Стезей Боли (СИ) - Викторов Виктор Сергеевич

Полутёмный зал Сердца Хаоса снова встретил меня спокойствием. Горящие лампадки, неизвестно кем и когда зажигаемые, резкие тени, пляшущие по залу, сворачиваемые в причудливые силуэты и отражаясь изломанными зигзагами на стенах.

Вдохнув запах терпких благовоний, я усмехнулся.

Переговоры с «БирХардами» прошли более, чем нормально. Дядя был прав: перед вескими аргументами даже самые уверенные в себе люди пасуют, беря себе время на обдумывание не потому, что оно нужно, а для того, чтобы найти приемлемый выход из положения, в которое ты их загнал своими доводами.

Объединение — не самый плохой вариант. Я получаю целую кучу компетентных специалистов, которые понимают в игровых реалиях гораздо больше, чем я на данном этапе. И я прекрасно осознаю, что будут попытки прогнуть «Мастеров» под себя, но это, в данный момент — зло меньшее, по сравнению с тем, с чем нам придётся столкнуться в дальнейшем. Для этого у меня есть верные люди, которые вовремя отреагируют на подобные попытки. И да, если так разобраться, всё завязано на мне. А после урегулирования всех формальностей в «реале» — беспокоиться, практически, будет не о чем.

«Начинается новая веха в становлении „Мастеров Мглы“, Вова».

Слишком много всего навалилось, чтобы я мог надеяться справиться с этим скромными силами своего «недоклана». Не считая, что мне нужно сосредоточиться на поиске рун, защите Старого Кладбища Ордена и дальнейшем развитии своего клана.

Войдя под своды центрального коридора, я отослал короткое сообщение всем тем, с кем собирался исследовать катакомбы, расположившиеся под Храмом. Ждать оставалось недолго.

* * *

Знак Хаоса представлял собой изуродованную Розу Ветров, вот только вместо лучей из его центра вырывались равной длины стрелы. Повинуясь наитию, я осторожно приложил ладонь к монолитной стене, ощущая кожей тёплый шершавый камень, а ещё — чувствуя себя полным идиотом.

Древнему знаку, в который подали «ману», было абсолютно плевать, кто в него вольёт дышащую Хаосом энергию — я или кто-то ещё. Алгоритм сработал, массивная плита с шорохом отъехала, явив нам каменный туннель.

Из темноты пахнуло затхлостью, и пути назад у нас не было.

Глава 11

Трупов бояться нечего, так же, как и темноты. Сталкиваясь со смертью и темнотой, мы боимся прежде всего неизвестности и не более того.

(Альбус Дамблдор).

Гарконская Пустошь. Пасть Леты. Сердце Хаоса. До обновления: 4:34:21 ч.

Подземелья.

Катакомбы, смердящие вековой пылью, потревоженной неосторожными шагами и норовящей забить нос при каждом вдохе. Узкие проходы, пугающие абсолютной тишиной, звенящей, словно струна, когда от звуков, производимых тобой — страшно самому. Нескончаемые и причудливо запутанные отнорки, нередко оканчивающиеся тупиками, словно легендарный лабиринт Минотавра, неоднократно воспетый в мифах Древней Греции. Тревожные анфилады залов, гротескно вписывающиеся в это переплетение, когда вынужден пребывать в постоянном напряжении, готовый к чему-угодно — отдельная ситуация для паники…

Неизвестно, чьими руками были построены эти нескончаемые переходы. Может их касались натруженные руки Детей Гор, мастеров лучше которых сейчас в мире не сыщешь? А, возможно, мы сейчас лицезрим результат тяжёлого каторжного труда невольников Залаура…

Этого из нашей группы не знал никто.

— Всё это, конечно, очень познавательно, но скажите мне: это когда-нибудь закончится? — проворчал Димон, в очередной раз безуспешно отряхиваясь от налипшей пыльной паутины. — Создаётся впечатление, что мы кругами ходим.

Отвечать на это я не стал. Карта в интерфейсе чётко гласила: мы здесь ещё не проходили, а ворчание лучника было скорее фоном, чем реальным недовольством. Всем давно надоело молчать.

Да, уже изрядно насточертели многочисленные тупички, в которые наш отряд совался с завидным постоянством, но тем не менее — мы успешно продвигались вглубь лабиринта.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Если здесь кто-то и остался живой, то явно он находится очень глубоко, — отстранённо заметил Хассараг. — Думаю, что эти камни уже несколько веков не видели ступней разумных.

Не знаю, как у оставшихся из «гнезда», но уверен — у старого вампира «Поиск живого» был прокачан на недосягаемые высоты, и его экспертному мнению я был склонен доверять. Конечно, никто не отменял того, что в глубине подземных переходов нам могут повстречаться и представители нежити, но уж кого-кого, а эту братию после дара Танатоса, я опасался меньше всего.

В состав отряда я взял весь старый состав, не рискнув вообще показывать новичкам наличие подземных коммуникаций под Сердцем Хаоса. Меньше знают — крепче спят. Да и мне спокойнее будет.

Ньютон, Воруван, Пандорра, я, Хассараг, Кастет, Димон, Яхиль, Утрамбовщик и тройка оставшихся из «гнезда», имён которых я даже не старался рассмотреть и запомнить. Достаточно того, что они находятся в «епархии» Хассарага. Вот пускай он и запоминает их, в чём я лично очень сомневался, так как от него можно было услышать только: «бездари», «циркачи» и «бестолочи».

Как по мне, своему выводку он планку завысил изначально, о чём, естественно, предупредить их забыл. В итоге получилось, что прогресс «высших» был виден невооружённым глазом даже нам, в то время, как сами они себя по-прежнему считали неумехами и бездарями. Попытавшегося им это объяснить Димона, Кастет когда-то жёстко осадил и настоятельно посоветовал не лезть не в своё дело, за что получил одобрительный кивок от Хассарага. Мне кажется, или эта троица: тролль, гном-еврей и старый вампир просто спелись на одной волне?

Кто бы знал, как мне надоели всевозможные пещеры, подземные города и всё, что связано с постройками, находящимися ниже уровня, по которому нормальные разумные, обычно, ходят ногами. Сколько их уже было — я устал считать!

— Слышите? — насторожилась Пандорра, сбившись с шага. — Мне это кажется?

Сначала я не понял, о чём она говорит, только лишь через несколько минут услышав далёкое журчание. Ручей? Направившись на звук, через несколько минут мы вышли в небольшое помещение, в центре которого находился фонтан.

Причудливая статуя, сотворённая неизвестным мастером из белоснежного камня, который не смогло затемнить даже время. Казалось, что она только вышла из-под резца скульптора, поражая совершенными формами и невероятным талантам создавшего её.

Словно выхватив её изящный пируэт неизвестного нам танца, мастер запечатлел неизвестную девушку-хуманку в гармоничном па, сумев передать её юный возраст, гибкий стан и мастерство, увековечив неведомую танцовщицу в отполированном камне, коего не коснулась ни одна трещина.

Кристально чистая вода, срываясь с её ладоней тонкой струйкой, устремлялась в небольшой изящный бассейн, который так и не смогло коснуться зловонное влияние осевшей в этих переходах пыли. Будто неведомый уборщик, каждодневно смахивающий лишнее с произведения искусства, при этом не ленясь, натирал девушку мягкой тряпкой, чтобы в любой момент она выглядела всё также безукоризненно, как и в момент своего создания.

— Так вот где ты спряталась, — усмехнулся Хассараг, замерев. — Как же долго тебя искали…

— Ты знаешь, кто это?

— Да, — медленно наклонил голову вампир. — Легендарная статуя, о которой несколько веков ходило настолько много противоречивых слухов, что отличить правду от вымысла уже не представлялось возможным, — непонятно хмыкнул он. — Это — Суона Дарующая.

«Внимание! Получено достижение: „Взгляд сквозь века“.

Вы первый в мире отряд, кому посчастливилось увидеть легендарное статую Суоны Дарующей, считающейся несуществующей».

«Слава +10».

— Богиня? — удивился я.

— Она, — подтвердил Хассараг. — Мастер — талантливый молодой скульптор по имени Лорадин, поклявшийся в её Храме при множестве свидетелей, что воссоздаст богиню, какой ей надлежит быть… Считается пропавшим и так и не выполнившим данное слово. Примечательно, что все его работы даже приблизительно не дотягивают до уровня того, что вы сейчас видите.