Толстяки зажигают - Тимур Белый

- Ты имеешь ввиду, что лучше делать хорошо себе, потому что ты точно знаешь, как это сделать, чем кому-то другому, потому что не знаешь точно, что для него хорошо? – уточнил Кайрат.

- Вот именно, - ответил Весельчак.

- Хорошая мысль, - Хмурый задумался. – Вещи, которые стопроцентно доставляют нам максимум радости, знаем только мы. Пусть каждый из нас и заботится о них.

- Но есть ведь общие вещи. Те, которые доставляют радость большинству людей, - сказал Артём. – Можно делать эти вещи более доступными для всех.

- Отличная идея, - одобрил Тед.

- Да, - поддержала Мадина. – По мере сил, по желанию.

- Желание будет, - проговорил старший куратор. – Это естественно для здорового телом, разумом и духом человека дарить радость и стараться быть полезным другим.

- Главное, чтобы таких здоровых было побольше, - сказал Артур. – Герман натолкнул меня на интересную мысль. Об эффективности использования энергии. Если мы тратим энергию делая то, что нравится нам, то максимальное её количество идёт на пользу – мы ведь знаем, что мы любим. А если тратим эту энергию, чтобы сделать хорошо другим, то какая-то её часть – в зависимости от того, насколько мы угадали, что «хорошо» для этих других, - улетает в трубу. В общем я всё усложнил, но пришёл практически к тому же, к чему пришёл Артём – нужно просто делать так, чтобы вещи, доставляющие радость большинству людей, были легкодоступны.

- Да у тебя прям философы в группе. Повезло тебе. Интересно, - расплылся в улыбке Теодор, обращаясь к Мадине.

- Сама не нарадуюсь, - улыбнулась в ответ девушка.

Артур с Германом поддержали её широкими улыбками, Артём улыбочкой поскромнее, а Кайрат ухмылкой.

- Яхты начнут приходить завтра, - объявил Тед. – Старые были на техобслуживании, а новые делали для нас по специальному заказу.

Видно было, что для Мадины это тоже новость.

- О, класс! Будем в океан выходить! – обрадовался Весельчак. – Я как раз думал, где они? На сайте же были фотки и видео с ними.

- Да, поплаваем. А стимулы, - вернулся старший куратор к первому вопросу Артура. – Они ведь всякие нужны, всякие важны. Какой заставляет в данное время гореть и делать что-то со страстью, тот и надо использовать. Не важно - личный или общественный. Я так думаю. Главное не вредить себе и людям. И Земле нашей.

- Я тоже так думаю, - согласился Артур.

- А если стимулы, заставляющие гореть и делать со страстью, как раз и направлены на вред людям? – спросил Герман. – Что если вред людям и есть стимул?

- Изолировать надо таких, - сказал Кайрат. – Не повезло человеку, если у него именно такие стимулы. Не здоровый он.

- Да… Не повезло, - задумчиво проговорил Артём.

Он хотел сказать ещё что-то, даже открыл рот для этого, но потом решил не говорить. Решил, что пришедшие в голову мысли надо хорошенько обдумать и упорядочить. Не подавать на стол сырые продукты, а угостить друзей готовым блюдом из них.

Хотя, если бы он выложил сейчас сырые продукты, то готовое блюдо, приготовленное шестью людьми, имело бы все шансы быть ближе к шедевру, чем приготовленное им одним.

Почему я не разовью его мысль, как когда-то сделал в схожей ситуации с Артуром? Да потому что я сам не понял, что он хотел сказать. Он закрыл своё сознание и не дал даже мне, своему создателю, заглянуть в него. Сам, в тишине, на досуге захотел постряпать и выложить.

С нашими героями Теодор задержался дольше, чем с другими группами. Понравилось болтать с «философами». Поговорили об обществе, любви, дружбе. Убедили Германа, который сказал, что ничего не умеет, потому что так и не смог нормально прокатиться на доске, в том, что он умеет многое. Орудовать ложкой и вилкой, читать, писать, считать, водить машину, ходить на маленьких – по отношению к остальному телу, - ступнях. Про виртуозное владение русским языком, до которого и способным иностранцам неимоверно сложно дойти даже за несколько лет, поговорили отдельно – приятно было осознавать, что так запросто умеешь такое трудное.

Множество мелких вещей мы умеем и даже не замечаем этого. Сюда относится то, что умеют все, то, что умеют далеко не все и то, что умеем только мы…

У каждого из нас свой уникальный путь развития. Даже те, кто с рождения живут в одном доме и подвергаются потокам одинаковой информации и воспитания, по-разному воспринимают и обрабатывают всё, льющееся на них, делают выводы и разветвляют свои мысли отлично друг от друга. Открывающийся доступ к разной информации и опыту развивает и ещё более усиливает эти отличия.

Каждый из нас становится уникальной системой внутренних миров, способностей и желаний, мощной оригинальной машиной восприятия и обработки различных, не похожих друг на друга, данных – эмоций, чувств, собственно информации, действий, интонаций… в общем, коктейля, включающего и те ингредиенты, которые ещё долго не сможет не то что обрабатывать, но даже и нормально воспринимать искусственный интеллект. А мы ещё и формируем на основании этого свои собственные выводы и действия.

Не все, конечно, пользуются этим и осознают, насколько они уникальны…

Проспавшему с самого рождения и внезапно проснувшемуся - в, допустим, двадцатилетнем возрасте, - человеку пришлось бы приложить уйму энергии и времени, чтобы научиться всему этому. Думаю, что он никогда бы уже «не вписался» в общество – в плане развития речи учёные со мной согласны. Настолько колоссальной я считаю работу, которую каждый из нас проделывает с пелёнок, даже не замечая.

В объявлениях о поиске сотрудника, вы не увидите перечисления всех этих умений. Они подразумеваются, как само собой присущее нормальному, образованному человеку. Кроме них – именно об этом и гласят объявления, - работодателей интересуют тонкие – или толстые в случае с виртуозами какого-либо дела, - прослойки умений, которые вы расположили внутри всего этого добра и - одновременно, - на его фундаменте, и то, насколько легко и быстро вы будете намазывать другие слои. Именно за это они готовы платить вам деньги.

- Ладно, пойду знакомиться дальше! – встал, наконец, старший куратор с шезлонга. – Приятно было пообщаться! Ещё