Месть Паладина - Евгений Юллем

— Ничего, все это будет, — успокоил я его. — Так когда говоришь, у Стражи получка?

— Послезавтра. Так что вам надо собираться, делать ноги в руки и быть в Сенаре заранее. Что-то еще возьмешь?

— Нет, — я бросил взгляд на два увесистых мешочка с монетами. — По одному делу за раз, тем более сейчас. Остальной подрывной работой займемся в следующие разы.

— Опять кое-кто будет недоволен, — подмигнул брат.

— Ну что я могу поделать? — вздохнул я. — Придется женщинам куковать под присмотром Друга. Собака в наши планы не входит.

Портал открылся, и мы шагнули на мостовую Сенара. Портальщику из Искореняющих я ткнул под нос тот самый жетон, и потный лысоватый брат в мешковине, подпоясанный грязным Шнуром Святости аж отпрянул от меня. Я посмотрел на него фирменным взглядом Искореняющего из под черного балахона, и несчастный аж скукожился. Ну тут с ним все ясно — похожий наряд носили те, на кого наложили епитимью, интересно за что этого... Не интересно, на самом деле.

Род проникся идеей обновить навыки в Сенаре, хотя и было видно, что ему до смерти не хочется покидать Осген и сопровождать меня в моей миссии. Я его понимал — только присоседился, нашел свое место и завел шашни с симпатичной индианкой из племени Истэка, как его опять срывают с места и заставляют заниматься тем же, чем и прежде. Тем более вернуться к ремеслу прошлого, о котором он хотел забыть. Ничего не поделаешь — в этой миссии мне нужны больше воры, чем солдаты, пусть и бывшие. А знания по части воровского ремесла и криминального мира у Рода были отменные.

— Когда мы уже снимем эти хламиды? — спросил он, недовольно сопя из-под капюшона.

— Когда достаточно отойдем от портала и минуем патрули Стражи, — сказал я. — А что, смотришься вполне солидно, балахон тебе идет.

— Только вот народ распугивает.

Он проследил взглядом за запоздавшим прохожим, который, увидев двух Искореняющих в своих неизменных форменных балахонах с капюшонами, сначала ускорил шаг, потом юркнул в первый попавшийся проулок. От греха подальше, надо полагать. Плох тот брат, который до столба не докопается и Скверну у него не найдет.

— Пошли туда, — я кивнул в сторону этого проулка. — Поверим аборигенам и свернем за ним.

— Тоже дело.

В темном проулке мы сняли плащи и сунули их в сумки с пространственными карманами. Теперь до обратного пути они нам не понадобятся.

— Ну вот, совсем другое дело, — облегченно вздохнул Род, осмотрев себя.

— Плащ лучше, — сказал я.

— Вечно ты экстремалишь, — пробурчал он.

— Теперь выглядим как мелкие купчишки, а не как нормальные люди, — скривился я.

— Ну ладно тебе. Пойдем?

— Ага, — я оправил кафтан, поудобнее перехватил посох, замаскировавшийся под трость и пошел к выходу из темного угла.

План был прост, как три копейки, и так же дешев. Если нельзя проникнуть к деньгам, пока они лежат большой суммой, то уж конечного потребителя никто охранять не будет, более того, он их потратит с большим удовольствием для себя. А учитывая то, как пьют господа Стражи или гвардейцы, то провернуть этот план представлялось делом несложным. Главное, потом сообщить трактирщикам, что их накололи.

Ох, вот и пойдет потом веселуха! Когда все будут отказываться принимать вульки как оплату, а казначейство и Стражи будут тщетно искать в казне фальшивые монеты. Принцип тот же, что и с мнимым «Союзом меча и орала» — главное засветить частный случай, а потом те, кому надо, по индукции доведут его до безумия. Не сработает? Еще как. Англичане на пробу подсунули немцам несколько крыс с взрывчаткой, и те потом внимательно перетряхивали все, пытаясь найти остальное, что оказало даже больший урон, нежели бы их применили. То же самое сделали Конфедераты во время Гражданской войны подкидывая динамитный уголь, правда, с большим успехом.

Мы зашли в первый по счету кабак, указанный Осием. Брат во время службы при дворце внимательно и основательно изучил злачные места, где оседали после получки господа офицеры. Именно такие нам и нужны, не пойдем же мы в припортовые рыгаловки, где оседает всякий сброд? Там золотом не расплачиваются, максимум серебром, и то не всегда — публика не та.

— Ну и воняет! — Род повел носом.

Не сказал бы, что атмосфера отличалась от других присутственных мест. Нормальная — кухонный чад, запах спирта и немытых тел, обильно смоченных духами. Хорошо хоть не накурено, здесь табак в моду не вошел.

— Что ты хочешь, обычный кабак, — пожал я плечами. — Только для благородных.

— Которые воняют так же, как и простолюдины, — оскалился Род. — Задница у всех одинаковая.

— Крамольные мысли говорите, господин сержант, — с ложным осуждением сказал я. — Разве так можно говорить о дворянах? Это цвет королевства.

— Как цветут, так и пахнут... — изрек было тираду Род, но тут к нам подскочил половой.

— Чего изволите, господа? — спросил он.

— Столик на двоих и хорошего — подчеркиваю, хорошего — вина.

— Боюсь, господа, сегодня это невозможно, — покачал он головой.

— Что, нормального вина нет? — вмешался в разговор Род.

— Нет, милостивый государь. Мест. Видите, господа офицеры гуляют? — малый показал на столы, ломящиеся в основном от бутылок всех форм и размеров.

— А если так? — я показал ему вульку. Вполне нормальную, не поддельную.

— Я попытаюсь что-нибудь для вас найти, — малый сделал было движение к монете, но я вовремя сжал кулак.

— Вот когда найдешь, тогда и веди. А то мы с господином купцом тут хотели сделку обмыть, а у вас и мест-то нет! Непорядок.

— Думаешь, поведется? — спросил Род.

— Ты видел, как у него глаза загорелись при виде золотого? — спросил я. — И байка о сделке проглочена. Сам знаешь, развести тепленьких господ купцов — святое дело для кабатчика.

— Они такие, — кивнул Род. — Но нам желательно не удаляться от объектов нашего внимания.

Он указал взглядом на компанию уже порядком нагрузившихся офицеров. Расхристаны, мундиры расстегнуты, чтобы больше вина и закуски влезало, координация уже нарушена, позы самые расхлябанные. Еще немного, и на стол плясать полезут или драку с посетителями затеют. Драку заказывали? Не волнует, оплачено!

Малый вернулся к