Как влюбить дракона - Полина Вечерница

А пока надо уезжать из Ардара. Снова. И чем скорее, тем лучше. К хосу этикет — если бы не «правила хорошего тона», Адайну не пришлось бы возвращаться, преподносить подарок, танцевать с именинницей и бередить хрупкие чувства ардарской принцессы. В конце концов, отношения со всеми Величествами налажены, в дальнейшем их можно поддерживать на расстоянии.

Ну а Лика — девушка, чей тоненький силуэт только что скрылся в зелени сада — к следующему Совету забудет его. Она только начинает жить, и скоро поймёт, что её чувства такие же искусственные, как и все её уловки. Она не любит его. Не может любить, ведь она не знает его. Или?..

«Никаких «или».

19

Лика

После ужина ожидаемого бала не случилось. Более того, отец объявил о конце пребывания в Охотничьем замке! Причём выезд назначили на утро следующего дня.

Известие об отъезде оглушило Лику не меньше, чем свежая неудача.

Она ещё не успела пережить и понять, что произошло всего пару часов назад. Отчего в присутствии Адайна она снова отчаянно глупила. И почему, стоило ей остаться одной, желание заполучить его овладевало ею с новой силой?

— А тут ещё отъезд! — Лика бесцельно носилась по комнате, ощущая себя запертым в клетке арахном.

Это не входило в её планы. Это не вмещалось ни в какие сроки, установленные чоркой!

И да, ни один совет кочевницы не сработал. По крайней мере, на Адайне.

— Потому что он чурбан отмороженный! — процедила Лика. Но тут же осела на кровать, сжала в объятьях подушку и горестно призналась самой себе: — Хотя и любимый чурбан…

— Лика!

Принцесса Ардара настолько ушла в свои чувства, что не заметила, как горничная объявила о приходе Гвен.

— Сядь, пожалуйста… а-а, уже сидишь. Прекрасно, — взволнованно заговорила подруга.

— Что случилось? — безучастно отозвалась Лика.

Что бы это ни было: Брянкина свадьба, долгожданная невеста для Эрика, луна, упавшая с неба, даже чьё-то сватовство к Гвиневре — ничто не могло её удивить, а тем более, обрадовать.

— Завтра днём мы прибываем в Прайнарру.

— Знаю.

— Но уже послезавтра отбываем из Адрара.

Гвен, должно быть, оговорилась, желая первой доставить новость о том, что риамонтцы покидают Ардар.

— Их величества уезжают? Не-е-е-ет, — Лика не могла в это поверить.

По какой-то причине отец сворачивает празднества.

Значит послезавтра драконы тоже удалятся из Ардара! И никакая сила не удержит подле неё Адайна!!

— Лика, мы уезжаем, — пояснила Гвен.

По голове будто подушкой ударили.

«Не может быть».

Меж тем Гвиневра пояснила, будто для маленьких:

— Я и Брянка едем вместе с нашими отцами. Мы возвращаемся домой.

«Нет!»

— Погодите… — Лика начала осознавать масштабы грядущего. — Это какая-то ошибка.

Отец не мог решиться на это.

Её подруги не могли согласиться на это! Не могли бросить её в самое сложное время. Но они согласились!

В одно мгновение Лика лишилась и праздников, и надежды на светлое будущее, и поддержки самых близких людей! Казалось, даже пол исчез из-под её ног — Адайн уезжает, родители отдалились от неё, а её саму лишили последней опоры.

— Ты не рада за нас? — насторожилась Гвен.

— Рада, но… — должна была радоваться, да только не было радости. — Творец всемогущий, я даже не представляю… Не понимаю, зачем это нужно? Наши родители давным-давно всё решили: Ардар — ваш дом.

В одно мгновение лицо Гвиневры из радостно-предвкушающего превратилось в обиженно-вытянутое. Она даже возмущённо открыла рот, подбирая слова. А потом фыркнула и отрицательно мотнула головой.

В этот момент дверь отворилась.

В комнату вошли служанки с подносами, уставленными напитками и сладостями. Следом за ними появилась Брянка, мечтательно улыбающаяся, вся будто светящаяся.

— Что это? — только и выдавила из себя Лика, пытаясь справиться с оглушительными известиями и откровенной завистью к Брянке.

— Ничего. Унесите обратно, — Гвен махнула рукой, и служанки с едой тотчас направились к выходу из комнаты. — Думала устроить ночные посиделки, но вижу, это лишнее.

— Ещё не вернулась к себе в Риамонт, а уже распоряжаешься? — выпалила Лика.

— Нет, стойте. Вернитесь, пожалуйста, — остановила служанок Брянка.

Горничные послушно развернулись, подошли к столу и принялись расставлять угощение.

— И ты туда же, Брянка? — Лика едва удерживалась, чтобы не заорать на подруг и прислугу. — Быстро. Пошли. Вон, — прошипела она, обращаясь к горничным.

Естественно, служанки повиновались.

Как только они ушли, Гвен сделала шаг к двери:

— Нам тоже пора, ваше высочество, — произнесла она с ледяным спокойствием. — Брянка, ты со мной?

— Не указывай ей, — Лика тоже умела имитировать присутствие духа. У неё только с Адайном не выходило, а так…

— Погодите, — Брянка миротворчески выставила ладони в стороны. — Знаете, что? Я понимаю вас. Понимаю тебя, Лика. Ты расстроена, и не только нашим отъездом. И ты, Гвен. Столько времени прошло. Так много обид накоплено.

— Обид? — удивилась Лика.

Это была новость. Причём почище согласия принцесс на отъезд.

— Да, обид! — оттопырила губу Гвен.

— Всё это время… — выдохнула Лика.

— Всё это время… — вторила ей Гвен.

— Вы жили у нас, как принцессы!

— Мы были заложницами! — прокричали они одновременно.

Заложницами… ухнуло в груди. Заложницами?! Лика расширила глаза от удивления и от гнева.

— Девочки, успокойтесь! — встала между принцессами Брянка.

— Ложь! Как ты можешь, Гвиневра?! — наносная выдержка Лики вмиг улетучилась. — Мы заботились о тебе! Мои родители воспитывали тебя, как родную! Ты ни в чём не нуждалась. Откуда такая неблагодарность? Скажи!

— Да, заложницами! Это же так очевидно, Ликария. Правда, не понимаю, зачем я столько лет молчала? — с горечью усмехнулась Гвен. — Лика, ты…

— Гвиневра!! — расширив глаза, Брянка уставилась на подругу так, будто пыталась возмущённым взглядом остановить слона, бегущего по джунглям. — Не совершай ошибку… И ты, Лика, пожалуйста! Подумайте, девочки, мы можем сейчас перессориться, обменяться изысканными оскорблениями, хлопнуть дверью. Каждая из нас будет чувствовать себя победительницей. Но это не так!

— Может быть, — перебила Лика, — но так я хотя бы узнаю, что скрывалось под вашими лицемерными масками.

— Да, ваши высочества, — процедила Гвен. — Нам следует высказаться, ведь в будущем наши пути не раз пересекутся. Так мы хотя бы будем знать, чего ждать друг от друга.

— Ничего хорошего от тебя, злобная завистливая тварь, — кинула Лика «первый камень».

Подняв бесяче красивую тонкую бровку, Гвен пропела в ответ:

— Сказала эгоистичная тупая скотина.

Против воли Лика скрипнула зубами.

— Девочки, — в голосе Брянки прорезались жёсткие нотки, наверное, впервые за всю свою жизнь в ней прорезалась настоящая принцесса. — Пожалуй, на этом стоит остановиться, — сказала она, как отрезала.

— Пожалуй, — с ней сложно было не согласиться.

Однако Лика не собиралась