любым другим человеком. Только он сомневался, что она поможет. Тем не менее он ничего не терял, доверяясь ей.

Но он все равно колебался. Она из дома Никара. Возможно, все то, что ей скажет Эсккар, будет передано в дом ее прошлого хозяина. Даже если Никар доверяет своему новому начальнику стражи, купец все равно может желать знать тайные мысли Эсккара. Но ее отдали ему, не дали попользоваться, да и ненависть между ней и Кретой выглядела неподдельной.

— Господин, я не стану никому повторять то, что ты мне скажешь.

Он подумал, не умеет ли она читать мысли. Эсккар наполовину верил, что прошлой ночью она использовала какой-то заговор. В конце концов его убедил ее взгляд. Трелла смотрела так напряженно, что, казалось, этот взгляд проникает в его мысли. Она перегнулась через стол и ждала, когда он примет решение.

— Я расскажу тебе то, что знаю, Трелла, — начал он. — Но я не понимаю, как ты можешь помочь.

— Не исключено, что я в состоянии сделать больше, чем ты представляешь. Меня с детства обучали многим вещам. Мой отец принадлежал к высшему сословию и учил меня понимать их образ жизни и мыслей. Пока он работал, я сидела у его ног и слушала, что он советует правителю нашей деревни. И я многое узнала в доме Никара. Поскольку я умею писать и считать, я почти каждый день работала с Никаром и его помощниками. Я слышала, как они обсуждали Орак, достопочтенного Дриго и других господ из высшего сословия.