Приятно тебя общать - Ирина Евгеньевна Кикина

Бог-хитрец тишком спустил свои творения с небес на землю.

— Ищите других богов, они мудрее меня. Только не говорите, что это я вас создал, ибо они ревнивы и захотят отомстить. Если чего-то хотите, прославляйте их погромче, просите, они поломаются-поломаются, но потом всё дадут. Видите, это земля. Всё вокруг — ваше. Если встретите других людей, которые будут говорить, что это не так, не верьте, бейте их без жалости. Держитесь только своих, любите только своих, все прочие — недолюди и враги. Ловчите, блудите, интригуйте, предавайте. Обманывайте, мучьте, воруйте, воюйте. В общем, делайте всё, чтобы мудрым богам интересно было за вами наблюдать. И храмов им побольше стройте. Таков мой вам завет.

Осчастливленные человечки сплочённой ватагой двинулись выполнять своё предназначение. А их создатель довольно улыбнулся и занялся любимыми горшками. В ближайший десяток тысяч лет его уж точно не потревожат.

Два императора

Были, значит, две космические империи. Ну, и соответственно, два космических императора. Как-то так повелось, слово за слово, голографировали друг другу, всякие сообщения посылали. Потом стали, значит, знаки внимания оказывать. Один как-то прошёлся про империю другого на Галактической ассамблее, второй остроумно скаламбурил на балу герцогини Чернодырии.

Потом пошли разного рода посылки. Ну, мегатонн этак… А, кто там считал! Помогали, значит, друг другу тестировать систему планетной обороны. Потом стали меняться, как дети меняются всякими карточками и безделушками: ты мне моего шпиона, я тебе твоего. Ты мне мой крейсер, я тебе твой разведбот. Когда надоело, принялись играть в «Монополию»: этот торговые пути перекроет, другой эмбарго введёт, этот продавит свой акт в Союзе Верхнего Рукава, тот такую махинацию провернёт, что первый полгода отмывается и оправдывается. В общем, долго так развлекались к обоюдному удовольствию.

А потом первого космического императора отравил любовник его жёнушки, которая обиделась на отсутствие внимания со стороны супруга и захотела тоже поучаствовать в его игре. Второй император очень расстроился, когда лишился такого замечательного соперника, и от огорчения захватил всю империю своего почившего коллеги, расстрелял вдову и повесил её любовника, который успел напялить корону, но оказался совершенной бездарностью, когда дело касалось стратегий вроде «Монополии», «Абсолютной монархии», «Интриганов» и «Блицкрига». За что и поплатился.

Так, значит, и стал у нас один космический император. Очень грустный и нелюдимый. Захватит планетку-другую и опять затворится. Строит картины из костяшек домино и замки из карт. Тяжело вздыхает, и карты разлетаются, а неоконченные цепочки доминошек приходится расставлять заново. Время от времени поигрывает в шахматы с военным советником, но всё не то, всё не то.

Я к чему веду? Никто не поймёт твоих тайных симпатий и тонких намёков. Поэтому если тебе с кем-то особенно хорошо, так и скажи. А то будешь потом вздыхать, как его величество, да продлятся дни его сиятельного правления до плюс бесконечности…

Курочка, которая всего боялась

Жил-был на птичьем дворе крошечный цыплёнок. Когда остальные цыплята довольно клевали корм и гребли лапками пыльную землю, этот птенец (будущая курочка) почти ничего не ел. Всё бегал под окно дома, откуда доносились нездешние голоса и другие небывалые звуки. Долго-долго слушал, затаив дыхание и меленько дрожа. А после, когда население птичьего двора устраивалось спать, цыплёнок мешал куриному обществу сомкнуть глаза.

— Как вы можете спокойно клевать, когда глобальное потепление растапливает полярные ледники? Как вы можете греться на солнышке, когда на Ближнем Востоке война и атомное оружие? Как вы можете спать, когда эпидемия страусиного гриппа выкосила половину поголовья птицефермы в Подмосковье?!

Маленькая курочка считала себя слишком умной для своего окружения. А окружение считало её слишком шумной и мнительной.

Прошло четыре месяца. Курочка всё бегала под окно слушать пророческий глас с вышины. Питалась она по-прежнему скудно, постоянно нервничала, всё боялась грядущих бедствий. Прямо сердце замирало, когда слушала очередной выпуск новостей. Прямо стыла кровь и тряслись поджилки. Прямо кусок в горло не лез, накатывали отчаяние и жуть от обступившего со всех сторон Апокалипсиса.

Даже понимая, что не стоит ждать сочувствия от тупых клуш, курочка всё равно не могла молчать. Всё равно делилась предсказаниями неизбежных ужасов, сводками со всевозможных фронтов, неутешительными прогнозами синоптиков и зловещими гороскопами на ближайшие дни. Ела всё меньше, дрожала всё больше.

Её ровесницы уже вовсю неслись. Хвастали друг перед другом ладненькими цыплятами.

— Как вы можете так беззаботно растить птенцов, когда миру угрожает тысяча неминуемых катастроф!

Товарки умиротворённо нагуливали жирок, умилённо внимали пищанию молодняка и только иногда с жалостью посматривали на неё:

— Ты бы лучше о себе подумала: вон какая худющая. Говорят, такие долго не живут. Может, ты больна?

— Я-то здорова! Это вы все больны! — распалялась курочка. — Вы больны куриной слепотой и глухотой! Вы даже не представляете…

— Так может, и хорошо, что не представляем? — перебила однажды клуша из самых пухлых и холёных. — Если все беды представлять, то и тронуться можно. Ты ведь уже давно нам грозишь всяческими несчастьями, а до сих пор ничего не случилось. Какой смысл тогда тревожиться?

Непонятая предсказательница захлебнулась гневом.

— Вы трусливые ограниченные дуры! Вам удобнее закрывать глаза на то, что творится за пределами кормушки. Вы ленивые и нелюбопытные обыватели, и мне вас жаль! А я предпочитаю знать, что будет, и смотреть опасности в лицо!

С этими словами курочка гордо удалилась к поилке, подставив аккуратную бородку лучам закатного солнца в узорах рабицы.

Вот уж точно: нет пророка в отечестве своем. Не понимают, не ценят. Ну ничего, когда грянет гром, тогда они попляшут, тогда они вспомнят и пожалеют, только будет поздно…

Но осуществления своего предсказания курочка так и не дождалась. Пришёл человек, схватил её за ноги, понёс, помахивая чем-то тяжёлым и блестящим, зажатым в другой руке. Этой беды эрудированная курочка предвидеть не смогла. Зато всего через несколько минут она

СОВСЕМ

НИЧЕГО

НЕ БОЯЛАСЬ.

Лёша и компания

Однажды Лёша чихнул. Сильно. Так сильно, что у него заложило оба уха. Почти ничего слышно не было. Дело было в пятницу вечером, и, уходя с работы, Лёша решил: если завтра лучше не станет, поеду в поликлинику.

Полчаса болтался в метро. Стук колёс был слышен, как сквозь подушку, зато в мозгу постоянно раздавались незнакомые голоса.

«Сейчас приду домой, как всегда бардак и холодные макароны. Склизкие, гадостные. Тьфу. Да и то, наверно, уже сожрали».

«Мама меня за математику убьёт! Может, дневник выкинуть и сказать, что потерял?»

«Если он сегодня мне не напишет или