Зорн. Книга 3 - Дмитрий Дроздов

из ограниченного количества разумных. Прибыть нужно было к часу дня, так что Зорн не стал задерживаться. Поцеловав Кайю и Тиду, он приказал найти Масуда. В письме было указано, что с собой можно было взять слугу. Бывший торговец знал многое и мог подсказать что-то дельное, так что выбор пал именно на него. Ограничиваться одним лишь Годи было бы глупо с его стороны.

Поймав одну из проезжающих карет, Зорн приказал ехать к восьмому корпусу Имперской канцелярии. Именно там находился зал, в котором проходили подобные заседания. Пока ехали, Зорн успел расспросить Масуда о подобных собраниях. Оказалось, что на подобные встречи приглашали всех аристократов столицы, а если быть точным, приглашали тех, кто не являлся чьим то вассалом. Проще говоря, Баронов на этих встречах представляли их сюзерены. У тех же Герцогов могли быть сотни Баронов и именно он представлял их интересы, а также отвечал перед Императором, если кто-то из его вассалов был в чем-то виноват. А уж про тех же рыцарей и говорить нечего. На подобных собраниях решалось много вопросов, которые могли копиться годами, прежде чем Император решал, что пора все обсудить. Последний раз, подобное собрание проводилось около двух лет назад и на нем было затронуто много вопросов. В частности, именно на том собрании было принято решение о том, что пора менять архитектуру городов Империи. Деревянные дома слишком часто горели и в принципе были не столь надежны и долговечны, как те же каменные и кирпичные здания. С тех пор в Империи и начался строительный бум, который продолжался до сих пор.

Доехав до нужного здания, Зорн и Масуд покинули карету, накинув кучеру пару медных монет за скорость. Восьмой корпус Имперской канцелярии ничем не отличался от всех остальных зданий канцелярии, разве что цвет черепицы на крыше был желтого цвета. Возле корпуса стояло много карет аристократов и паромобилей. Большая часть аристократов предпочитала пользоваться собственным транспортом, а не арендовать кареты, как это делал Зорн. Он тоже мог бы купить себе машину или комфортабельную карету, но не видел в этом смысла, поскольку планировал покинуть столицу Империи на неопределенный срок. Вот когда он захватит земли вампиров, вырастит там Мелорн и свяжет его с тем, что находится в столице, тогда да, можно будет подумать о постоянном транспорте. А пока, это было излишне.

У входа Зорну пришлось пройти нечто вроде регистрации, чтобы секретари поставили отметку о том, что младший Герцог Зорн Сайдор присутствовал на встрече. Данные Масуда тоже записали, после чего, один из клерков проводил их до зала, в котором должно было пройти собрание. Зал был похож на сферу, по стенам которой были расставлены мягкие диванчики, на которых сидели аристократы. Что примечательно, каждый диванчик был рассчитан на двух человек, но аристократы сидели там одни. Их слуги стояли позади, даже и не думая о том, чтобы сесть рядом со своими господами. Подойдя к свободному диванчику, где при желании могло усесться и трое человек, Зорн сел и посмотрел на Масуда.

— Садись, — указал он на место рядом с собой, — в ногах правды нет.

— Господин, будет лучше, если я останусь стоять, — тихо проговорил Масуд, — мне по статусу не положено сидеть рядом с вами. Даже если бы я не был рабом, а просто служил вам, как вольный человек.

— Это мне решать, кто достоин сидеть рядом со мной, а кто нет, — ответил ему Зорн, — и если я тебе сказал сесть, ты сядешь.

Помедлив лишь пару мгновений, Масуд сел рядом с Зорном, что сразу же вызвало реакцию со стороны остальных аристократов. Кто-то просто нахмурился, другие покачали своей головой, а некоторые и вовсе высказались о том, что некоторые аристократы ничем не отличаются от крестьян. Зорн запомнил каждого, благо, у каждого из них на груди был родовой герб, по которому легко определить, к какому роду принадлежит человек. Зорн приказал Годи внести эти рода в серый список, чтобы не вести с ними никаких дел. Для черного списка, который подразумевает ликвидацию угрозы, они пока не дотягивали. Он внимательно изучал всех присутствующих и тех, кто приходил после него. Интересными ему показались всего двое разумных. Новый Герцог Норк и новый Граф Чени. Первый был еще молодым парнем, не старше тридцати лет. Весь его вид говорил о том, что он весьма серьезный человек и больше воин, нежели политик и интриган. Что примечательно, он изучающе смотрел на Зорна, но никакой видимой агрессии или неприязни не показывал. А вот Граф Чени даже не смотрел в его сторону и явно был в хорошем настроении. Он был уже не так молод, ему было явно за сорок. А ведь Зорн прекрасно помнил о том, что Граф Чени говорил Императору, что Зорн чуть было не убил его единственного наследника. Вывод напрашивался сам собой, его сына подвинули, а место Графа занял более достойный претендент. Скорее всего, это младший брат покойного Графа. И исходя из всего этого, было вполне понятно, почему он такой веселый.

Зорн продолжал изучать столичных аристократов Империи, пока в зал не прибыл сам Император. После его появления, все двери зала были наглухо закрыты, а Зорн почувствовал активацию множества различных артефактов. Это были глушилки, которые должны были обеспечить приватность данной встречи. Император занял один из свободных диванчиков, после чего, в центр зала вышел Герцог Юдор, он же глава ИСБ.

— Рад, что в этот раз смогли собраться все, — начал он говорить, глядя на всех присутствующих, — данное собрание не было запланировано, однако, вопросов накопилось много и их необходимо решить. Прежде всего, я хотел бы обсудить то, что произошло вчера. Появление черного разлома в столице — это большая трагедия, но я хотел бы поговорить о другом. Я хочу поговорить о том, как повели себя аристократы, когда разломные твари напали на жителей города.

Юдор сделал небольшую паузу, прежде чем продолжил.

— Вы все обосрались! — весьма резко выпалил он, — и это мягко сказано. И в первую очередь, я говорю это сидящим в этом зале Графам, ведь именно в вашем районе появился разлом. Вместо того, чтобы спасать людей, вы банально заперлись в своих особняках, наплевав на то, что у ваших стен погибали граждане Империи. Не все, — кивнул Юдор, — были среди вас те, кто пытался что-то сделать, но таких было слишком мало! Семнадцать тысяч четыреста девять погибших. Еще около десяти тысяч раненых, три тысячи