Солнце Мирлеи - D. Scriptor

— Нанна Коралина Дэм-Нова, нужно полагать? — тихо спросил он, оглянувшись на кабинет. — Идемте, — бросил, зашагав прочь по коридору. Кора отмерла и бросилась вдогонку.

— Я ничего не слышала, — заверила она, пытаясь придать голосу большей убедительности. Жэн-Ши красноречиво хмыкнул. — Я хотела поговорить с бабушкой.

— Н-да? — мужчина качнул головой, выглядя совершенно спокойным. По крайней мере, не пытался запугать Кору страшными последствиями, как это обычно бывает. — В этом нет ничего страшного. Я и сам хотел с Вами побеседовать.

— Со мной? — Кора нахмурилась. — По поводу гражданства? — уточнила она, поздно прикусив язык. Мужчина хмыкнул, но колкости про подслушивание не последовало.

— Почти. Видите ли, я — приближенный моревы Вита-Ло, отвечающий за все ее мелкие и крупные поручения, — ага, как секретарь, значит. Кора понимающе кивнула. — И она настоятельно просила, чтобы об исчезновениях никто из гражданских не знал.

— А как же их семьи? — уточнила Коралина, заметив на лице мужчины тихое согласие и печаль.

— Вы правы. Но дело в том, что у исчезнувших… нет семей или все связи с ними разорваны. Так иногда происходит, в очень редких случаях. И это не случайность.

— Вот именно, — кивнула Кора. — По-любому это похищения.

— Пожалуй, пусть этим займется ГОЗ, — Жэн-Ши покачал головой. — Я это к тому, что Вам не следует распространяться об услышанном, нанна. На Милете очень внимательно относятся к гражданской панике, и правительства всех стран не могут этого допустить.

— Да кому я скажу, — рассеянно отмахнулась Коралина, попутно думая, что — вот оно! То самое, что поможет ей вернуться домой! Обычно во всех таких историях нерадивому герою нужно выполнить какое-то задание, чтобы найти дорогу домой. Этим-то она и займется. Кора же просила подсказки и этот разговор точно подслушала не просто так. Это было нужно. От безысходности она готова была поверить и в судьбу, и в фортуну, и в тюхеНаименования судьбы в греческой мифологии..

— Я говорю серьезно, — напомнил мужчина, вынуждая ее обратить на себя внимание. — И, раз уж Вы все слышали, — он сделал акцент на последнем слове, — свяжитесь со мной на днях и дайте свой ответ по поводу гражданства, — Жэн-Ши вручил ей самую обычную бумажную визитку, на которой были написаны номер телефона и имя.

— Наска, — прочитала Коралина, и мужчина кивнул, слегка улыбнувшись. — Хорошо, я напишу Вам. Спасибо.

— До встречи, нанна Дэм-Нова, — он махнул ей рукой и ушел, оставив Кору стоять посреди прихожей. Только спустя пару мгновений она вспомнила, что на улице ее дожидается Рэйн, и помчалась туда.

Наска к тому времени уже уехал, но что-то Коре подсказывало, что увидятся они еще не раз и не два.

* * *

Рэйн вырос в городке у моря на юге Корсаканы, и мама всегда говорила, что его глаза — как безбрежные воды. Он любил свой дом и город, двор, где росла омасса. Рэйн справедливо считал, что прекраснее Милеты нет мира во всей галактике, безопасней и идеальней. А потом он стал взрослым, сразу после того, как на его глазах убили и маму, и отцов, оставив только пустой дом и шепот моря. Рэйн осознал, что помимо Милеты есть еще планеты, где люди жестоки и злы, обижены на свою жизнь и свое несчастие. Убийцы были с Дукрута — компания пьяных туристов, которые посчитали, что Дамира Лан-Со слишком горда для обычной «сучки», и зарезали ее ножом. Рэйн никогда не простит Милете то, что она запрещала любое вида насилие и тем самым подвергала своих жителей опасности — они попросту не умели защищаться.

Да, правительница Корсаканы — Рубия Одэтта — запретила дукрутам въезд на территорию своей страны, и все сорок восемь стран поддержали ее решение закрыть для них Милету на оговоренные два мока, или двадцать дукрутских лет. Но срок истек, и вот, они снова заполонили Милету, грубые, злые, жестокие. Они массово бежали с загнивающего Дукрута, где истребили всех животных, срубили все леса, поработили своих женщин и утонули в собственной жадности. Рэйн все это знал и ненавидел, со злобой смотря на встречающихся на улице туристов. Он прекрасно знал, что варилось в их душе — нескончаемая зависть к идеальной Милете, богатой природными ресурсами. И он, конечно, понимал, что все сорок восемь стран единогласно бы закрыли Милету для любых посещений, если бы могли отказаться от притока денежных средств, за счет которых экономика Милеты считалась лучшей в галактике Пантона. Замкнутый круг.

ГОЗПиС борется с тем, чтобы туристы не досаждали жителям Мирлеи, и борется весьма успешно, но Рэйн многое бы отдал, чтобы никто с Дукрута или Ирнекана никогда больше не появлялись на Милете. И когда он впервые увидел Коралину, то решил, что она непременно должна жить на Милете, а не там, где властвуют подобные Ригену Шогзу и его дружкам. Рэйн ведь видел, как дукрут ее касался, как смотрел, и тогда он почти поверил, что разорвет ему глотку, если не возьмет себя в руки. То, что он тогда испытал… не поддается никакому объяснению. Рэйн просто хотел, чтобы Коралина была в безопасности. В ней есть многое от мирлейских женщин, эта абсолютная сила и уверенность, пленящая красота и холодное спокойствие. Но еще, Рэйн успел это заметить, Кора была доброй и настоящей. Наверное, именно это его так пленило — ее открытость, ведь обычно женщины, которых он встречал, прежде всего замечали его прокаженные пятна.

Коралина просто воспринимала его как обычного человека, пусть и со свойственными ей странностями. Рэйн все это списывал на воспитание Дукрута, поэтому не очень волновался. Расставание с ней длинное в пять свотов обернулось для него тревожностью и мыслями о том, что и Кора нашла себе занятие куда более интересные, чем общение с ним. Рэйн просто хотел… Чего хотел, он так и не понял, потому что мысли тут же спутались подобно клубку ниток, и он окончательно растерялся, решив на время оставить мысли о теплых карих глазах и прекрасных цветах, принятых из рук Коралины.

Когда Рэйн решился на это, она ему ответила и согласилась пойти на праздник. План был провален. Впрочем, он нисколько не расстроился, помчавшись за ней в дом Дэм-Новы с улыбкой на губах и глупыми надеждами. Все мужчины Мирлеи одинаковы — ждут и верят на совершенно пустом месте, ведь в глубине души Коралине нет до него дела. Нет ведь?..

— Рэйн! — она помахала ему с порога, припустившись к машине, и проводник едва ли успел выйти, чтобы открыть ей дверь. — Знаешь, рада тебя видеть, —