Чума насилия - Джадсон Филипс

- Послать за ними.

- Можно не доехать.

Темные брови Шеннона поползли вверх.

- Вы считаете, что хиппи могут устроить засаду?

- Вполне.

- Но Уайли Прентису удалось выехать отсюда, позвонить нам и вернуться!

- Прентис - отец Дэвида, а Дэвид - один из них, - ответил Джерико.

- Значит, мы снова отправим Прентиса.

- Может быть, вам стоит еще раз осмотреть Баумана, прежде чем мы спустимся.

Шеннон обернулся.

- Еще раз? - Уголок его большого рта приподнялся в кривой усмешке. - Не стройте из себя всезнайку, Джерико.

Шеннон вселял во всех уверенность своим присутствием - огромный, знающий свое дело, внушающий доверие. Но чувствовалось, что среди собравшихся на первом этаже царила паника. От Мартина Ломекса она передалась прислуге, и теперь две служанки рыдали. Джерико отметил, что Нельсон так и не вернулся из конюшни.

Через минуту после того, как Шеннон вновь присоединился к ним, Ломекс кинулся к нему с новым предложением. Теперь среди них было трое вооруженных мужчин. Если они разместятся в трех машинах, почему бы им не предпринять попытку совершить побег, которая теперь достаточно безопасна? Если Шеннону необходимо допросить их, то почему он не может сделать это в городе? Например, в полицейских казармах, где им ничего не будет угрожать. Никто из них не был в доме, когда все случилось. Никто из них не мог ничего рассказать об этом. Но если Шеннону нужно задать им какие-то вопросы, почему не сделать это в безопасном месте?

Джерико, очевидно, удалось поколебать самоуверенность Шеннона. Идея прорываться на машинах через рощу его больше не привлекала. Вероятно, ему рассказали о том, как в мгновение ока были уничтожены полицейские машины в усадьбе Уолтура. Не особенно приятно было представлять себе, как бомба взрывается под колесами машины с беглецами. Ломекс, поддерживаемый Эриком Трейлом, продолжал настаивать на побеге.

- Вы проводите Реда наверх? - обратился Шеннон к Джерико. - Никого не пускайте туда, Ред, и сами не входите.

Помощник в сползающей портупее с безрадостным видом последовал за Джерико на второй этаж.

- Это точно, что его убили те ребята?

- Шеннон думает, что это они.

- А вы?

- Они потерпели поражение, и теперь их переполняет злоба.

- Вы обыскивали дом?

- Только этот этаж.

- Так, значит, кто-нибудь из них мог остаться, в подвале, например, да мало ли где! Знаете что, скажите Шеннону, что я не хочу оставаться здесь один.

- Скажу, - согласился Джерико.

Он спустился в вестибюль и возле двери, ведущей в столовую, привлек внимание Боба Уилсона и поманил его. Уилсон подошел к нему, и они отошли в сторонку, чтобы их разговор не достиг ушей Ломекса.

- Ты думаешь, оставаться здесь действительно опасно? - спросил его Уилсон.

- Посмотри на колеса моей машины. И лошадей кто-то выпустил. Наверное, этот человек ушел отсюда, пока я переодевался. Но о Баумане он позаботиться успел.

- А до того был этот твой приятель с ружьем.

- Это был Бауман.

- Как!

- Томми сказал мне. Он знал.

- Боже мой! А ты знаешь, какую историю Бауман рассказывал всем подряд, после того как ты уехал с Таней?

- Могу себе представить.

- Если бы я не знал тебя, то спросил бы себя...

- А теперь не спрашиваешь? - Джерико безрадостно улыбнулся.

- Господи, конечно нет, Джонни. Но когда у них кончится истерика, кто-нибудь может вспомнить об этом и рассказать Шеннону...

- Ты думаешь, я способен убить человека таким способом? Искромсав ножом и ослепив?

Уилсон покачал головой:

- Наверное, кто-то нашел отличный способ, чтобы отвести от себя подозрения. На этих ребят ополчился весь город. Желание выставить их отсюда настолько велико, что горожане готовы воспользоваться любым предлогом.

- Ты собираешься подкинуть эту идею Шеннону? - резко спросил Джерико.

- Не валяй дурака, Джонни. Я просто рассуждаю... - Он поднял обеспокоенный взгляд на своего друга. - Что произошло между тобой и Лиз?

- Мы поговорили. Она пришла ко мне в спальню посреди ночи, чтобы попросить защиты.

- Защиты от чего?

- Спроси ее сам. И кстати, Боб, я ведь ехал сюда не для того, чтобы устроить себе праздник секса. Таня доехала со мной до города, и около десяти я высадил ее на Мэйн-стрит. С тех пор я ее не видел. Все ее вещи остались в комнате. Я начинаю беспокоиться. Ты не знаешь, есть ли у нее в городе знакомые, кроме Бауманов?

- Уверен, что нет, - ответил Уилсон. - Она приехала, чтобы сделать мне любезность. Я знаю ее с тех пор, когда она еще не была знаменитостью, я тогда отвечал за связи с общественностью в городском балете. Я сам приглашал ее.

- Между нами произошла небольшая ссора. Она могла нанять машину или вскочить в автобус или поезд и вернуться в город, наплевав на вещи, которые здесь оставила. Теперь я надеюсь, что так она и поступила.

- Не могу себе представить, чтобы она сбежала с аукциона и даже не позвонила мне.

- Сегодня в этом кровожадном местечке могло произойти все, что угодно. Меня беспокоит одна вещь, Боб.

- Только одна?

- На твоей записке было проставлено время - 12.25. Но ведь на аукцион вы уехали раньше? Вам нужно было успеть на завтрак.

- Да, мы выехали около полудня. Я возвращался.

- Ты возвращался сюда?

- Да. Лиз забыла свою чековую книжку, на которую я возлагал большие надежды. - Он рассмеялся. - Послать за ней было некого, поэтому я вызвался сам. К тому же я надеялся застать вас с Таней. Предполагалось, что вы с ней будете открывать шоу. А времени оставалось немного.

- Ты видел Баумана?

- Господи, конечно нет. Мне незачем было заходить в комнату Томми.

- Тогда он мог быть еще жив. А в доме ты с ним не встречался?

- Нет.

- Когда мы с Дэвидом подъехали, перед домом не было ни одной машины. Естественно, вы не могли уехать и оставить его без машины.

- У него оставалась спортивная машина. "Корвет", по-моему. Так его не было перед домом?

- Нет, - Джерико вздохнул. - Ты понимаешь, что в это время, в двенадцать двадцать пять, в доме мог находиться убийца или даже несколько.

- Ничего себе!

- Видно, тебе везет больше, чем ты можешь предположить. - Джерико едва заметно улыбнулся. - Во всяком случае, Роберт, если ты начнешь указывать на меня пальцем, мне не останется ничего другого, как обратить палец на тебя. Кто, кроме Лиз, знает, что ты возвращался за чековой книжкой?

- Она могла кому-нибудь сказать. Сам я не говорил. Я спешил поскорее найти ее и вернуться.

- А "корвет" стоял перед домом?

Уилсон нахмурился:

- Честно говоря, не помню. Понимаешь, я не думал о Баумане. Поэтому мне было ни к чему смотреть, здесь ли его машина.

Шеннон вышел в холл, вытирая свое круглое лицо безукоризненно белым льняным платком.

- Они так кричат, что я даже сосредоточиться не могу, - сказал он.

Подошел к затянутой сеткой входной двери и некоторое время постоял, разглядывая лужайку перед домом. Потом вернулся и, сосредоточенно нахмурившись, спросил:

- Насколько рискованно, по-вашему, было бы послать одного из моих помощников за подкреплением?

- А согласятся ли они сами поехать? - поинтересовался Уилсон. - Мне показалось, что они до смерти напуганы.

- Предположим, что один из них согласится, - продолжал Шеннон - он явно предпочитал обращаться к Джерико. - Вы человек, привычный к опасности. У вас должно быть какое-то мнение.

- Возможно, - ответил Джерико, - что ваш человек сядет в машину и доедет без всяких осложнений. Теперь хиппи должны были уйти достаточно далеко отсюда. Вероятно, опасность уже миновала. Как вы заметили, Прентиса они пропустили.

- А как заметили вы, сын Прентиса - один из них.

- Но они знали, что он едет за подмогой.

- Знали. Но не остановили его. Это может означать...

- Это может означать, что они ушли. Они не дали мне уехать, выведя из строя мою машину, потому что тогда у них не было бы времени, чтобы скрыться.

- Выходит, теперь есть шанс, что опасность позади, - заключил Шеннон. Насколько мы рискуем?

Джерико посмотрел на Шеннона в упор:

- Вы не спросили, не вызовусь ли я добровольцем.

- Итак?

- Не думаю, что готов согласиться.

- Тогда кто?

- Сегодня утром я был в усадьбе Уолтура, Шеннон. И присутствовал при избиении, взрывах, убийствах. И видел, как Фарроу со своими людьми без разбору стрелял по убегающим людям. Эти ребята - революционеры. Вы читаете газеты? Они не отступают перед властями. На насилие они отвечают насилием. Взрывают, поджигают, убивают. Око за око.

- Настанет время, когда они получат хороший урок.

- Так пойдите и дайте им его. - С этими словами Джерико отвернулся.

- Вы не закончили вашу мысль.

Джерико устало повернулся к Шеннону:

- Стоит таким вещам начаться, как они превращаются в настоящую оргию насилия. Они действительно дали Прентису проехать туда и обратно. Я подумал было, это потому, что он - отец Дэвида. Но ведь могла быть совсем другая причина.