Право первой ночи для повелителя драконов (СИ) - Сандер-Лин Галлея

– А если буду? – всё же решилась на сопротивление сиера Трайдер, так и не поднимая на мужчину глаз, чтобы снова не оказаться в плену его взора.

Она вызывала в себе возмущение, злость, обиду, призывала ту силу, которая тогда отшвырнула Дрейнара с такой лёгкостью, и с ужасом понимала, что ничего такого не чувствует, а изнутри не поднимается волна неприятия. Нет-нет-нет, так быть не должно! Разве отец не сказал, что её сила враждебна драконам? Разве она уже не отбросила рыжего, доказывая правоту слов Турина? Тогда почему? Может, сиер Брайтрейн просто недостаточно близко, а когда подойдёт вплотную, символизируя прямую угрозу, то его откинет в другой конец комнаты и шандарахнет об стену?

– Кай, не будь беспечен, – предостерёг его Виртар. – Её сила может...

– Её силе нужна огранка, – голубоглазый неспешно приближался. – Сейчас она как бесконтрольный поток, который мне пришлось остановить, чтобы не случилось беды. Но я смогу с нею совладать, будь уверен. Как и совладаю с моей пташкой, просто смотри...

– Н-не совладаете... – на этот раз паника придала Лиране ускорения и она таки нашла в себе силы подняться со стула. Девушка стала пятиться, отчаянно стараясь не смотреть на дракона, хотя посмотреть безумно хотелось, а тяга к чешуйчатому гаду усилилась многократно. Буть проклята его драконья магия, действующая на неё как магнит! И вообще, кем он себя возомнил?! Укротитель недоделанный. Думает, она побежит по первому его зову, стоит только поманить пальцем?!

– Совладаю, – уверенности наместнику было не занимать. – Более того, ты сама захочешь, чтобы совладал...

– Вот уж нет! – взбеленилась девушка. – Н-никогда и ни за что!

– Ну-ну, Каяр, что-то я не вижу особого рвения в её глазах, – не преминул позлорадствовать здоровяк. – Кажется, наша пташка совсем не в восторге от перспективы иметь с тобой дело. Но если поцелуешь её сейчас, я поверю, что сможешь подчинить эту невероятную силу.

– Действительно, отчего бы не поцеловать?! – наместник, судя по всему, уже принял для себя решение. – Тем более я давно этого хочу...

– Зато я не хочу! – возмутилась Лира и по инерции взглянула на дракона, но потом, опомнившись, снова отвернулась, чтобы не попасть под его чары.

– Ну, это мы быстро исправим... – в голосе мужчины послышалась улыбка. – И мне даже не придётся применять силу и активировать артефакты. Видишь, ты боишься на меня смотреть, потому что чувствуешь: я прав.

Да, он действительно прав, черти б взяли эту чешуйчатую морду! Но даже мысленно признать это – наполовину проиграть, поэтому девушка всеми силами старалась сопротивляться, хотя шансов выйти из всей этой передряги победительницей практически не было.

– Н-ничего подобного! – заявила она. – И вовсе я не б-боюсь...

– Тогда взгляни на меня, – попросил наместник. – Говоришь, не хочешь меня целовать? Что ж, скажи это, глядя мне в глаза. Тогда я, быть может, поверю.

«Ах ты ж хитрый гад!»

Знает ведь, как действуют на неё его взгляды, и хочет нагло воспользоваться этой её непонятной слабостью. Ух, мерзавец какой!

– Д-да, я не хочу в-вас целовать! – заявила девушка запальчиво и отступила ещё на шаг.

– Уверена? – мужчина продолжал улыбаться, явно наслаждаясь ролью кота, загнавшего мышку в угол.

– Ув-верена... – пролепетала Лирана, хотя уверенности в её голосе заметно поубавилось, потому что она ощутила спиной стену. Отступать больше некуда.

– А если я сделаю так? – сиер Брайтрейн неуловимо взмахнул рукой – и словно невидимая ниточка (ниточка его силы) мягко, но настойчиво вынудила девушку приподнять лицо и утонуть в мерцающем драконьем взгляде. – Ты ведь и сама всё понимаешь. К чему увёртки? – он не давил, а будто подталкивал к правильному (по его мнению) ответу. А вот с точки зрения Ксении всё происходящее было абсолютно неправильным! – Ты же чувствуешь то же, что и я, не можешь не чувствовать. Это сильнее тебя и сильнее меня, сама судьба нас свела, позволила встретиться, пока не стало поздно и тобой не завладел другой. Я не мог ошибиться.

– М-могли, – упрямо возразила Лира, до последнего пытаясь сопротивляться, хотя и чувствовала, что проиграла.

– Она права, – неожиданно поддержал девушку сиер Вайрейн. – Твоя пташка вообщ-то замужем, так что... можно сказать, что другой ею завладеть таки успел.

– Это не считается, – отмахнулся беловолосый. – Первой брачной ночи у них ещё не было, значит, она принадлежит ему лишь на словах.

– А о брачных метках ты случайно не забыл? – напомнил брюнет. – Их венчала магия, а подобный ритуал так просто не разрушить...

Голубоглазый чертыхнулся сквозь зубы:

– Вот надо было тебе испортить момент!

– Прости-прости, ты продолжай, продолжай... – усмехнулся сиер Вайрейн, одним этим заявлением демонстрируя, что тоже не особо-то и верит в то, что сиера Брайтрейну удастся сорвать поцелуй.

Ох, зря он это, подобное наместника лишь разозлило и раззадорило. Вот всегда так: одни делают, а другие потом страдают! Смотрел себе тихонечко – и смотрел бы дальше. А теперь вызвал Каяра на слабо, но отдуваться-то всё равно ей

– Не слушай их, не смотри на них, слушай только меня, смотри только на меня... – снова гипнотизировал взглядом и голосом дракон, пуще прежнего завораживая драконьими глазищами.

Он взмахнул рукой – и их с Лираной отделила от остальных драконов полупрозрачная пелена, позволявшая видеть, что за ней происходит, но всё равно обеспечивающая что-то наподобие уединения.

– Да, вот так... – продолжал мужчина. – Есть только ты и я, больше никого. Не думай о них, не думай ни о ком, только обо мне...

«Всё, пропала... Плохо дело! – поняла Ксения, ощущая, как слабеет внутреннее сопротивление сиеры Трайдер и как она постепенно подпадает под гипнотическое действие глаз дракона. – Эй, Лирана! Очнись! Не поддавайся, слышишь?»

Но куда там! Докричаться до Лиры было невозможно, зато наместник всё сильнее захватывал контроль над сознанием украденной невесты. Беловолосый не торопился, медленно, но верно завораживал жертву (как самый настоящий змей!) и постепенно подчинял своей воле. Вот она уже полулежит в его объятиях, почти не соображая, что происходит, а в следующий момент её губ осторожно касаются мягкие губы мужчины, заставляя всколыхнуться в душе что-то неведомое и очень сильное.

Каяр целовал Лиру неспешно, исследуя, познавая. Она по-прежнему ожидала, что её сила его оттолкнёт, как было с Дрейном, но нет, не оттолкнула, наоборот, всё сильнее откликалась на дракона, тянулась и хотела слиться воедино. Краем сознания девушка понимала, что подтверждаются её предположения: именно наместник тот, кто ей предназначен. Потому и ожила её магия, потому и сила не чувствует в нём врага. Но признать это было так тяжело, почти невозможно. Да и поведение чешуйчатого, его бесцеремонность и святая вера в то, что ему ничего не стоит подчинить её своей воле, вызывали внутренний протест.

Лирана всё ещё находилась во власти его чар, неспособная сопротивляться, и тонула в новых для себя ощущениях, которые дарили мужские губы, но внутри разгорался огонёк непокорности, который всячески подпитывала Ксения. Ксю не оставляла попыток показать свою суть, пока ей таки не удалось взять контроль над телом сиеры Трайдер, который та почти добровольно отдала, будучи не в силах справиться с собственными чувствами.

«Ну наконец-то!» – возликовала Ксюша и с удивлением почувствовала, как её (вернее, их общая) сила вдруг сменила настроение и взбунтовалась, ощутив в драконе угрозу. Он почему-то стал казаться совершенно чуждым, хотя всего несколько мгновений назад... А впрочем, думать об этом было некогда, потому что яростный энергетический поток, хлынувший наружу, отшвырнул сиера Брайтрейна прочь.

– Что за... – чертыхнулся тот, едва успев затормозить, чтобы не впечататься в стену, и потёр ногу, которой сшиб по пути пару стульев.

– Вот, я же говорил! – возликовал Дрейнар, довольный до невозможности.

– Но он-то, в отличие от тебя, смог её поцеловать... – резонно заметил Виртар.