Пироскаф «Дед Мазай» - Владислав Крапивин

Мальчик, слегка изогнувшись, опёрся плечом о каменного идола и глянул на путешественников. У него были блестящие, как чёрные бусины, глаза, вздёрнутый поцарапанный нос, круглые щеки и толстые, будто у негритёнка губы. Он растянул их в улыбке и сказал без всякой дворцовой важности, по-хорошему:

— Я про вас знаю. Вы Том и Донби с парохода «Дед Мазай»… — голос был тонкий, как у свирели, и весёлый

Видимо, негритянские губы мальчишки понравились Донби, напомнили родину. Он светски шаркнул правой ногой (полетели пучки травы). А Сушкин почему-то застеснялся, помигал и сбивчиво выговорил:

— Ага… А ты кто?

— Я наследник Юга…

— Какого Юга? — Сушкину стало неловко от своей непонятливости. Наследник переливчато засмеялся:

— Имя такое — Юга. Сокращённое от «Юхан». У нас в династии западная кровь, Юханом звали прадедушку, герцога Бочкотарского. А меня — в его честь.

До Сушкина в конце концов дошло:

— А! Здесь кино снимается, да?

— Что? — весело удивился юный герцог. — Может быть, и снимается, не знаю. А я не из кино, я настоящий наследник!

Ясно, что Юге нравилась его роль. И Сушкин охотно подыграл:

— Значит тебе… вам надо говорить «ваше сиятельство»?

Наследник Юга засмеялся опять:

— «Высочество»… Но не надо, я не люблю. Просто «Юга»… — Он вдруг прислушался. — Ну, опять за мной гоняются. Мне пора. Мы ещё увидимся!..

Юга вздёрнул на боку тельняшку. Под ней оказались пышные коротенькие штаны из оранжевых и серебристых полосок. С карманом. Из кармана Юга выхватил блестящий свисток, дунул. Сигнал был как у футбольного судьи. И тут же примчался… трёхколёсный велосипед. С медным изогнутым рулём и похожим на кофеварку моторчиком под рамой.

— Прадедушкин, — объяснил наследник Юга. — Только двигатель новый, на кашеварии. — Похлопал по бархатному седлу, прыгнул на него, лягнул воздух полусапожками. Велосипедик встал на задние колёса, как резвая лошадка на дыбы. Брякнул звонком. Юга вскинул руку в полосатом обшлаге.

— Я поскакал! Пока! — И прадедушкин конь мигом унёс его за кусты и камни.

Сушкину был и весело, и немного печально: так быстро расстались. Конечно, Сушкин обещал себе не заводить близких друзей, но… «Но он ведь пообещал, что ещё увидимся», — вспомнил Сушкин.

Третья часть

Дельта

Столбы и за Столбами

Получив порцию кашевария, «Дед Мазай» вновь обрёл бодрость. Кормой вперёд выбрался из бухты и направил нос к дальним горизонтам. Зелёный вымпел с жёлтым зайчонком жизнерадостно полоскал на мачте. А на корме вздымался под ветром сине-белый флаг Воробьёвского пароходства. Трепетали в потоках встречного воздуха ленты Сушкинской бескозырки.

Внизу, в машинном отделении, бодро ходили туда-сюда шатуны с полированными штоками поршней Сушкину нравилось глядеть на них. Он поглядел и снова выбрался наверх.

— Жизнь прекрасна, — заявил капитан Поддувало, потягиваясь в дверях рубки. Сушкин был с ним согласен. Однако подумал, что она будет ещё лучше, если в ней больше не случится таких, как вчера, бурь.

Донби, кажется, угадал его мысли.

— Конечно, бури ещё будут не раз… — мягким голосом сообщил Бамбало. А Донби мужественно добавил: — Однако мы их пр-лер-одолеем… Не так ли, наш храбрый Том?

— Козе понятно, — ответил Сушкин привычной детдомовской поговоркой (и проглотил холодный комок).

Откуда-то появилась Изольда. Села у трапа на задние лапы, стала умываться, будто кошка.

— Судя по всему, наша пассажирка великолепно перенесла непогоду, — заметил капитан.

— Она уже не пассажирка, а член команды, — заметил Сушкин. — Заслуженная корабельная крыса. — И не удержался, небрежно спросил: — А что показывает барометр? Какая будет погода в ближайшие дни?

— И в ближайшие, и в дальнейшие она будет прекрасная, — сообщил капитан Поль. — На просторах Дельты дни всегда отличаются ровным атмосферным давлением и спокойными ветрами. Так что, если нашему Тому хочется новых шквалов и гроз, придётся подождать до осени.

— Жаль, — нахально сказал Том и потрогал колечко (чтобы судьба не дала ему новую взбучку за вранье). — А скоро будет Дельта?

Капитан с удовольствием объяснил:

— За Столбами. А Столбы вот они, впереди.

Река Томза делалась уже, берега выше. На них возник одноэтажный городок. Тому подумалось, что он похож на Сент-Питерсборо из книжки Марка Твена. За городком поднимались две высоченные скалы. Видимо, это и были Столбы. Но им больше подошло бы название Клыки. Они походили на два острых зуба в пасти великанского зверя (Том поёжился). Между водой и домиками с двух сторон тянулись дощатые причалы. По ним бежали мальчишки с разноцветными шарами и вертушками, махали руками. Но они быстро отставали, потому что течение нарастало и резво увлекало «Деда Мазая» в проход между скалами. И вдруг Том увидел, что каменные столбы соединяются чёрным кружевным мостом. Таким низким, что он обязательно должен был зацепить мачту и трубу, а возможно, и крышу рубки. И остальные это увидели. Электронный навигатор Куда Глаза Глядят завопил не своим голосом:

— Полундра! Впереди препятствие! Даю задний ход! — И он дал его со всей энергией, которую получил после недавней порции кашевария. То есть попытался дать. Пироскаф содрогнулся — это гребные колёса завертелись в обратную сторону. Однако, «Дед Мазай», хотя и тихо, но продолжал двигаться к скалам. Течение было сильнее старинной машины пироскафа.

— Клянусь Африкой, дело пахнет форс-мажором, — озабоченно сказал Бамбало. А капитан Поль высунулся из окна рубки по пояс и тонким голосом завопил в мегафон:

— Эй, в диспетчерской! Вы что, дрыхнете там?! Разводите мост! (Он прокричал и другие слова, но автор не считает возможным их здесь приводить.)

У подножья скалы стоял двухэтажный домик с балконом. На балкон выскочил грузный дядька в капитанской фуражке. Радостно замахал руками:

— О-о! Да это Поль Поддувало?! Привет, старина!

— Привет, Кузьма! Разводи мост, бездельник, пока не наделали дров! — Мост приближался.

— Развожу, развожу!.. — Решетчатые половинки моста поехали вверх. И вовремя! Мачта и крыша рубки лихо проскользили между ними. Сушкин даже пригнулся. На миг скалистые зубцы нависли над пироскафом и быстро ушли назад.

— Уф… — незнакомым голосом сказал навигатор КГГ.

Пузатый диспетчер выскочил на балкон с другой стороны скалы.

— Эй, Поль! А как вы вернётесь с Дельты? Ведь мост разводится только один раз в навигацию! Вы израсходовали лимит!

— Приделаем крылышки! — сердито пообещал капитан. — Ладно, будь здоров!..

Колёса всё ещё работали на задний ход, и скорость была невелика.

— Подожди! — голосил вслед диспетчер! — Поль, я забыл сказать! Тут вас ждёт пассажирка! Дама!.. — Рядом с ним выскочила на балкон обширная тётенька в чёрном, словно обрызганном дождиком платье. Замахала сумочкой.

— Господин капитан! Поликарп Поликарпович! Господин Поддувало! Возьмите меня! У меня срывается командировка!

— Но сударыня! — заголосил в рупор капитан. — Мы не можем подойти к пирсу, нас разобьёт о сваи! Вы же видите, какое течение!.. Мы будем ждать вас на очередной пристани!

Течение было здесь уже не очень сильное, а обратный ход колёс теперь вообще гасил скорость. Можно было бы прижаться к причалу. Но капитан деловито скомандовал:

— Бэн, давай вперёд!

— Но господин капита-ан!.. — растаяло вдали.

Капитан Поддувало выключил мегафон и теперь беседовал с диспетчером по мобильнику.

— Что? Почему заранее не сообщил, чтобы развели мост? Да ты проболтался бы этой особе, и она уговорила бы тебя доставить её на «Мазай»…

— Что? Где взяли такой замечательный пароход? Это подарок судьбы!

— Что? Куда идём дальше? «Куда глаза глядят», как говорит наш неутомимый Бэн… Ха-ха! Просторы Дельты необозримы!..

Что такое Дельта, Сушкин, конечно, знал. Дельтами называю разветвления больших рек перед их впадениями в моря, большие озера или заливы. Русло реки разбивается на протоки, каналы, рукава. Некоторые сами по себе бывают шириной в реку. Они то сливаются, то разъединяются, образуют заводи, проточные озера и болотистые низины…

Интересно, что Дельта реки Томзы изучена довольно мало. В речных лоциях сведения неточные, на картах водных путей тоже много путаницы. И даже на снимках, сделанных со спутников, нет ясности, потому что снимки эти бликуют от множества разбитых на осколки водных поверхностей.

Теплоходы и катера не раз подолгу плутали здесь, прежде чем выбраться к нужной пристани. Понятно, что у инспекторши ИИ Контробубовой не было никакой надежды отыскать ушедший в заросшие протоки пироскаф.