7-е небо - Джеймс Паттерсон

Затем как ни в чем не бывало продолжил:

— Судья постановил исключить письмо подруге как информацию из вторых рук, потому что ответчик Люк Флинн имел право на очную ставку с обвинителем.

— А обвинительница, к сожалению, была мертва.

— Но судья позволил принять во внимание показания парикмахерши. Адвокат Люка поднял шум, настаивал, что слова парикмахерши — тоже информация из вторых рук, однако свидетельство осталось и Люк получил приговор.

— Невероятно.

— Самое правильное слово! Адвокат Люка обратился в Верховный суд штата Теннеси, и восемь месяцев спустя приговор отменили. В настоящее время Люк Флинн живет в Луизиане с детьми и новой женой, делает кухни на заказ. Словно убийства Джой Флинн вообще не было.

— Дайте догадаюсь: дело заглохло, ничем не кончившись, и вы оказались перед выбором: либо сочинять, либо возвращать аванс, — сказала Юки, окончательно успокоившись.

— Точно. Я решился написать «Северные небеса», назвав роман в честь песни Джой, но книга провалилась. Зато «Малво» стал хитом, и «Кольца на ее пальцах», и новый роман, шокирующая история жизни и смерти Майкла Кэмпиона, рассказанная голосом чарующей, о Господи, Юки…

Джейсон притянул ее к себе и снова поцеловал, а когда она воспротивилась и сказала: «Нет, я так не могу», — крепче сжал в объятиях. Юки вскочила, оттолкнув его, и отошла за кофейный столик.

Лицо Твилли потемнело. Он был взбешен, и Юки понимала почему. Он угадал в ней желание, но либидо и в сравнение не шло с тем, как она теперь боялась Твилли.

— Извините, но я просто не… — начала Юки.

— Да не будь такой унылой мышью, покажи счастливую япошку,[15] — перебил Твилли. Его асимметричная улыбка стала натянутой, он встал, пошел к Юки, стоявшей посередине комнаты, и протянул к ней руку. Она попятилась.

Япошку? Он что, с ума сошел?

Решительно пройдя по бледно-зеленому ковру к входной двери, Юки открыла ее:

— Спокойной ночи, Джейсон.

Джейсон Твилли не двинулся с места.

— Да в чем дело?! — вскричал он. — Ты со мной флиртовала, пригласила к себе домой, а теперь на попятную? Знаешь что… — Он, шагнув к Юки, схватил ее за подбородок двумя пальцами и резко поднял ее лицо к себе.

— Я сказала — нет! — вырвалась Юки. — А теперь уходите, или я полицию вызову!

— Сука чокнутая, — процедил он и холодно улыбнулся, опустив руки.

У Юки сильно билось сердце, когда Твилли медленно вышел в коридор. Она с силой захлопнула за ним дверь, повернула замок и прислонилась к двери, пока не услышала, как открылись и закрылись дверцы лифта. Она подошла к окну. Твилли вышел из «Королевского герба» и сел в машину.

Завизжали покрышки, и черный «мерседес» пулей полетел к Джоунс-стрит.

ГЛАВА 54

Когда в ее доме арестовали маньяка-убийцу, Синди решила взять для охраны собаку. Питбули в Сан-Франциско запрещены, служебные собаки и комнатные моськи Синди не привлекали, поэтому поиски идеальной сторожевой собаки закончились в зоомагазине Сета на Шестой улице, то есть буквально за углом.

— Берите этого. Его зовут Попка Озабоченный, — сказал Сет. Озабоченным Попкой прозывался персиковый с белым молуккский какаду, родственник попугая из сериала Роберта Блейка «Баретта». Сам Попка на кинозвезду не походил. Он уныло сидел в углу клетки, выщипывая на груди перья, и поднимал голову, чтобы пронзительно заорать всякий раз, когда открывалась дверь магазина. — Он в депрессии, — пояснил Сет. — Ему нужен дом. Если кто-нибудь к вам проникнет, Попка сразу сообщит.

Переименованный в Персика, попка поселился у Синди, и его депрессия сразу закончилась. Очень довольный, он сидел на плече хозяйки, кусая карандаш и превращая его в мелкие опилки, и тихо бубнил себе под нос. Синди неделю или две привыкала к невнятному попугайскому бормотанию, пока не расслышала, что Персик повторяет: «Убить суку, убить суку, убить суку».

— Хочу супу, хочу супу, — отреагировала на это Синди, убежденная, что какаду можно перепрограммировать упорной тренировкой.

Сегодня Синди с Персиком работали дома. Сидя перед компьютером, она печатала в поисковике ключевые слова: «возгорания в жилых домах с жертвами», «пожары в жилых домах с человеческими жертвами в районе залива», «возгорания в жилых домах, причина неизвестна». Но всякий раз после нажатия ввода на экране появлялось слишком много информации.

Синди почесала попугая под шейкой, долила в чай горячей воды и вернулась к столу. Часы в нижнем углу экрана показывали 22:32, а она не продвинулась ни на шаг. Синди возобновила поиск, написав: «Возгорания в домах, богатые семьи».

— Персик, это нереально, — пожаловалась она, когда на экране появились десятки ссылок. — Тут два года читать!

Почти все ссылки вели к одному случаю — сгоревший четыре года назад дом в окрестностях Сан-Франциско. Просматривая статьи, Синди вспомнила ту историю. Жертвы, Эмиль и Розанна Кристиансен, погибли еще до того, как она начала работать в разделе криминальной хроники.

Эмиль Кристиансен был финансовым директором компании, выпускавшей офисную технику. Компанию выкупила компьютерная фирма, и Кристиансены в одночасье стали мультимиллионерами и переехали из города в лесной поселок на побережье. Согласно сообщениям в прессе, дом сгорел до фундамента до приезда пожарных, и Кристиансены погибли в огне.

Возгорание назвали несчастным случаем, но при составлении описи уцелевшего имущества сын Кристиансенов обнаружил пропажу коллекции монет своего отца, а также кольца с крупным изумрудом и браслета с сапфирами и бриллиантами, принадлежавших матери. Стоил браслет, кстати, пятьдесят тысяч долларов.

В конце последней статьи цитировали слова эксперта, работавшего на пожаре. Он заявил репортеру: «Свеча перевернулась, газеты загорелись, занялись портьеры, и вскоре огонь охватил весь дом. Я не нашел следов горючих веществ, поэтому сейчас не могу сказать, был ли это несчастный случай или поджог».

Синди просматривала ссылки и вскоре нашла отчет судмедэксперта по Кристиансенам. Патологоанатом определил причину смерти как отравление продуктами горения, а род смерти «неустановленным на основании отчета начальника пожарной службы».

— Персик, но как же похищенные драгоценности?

— Убей суку, убей суку…

В голове Синди бурлили десятки вопросов. Кристиансенов, несомненно, ограбили, так почему специалист, который осматривал место пожара, заявил, что затрудняется определить, несчастный случай или поджог? И еще одна мысль не давала ей покоя: совпадение ли, что эксперт, работавший на пожаре у Кристиансенов, выезжал на убийства Малоунов и Мичемов?

Синди знала имя специалиста, потому что о нем говорила Линдси. Его звали Чак Ханни.

Она водворила Персика обратно в клетку и накрыла ее платком. Придвинув к себе телефон, Синди позвонила своему редактору.

А затем позвонила Линдси.

ГЛАВА 55

Девушка была упитанной.

Она сидела за столом для пикника возле университетского бара «Джамба джус», лицом к Уайт-плазе, потягивая через соломинку «Клубничный вихрь». Одежда на ней была просторной, как палатка: длинная, ярусами, юбка и широкая красная футболка. Грубая кожа, мышиного цвета волосы — словом, то, что нужно.

Ястреб поднял бровь и чуть наклонил голову. Голубь кивнул. Они подошли к столу и присели. Ястреб сел рядом с девушкой, Голубь напротив.

Большим пальцем и мизинцем Ястреб изобразил телефон.

— Бринь-бринь.

— Ал-ло, — сказал Голубь, отвечая на звонок с собственного пальцевого телефона.

— Голубь, ты давай катись отсюда. Я ее первый увидел.

— Мне она больше нравится, чувак. Я тебе сразу сказал, как мне понравилась эта женщина.

Девушка подняла голову, озадаченная таким разговором, посмотрела на Ястреба, сидевшего слева, потом на Голубя и опустила глаза на ноутбук, вернувшись к недопечатанному блогу в «Май спейс».

— Друг, по-моему, мы ей не нравимся, — сказал Ястреб в свой «телефон». — Как думаешь, она сноб?

— Дай я с ней поговорю. — Голубь положил «телефон» на стол и обратился к девушке: — Привет. Я Голубь. Факультет компьютеров и программирования. — Он указал на здание корпуса Гейтса. — Мой приятель хочет тебя куда-нибудь пригласить, а я говорю: не важно, кто первым тебя увидел, мне ты нравишься больше.

— Ну да, ну да. Небось не меня одну разыгрываете? Это у вас спорт такой парный?

Ястреб тронул девушку за локоть:

— Обидно, между прочим. Ты нас совершенно неправильно поняла. Я видел тебя в библиотеке, неужели не помнишь? Я не умею общаться с девушками, поэтому привел друга.

— Это правда, — поддержал его Голубь. — Ястреб у нас ужасно стеснительный. Я пришел за компанию, но когда тебя увидел, клянусь, сразу подумал, что ты скорее мой тип, чем его.