Эфир Терра 10 - Артемий Скабер

сложные задачи решаются самыми простыми способами, — философски заметил Ульрих.

— Разве? — внезапно прозвучал новый голос откуда-то из глубины комнаты.

Мы все мгновенно напряглись. Эфир отозвался на мой зов, серебристые нити энергии заструились под кожей. Лок выхватил револьвер, Торс схватился за рукоять меча. Ульрих поднял посох, готовясь к бою.

И тут из самого тёмного угла спальни начала материализовываться фигура.

Сначала появился контур. Потом детали стали проявляться отчётливее. Высокая худощавая фигура в длинном красном балахоне. Капюшон глубоко надвинут на лицо, скрывая черты. Руки спрятаны в широких рукавах.

Красный балахон? Тот самый тут?

Глава 8

Мы все мгновенно напряглись. Эфир заструился под моей кожей серебристыми ручейками, откликаясь на угрозу. Лок выхватил револьвер, курок щёлкнул в тишине. Торс схватился за рукоять меча, мышцы напряглись для броска. Ульрих поднял посох, готовясь к магической дуэли.

— Долго я вас ждал, — произнёс красный балахон, поворачивая капюшон в нашу сторону. — Особенно тебя, мальчик.

— Жаль разочаровывать, — ответил я, позволяя эфиру проступить на поверхность кожи. — Но сегодня всё будет по-другому.

Действовали почти одновременно.

Я бросился на красного балахона, серебристые клинки уже материализовались в руках. Лок с Торсом устремились к патриарху — тому ублюдку, что внезапно открыл глаза и начал подниматься. Ульрих остался прикрывать нас, перегородив дорогу к двери каменной стеной.

В голове пронеслись мысли: «Почему эта тварь здесь? Он же должен был сдохнуть от тех ран, что ему оставил элементаль огня, когда он удирал с тринадцатой терры через кирмиров. И почему патриарх проснулся именно сейчас?»

Красный балахон замахнулся на меня рукой. Воздух прорезали его когти — длинные, изогнутые, словно у гигантского хищника. Каждый был острее бритвы и покрыт какой-то чёрной слизью.

Я откинулся назад, уходя от удара. Мои клинки прошли над самым его носом, оставив в воздухе след. Где-то на периферии сознания отметил. Если эта дрянь поранит мне кожу, заражение неизбежно.

Опыт сражения с этой тварью у меня был. Печальный опыт, если честно. В тринадцатой терре я едва унёс ноги, и то только благодаря везению. Но потом я вернул ему должок. Смею заметить, тогда у меня не было кристалла души. Сейчас всё иначе.

Начал вспоминать его умения. Ублюдок может заразить, если поранит. Способен блокировать эфир в определённом радиусе. Но главное — он живуч, как тысяча чертей.

Сформировал эфирный нож и метнул в засранца. Серебристое лезвие засияло, прорезая воздух с характерным свистом.

На мгновение почувствовал, как моя магия поблекла. Словно кто-то накинул на неё мокрое одеяло, приглушая силу. Но энергия не исчезла полностью. Кристалл души пульсировал в груди, подпитывая заклинание.

Нож угодил урод у в плечо, вонзившись по рукоять. Но крови не было. Только чёрная слизь, которая тут же начала затягивать рану.

— Мальчик стал сильнее? — прохрипел красный балахон голосом, от которого захотелось зажать уши. — Думаешь, это тебе поможет?

Не стал отвечать на провокации. Слова — для дураков. Дела — для умных.

Десяток эфирных кинжалов взмыли в воздух, каждый нацелен в жизненно важные точки. В правой руке материализовался меч — широкий, тяжёлый, созданный для одной цели: убивать.

Кинжалы впились в тело красного балахона. Один угодил в грудь, второй в живот, остальные в конечности. Каждый удар сопровождался вспышкой серебристого света.

Но что-то было не так. Я не чувствовал сопротивления плоти. Не ощущал, что причинил урон. Словно бил по пустоте, облачённой в красный балахон.

Тварь засмеялась — звук, от которого кровь стыла в жилах.

— Ха-хаха! Всё ещё не понял, с кем имеешь дело?

За спиной разгоралось сражение братьев с патриархом. Звук стали о сталь, вспышки магии, крики ярости. Мужчина проснулся окончательно и сейчас теснил Лока с Торсом к стене.

Огонь и вода — стихии патриарха. Пламя обжигало воздух, заставляя его дрожать от жара. Пар поднимался от раскалённых камней пола. Запах гари смешивался с металлическим привкусом крови.

— Сука! — рыкнул Лок, уворачиваясь от огненного шара. — Он ещё сильнее, чем был до этого!

Торс не тратил слова попусту. Громила атаковал в лоб, полагаясь на силу и скорость. Его меч рассекал воздух, оставляя серебристые следы. Но патриарх был опытным бойцом. Уклонялся от ударов, контратаковал магией.

Струя кипящей воды ошпарила Торсу плечо. Громила не вскрикнул, даже не поморщился. Продолжал атаковать, словно боль была ему незнакома.

Дерьмо. Вспомнил слова Лока про то, что всё слишком легко. Он оказался прав. Это была ловушка.

Бросил быстрый взгляд на дверь. Ульрих заблокировал её каменной стеной и забаррикадировал мебелью. Но снаружи уже толпились маги — слышались голоса, приглушённые удары по камню. Поддержка патриарха спешила на помощь.

Если выбирать слова, то мы в полной заднице.

Красный балахон решил воспользоваться моим мгновением невнимательности. Атаковал с неожиданной скоростью. Из рукавов его балахона выползли черви.

Не обычные дождевые. Эти были размером с мою руку, чёрные как ночь, с рядами острых зубов вместо рта. Присоски покрывали их тела, как у пиявок. В каждой присоске виднелись иглы.

Десятки тварей устремились ко мне, извиваясь в воздухе. Некоторые плевались кислотой. Капли прожгли дыры в каменном полу.

Кристалл души полыхнул в груди, отвечая на мой призыв. Энергия хлынула по каналам, концентрируясь в ладонях.

Сотни эфирных пуль вылетели из моих рук. Мелкие, быстрые снаряды прошили воздух, каждый находя свою цель. Черви разрывались на куски, их внутренности шипели на полу.

Остальных я добил огнём. Пламя вспыхнуло вокруг меня защитным куполом, превращая выживших тварей в пепел.

Пока я расправлялся с червями, красный балахон подобрался ближе. Его удар пришёлся точно в цель.

Меня снесло к стене, словно таранам. Врезался в массивный шкаф. Дерево затрещало под ударом, полки рухнули, книги посыпались на пол.

Тут же почувствовал, как живот обожгло. Знакомое ощущение. Паразиты. Микроскопические твари пытались проникнуть в меня через поры кожи, попасть в кровоток.

Не дал им шанса. Выпустил огонь прямо в себя — болезненно, но эффективно. Пламя очистило кожу от заразы, прежде чем та успела закрепиться.

Копьё эфира уже летело к красному балахону. Серебристое острие пронзило воздух, оставляя за собой светящийся след.

Попал прямо в лицо. Вернее, туда, где у нормального существа должно быть лицо. Под капюшоном скрывалось что-то неопределённое, постоянно меняющее форму.

Копьё вонзилось по самый наконечник, но эффекта не было. Тварь даже не дёрнулась. Серебристая энергия растворилась в том, что заменяло ему плоть.

— Сука, из чего ты сделан? — выругался, поднимаясь на ноги.

Плевать. Буду действовать по старой схеме. Если дистанция не работает, значит, в ближний бой.

Бросился вперёд, эфирные клинки удлинились,