Ходок - Василий Седой

Генерал меня нагло обманул. Помимо офицеров, которых должно было быть в общей сложности чуть более ста человек, с ними прибыл и унтер-офицерский состав. Учитывая, что каждый офицер притащил с собой по пять нижних чинов, можно представить возникшее здесь столпотворение.

Я нафиг сорвал голос, пока не додумался разбить их на три части, и таким образом, облегчить себе жизнь и усложнить её прибывшим ученикам.

Теперь занятия приобрели хоть какое-то подобие порядка. Пока одной группе я давал теорию, вторая под присмотром казаков из моего будущего отряда занималась физподготовкой, а третья на практике отрабатывала тактические приёмы, усвоенные на моих занятиях.

По окончании занятий с штурмовиками и диверсантами для меня ничего не закончилось. Им на смену прибыли разведчики. Генерал в этот раз сам нас не посещал, ему было некогда. В письме, переданном вестовым, он попросил провести подобные занятия ещё и с этим контингентом. Пришлось идти навстречу, но в этот раз учёбе разведчиков я уделял только по полдня. Дальше они занимались самостоятельно, под присмотром некоторого количества казаков, а я принялся гонять свой будущий отряд.

Слово гонять не подразумевает нагрузку их физической подготовкой. Полковник действительно подобрал в отряд хороших бойцов. Мы занимались по большей части отработкой взаимодействия при штурме укреплений, зданий и сооружений. Для этого саперы, присланные генералом, построили небольшой полигон, совмещенный со стрельбищем. А пострелять моим бойцам тоже пришлось немало.

В процессе обучения, я, понимая, что за просто так никто сердце рвать не будет, завёл с полковником разговор о разделе добычи. Тот, по-своему обыкновению, улыбнулся и произнес:

— Правильный подход. Я уже, грешным делом, подумал, что все себе будете хапать. Да и казаки интересуются.

На что я, не задумываясь, ответил:

— Извините, как-то не до этого было. Лично мне, в принципе, какие-либо ценности не нужны, вся моя доля уйдёт моей женщине.

Полковник на этот ответ согласно кивнул головой и озвучил свое предложение:

— Я прекрасно Вас понимаю, мы с казаками уже давно обсудили, как справедливо разделить добычу. Возможность заработать — это благодарность Вам генерала. Предложение у нас простое. Половина отходит Вам, вторая — нам. Как между собой будем делить свою половину, мы сами разберёмся. Вас устроит такой раздел?

— Более чем. — Тут же ответил я, про себя подумав, что готов был получить максимум треть.

Все происходящее за прошедшее время можно описать очень коротко — косо, криво, лишь бы живо.

Как бы там ни было, а к моменту начала наступления мой отряд уже представлял из себя очень даже зубастую часть, которая, в случае столкновения, сможет удивить любого противника, как в окопах, так и в населённом пункте.

В трудовом угаре для меня фоном прошла даже новость о неожиданной беременности, поведанная Татьяной. Мною — давно ожидаемая. Я в тот момент был настолько вымотан, что даже сильно радоваться не был сил. Этим я чуть не обидел любимую женщину. Можно сказать, по краю прошёл, вовремя спохватившись, и постаравшись загладить вину всеми доступным способами.

В итоге, пусть где-то не очень качественно, но мы смогли подготовиться к наступлению, и теперь только время покажет результат затраченных усилий.

За несколько дней до назначенного времени начала операции меня вместе со всеми штабистами вызвал к себе Брусилов. Направились мы к нему полным составом. Смысла кому-либо оставаться тут не было никакого.

Честно сказать, я не ожидал, что Брусилов позовёт меня на совещание, где будет ставить задачи командирам армий, корпусов и даже дивизий. Здесь присутствовали люди, действительно оставившие след в истории, о которых в моем времени, наверное, слышали все.

Интересно было за ними наблюдать. Особенно после того, как они получали конкретные приказы о выдвижении их подразделений в чётко обозначенные районы, в строго определённое время. Особенно интересно было смотреть за выражением их лиц, когда им выдавали запечатанные пакеты, которые они должны были вскрыть в момент начала наступления, и никак не раньше. К каждому такому пакету в дополнение шёл ещё и офицер. Его задачей была сохранность содержимого этого пакета и ответственность за время его вскрытия. Брусилов сделал все, от него зависящее, чтобы сохранить планы проведения операции в секрете как можно дольше.

Этим он очень удивил подчинённых и даже вызвал недовольство выказанным недоверием. Но ему, похоже, было абсолютно всё равно на их недовольство, что он и подтвердил своими дальнейшими высказываниями.

Ничего такого, что бы могло удивить народ в моем времени он не сказал. А для местных это было подобно грому среди ясного неба. Брусилов каким-то очень спокойным голосом уведомил присутствующих, что императором ему дано право расстреливать нарушивших его приказ без суда и следствия.

Честно сказать, я, услышав подобное, и сам охренел. Подобное могло быть во времена Сталина, но вот сейчас…

Брусилов подтвердил свои слова, показав бумагу, подписанную побывавшим здесь Великим князем, и закончил совещание. Пообещал, что он без раздумий воспользуется данным ему правом в случае, если кто-то попытается не выполнить поставленные перед ним задачи.

Уже после совещания, оставшись со мной наедине, он каким-то обреченным голосом произнес, что отрезал себе все пути к отступлению. Теперь он или станет победителем (а их, как известно, не судят) или трупом, потому что вряд ли Великий князь, подписавший по пьяне эту бумагу, простит подобную подставу.

Интерлюдия

Координатор проекта под названием «Возрождение», которого обыватели почему-то называют «Право на жизнь», сильно нервничал. Ему буквально только что сверху спустили приказ обеспечить доступ корпорации «Галанет» к аппаратуре, отслеживающей происходящее на планете под названием «Земля», только-только подключённой к этому проекту.

Там произошёл какой-то забавный казус с одним из аборигенов, и корпорация решила организовать трансляцию приключений нескольких представителей людей, проживающих там, для своей аудитории.

Все бы ничего. Это обычная практика, — развлекать обывателей показами происходящего во время действия протокола предотвращения катастроф планетарного масштаба среди рас, не достигших развития «Техно один». В любом другом случае координатор просто выполнил бы приказ и продолжил заниматься своими делами, не обращая внимания на эту суету. Но в этот раз так не получится. Чуть ранее к нему обратился один из высокопоставленных покровителей с просьбой посодействовать в приобретении планеты, пригодной для проживания его расы.

Беда в том, что в данный момент в разработке находится только одна подходящая планета, как раз эта самая Земля. По сути, у людей, проживающих там, шансов заслужить право на жизнь, практически не было никаких. Слишком уж они отсталые в техническом развитии. До приказа о подключении к трансляции у них был один путь —