Шахматы на раздевание - Дарья Калинина

– Что конкретно вы от нас хотите?

– Не путайтесь в это дело, – быстро воскликнул Эдик, так что стало ясно, эту фразу они с Лисицей репетировали не один раз. – Предоставьте все профессионалам.

Кира нахмурилась, но попыталась объяснить:

– Дело в том, что мы с Лесей уже предприняли ряд шагов, чтобы вычислить личность убийцы Кости Нахапкина.

– Зачем вам это надо?

– Полицейские подозревают Костю в причастности к совершенной у нас дома краже.

– Это мы поняли. Убийцу этого Кости зачем вам искать?

– Пока мы сидели в полицейском отделении, мы успели узнать, что дома у Кости тоже был сейф. И хотя он не был взломан, стоял целый и невредимый, но внутри полицейские нашли только небольшие деньги на текущие расходы. У нас же было украдено гораздо больше.

– И драгоценности… Их полицейские тоже не нашли.

– К чему вы это ведете?

– Да к тому, что если Костя причастен к случившейся у нас в доме краже, то у него явно был сообщник. И этот сообщник мог убить Костю, чтобы затем единолично распоряжаться всеми украденными у нас и не только у нас ценностями.

– Если мы найдем этого сообщника, то найдем и наши ценности.

Лисица побарабанил пальцами по столу. Потом они с Эдиком переглянулись, и тот снова сказал:

– Я считаю, что вам надо забыть об этом.

– О чем забыть?

– Украденные драгоценности мы вам возместим новыми подарками. А деньги… что же, деньги – это в конце концов всего лишь деньги. Сегодня они есть, завтра их может не быть, а через год они появляются снова.

– Вы слишком дороги для нас, чтобы мы позволили вам рисковать из-за такой ерунды.

Пришлось рассказать мужчинам и про сережки Лесиной бабушки, которые в любой момент могла потребовать для демонстрации ее мама. Услышав, что в дело вмешалась мама Леси, оба бунтовщика тут же притихли. Лесину маму они побаивались, и видеть ее в гневе им совсем не хотелось.

– Э-э-э… это все меняет, – сказал Лисица.

– Что же вы нам сразу не сказали про сережки? – поспешно добавил Эдик.

– Нельзя расстраивать маму.

И мужчины трусливо переглянулись. Они знали, в кого полетят шишки, когда обнаружится пропажа сережек. Тетя Света обвинит во всем не свою дочь или ее подругу, она обвинит мужчин, не способных защитить честь и имущество своих женщин.

– Нельзя, чтобы мама Леси узнала правду!

– Мы это и сами прекрасно понимаем, – отозвалась Кира.

– И мы не хотели расстраивать ни вас, ни ее, – добавила Леся. – Поэтому и молчали до последнего.

– Значит, эти сережки вы пытались вчера выкупить у Кости? Из-за них весь сыр-бор?

– Да.

– Ну, так теперь нам все понятно! – воскликнул Лисица.

– Молодцы, что поехали, – прибавил Эдик.

И почти хором мужчины закончили:

– Мы бы и сами посоветовали вам то же самое.

Посмотрите на этих людей! А еще вчера эти двое метали громы и молнии, ругая подруг на чем свет стоит. Сегодня же они хвалят их за то, за что вчера проклинали. И как подругам после всего этого относиться к своим мужчинам? Как они могут уважать мнение людей, которые настолько не уважают их собственное, что даже не желают выслушать до конца?

Но подруги решили быть выше подобных дрязг, в конце концов, они ведь женщины и должны уметь прощать.

И Кира сказала:

– К сожалению, нам не удалось выцарапать наши сережки у Кости. Прежде чем мы сумели поговорить с мерзавцем, кто-то уже всадил ему в живот нож.

– Безобразие!

– Ставят нам палки в колеса.

– С этим надо разобраться!

В общем, к концу завтрака мужчины, еще совсем недавно категорично отрицавшие даже возможность проведения собственного расследования, совершенно изменили свое мнение.

А когда раздался звонок вчерашнего следователя, который просил подруг подъехать к нему в отделение, мужчины и вовсе почувствовали себя нужными, незаменимыми и самыми главными.

– Мы поедем с вами, и точка! – заявил Лисица.

– Уверен, мы сумеем быть вам полезными, – добавил Эдик.

– Или если нас арестуют, – кисло улыбнулась в ответ ему Леся, – то хотя бы привезете нам сменную одежду и продуктовый паек на первое время.

Но мужчины заверили девушек, что об этом не может идти и речи.

– Никто вас не задержит и не арестует. Это все недоразумение, следователь должен это понимать.

Однако следователь держался с подругами отнюдь не так дружелюбно, как их мужчины держались с самим следователем. Увидев их служебные удостоверения и услышав, что они являются женихами девушек, следователь разрешил им остаться в кабинете и даже пообещал поговорить с ними.

– Но сначала я задам несколько вопросов вашим подругам. Надеюсь, вы не возражаете?

– Делайте с ними все, что требует ваш долг.

Следователь кивнул и обратился к девушкам:

– До меня дошла информация, что вчера вечером под видом журналисток вы заявились к бабушке нашего потерпевшего, – очень сухо и холодно сказал он.

Лгать, что это были не они, подруги остереглись. Выяснить правду было совсем нетрудно. А даже маленькая ложь, как известно, порождает большие подозрения.

Поэтому Кира кивнула:

– Да, мы были у старушки.

– А перед этим еще и наведались на работу к покойному?

– Если вы имеете в виду «Школу Жизни», то да, там мы тоже были.

– И с какой целью, позвольте вас спросить?

– Хотели узнать подробности про Костю.

– Да, но с какой целью?

Вот привязался!

– Хотим сами найти его убийцу!

– Зачем?

– У него может находиться очень ценная для нас вещь.

– Та, что сообщник Кости украл у нас из дома.

– И которую ваши люди не обнаружили у самого Кости.

– Да, да, я помню, – поморщился следователь. – Вы мне вчера все уши прожужжали этими вашими бабушкиными сережками. Неужели эта вещь для вас имеет такую большую ценность?

– О, да! Огромную.

– Кстати, кому конкретно из вас сережки принадлежат?

– Мне, – подняла глаза Леся. – И поверьте, для моей семьи это уникальная вещь. Я не могу так запросто примириться с ее похищением.

Следователь откинулся на спинку стула и, прищурившись, уставился на подруг:

– Все равно не понимаю, – произнес он.

– Чего?

– Не понимаю, зачем вам понадобилось тревожить пожилого человека. При чем тут бабушка нашего потерпевшего? Ей-то ваши сережки с какого ляду?

– Она могла…

– И вообще, убийство Константина Нахапкина может быть и не связано с серией краж, которые произошли в домах его бывших клиентов. В частности, с кражей в вашем доме.

– Мы это понимаем и учитываем. Поэтому и наведались сначала к нему на работу, а потом к ближайшим родственникам – к бабушке и сестре.

– Надеялись, что они укажут нам на врагов или недоброжелателей Кости. С ними бы мы и потолковали!

– То вы хотите найти свои сережки и вора, – сердито произнес следователь, – то твердите, что землю роете, лишь бы отыскать убийцу Кости. Говорю вам, убийца может и не быть его сообщником, если у Кости вообще имелся сообщник.

– Разве плохо, если мы одним махом раскроем оба преступления?

Но следователь не торопился хвалить подруг.

– Нет, вы не понимаете, – произнес он. – Убийство Константина Нахапкина может и не быть связано с его предполагаемой криминальной деятельностью вора-наводчика. Да и этот факт еще надо доказать. А без доказательств – это всего лишь рабочая гипотеза, не более того.

– Так, а мы о чем вам толкуем! Нельзя зацикливаться на чем-то одном, мы и не собираемся. К примеру, вчера бабушка Кости и его сестра сказали нам, что у покойного были две девушки. Обе считали себя его невестами. Но жениться на обеих он точно не мог. Ведь не мог же?

– Двоеженство у нас в стране под запретом, – подтвердил следователь.

– Поэтому он и должен был порвать с одной из них.

– И эта девушка могла оскорбиться.

– А оскорбившись, могла попытаться отомстить Косте!

– И отомстила!

– Убила его!

Но следователь опять выглядел недовольным, хотя и в меньшей степени.

– Мне не нравится то, что вы затеяли. И то, что впутали сюда ваших молодых людей, тоже не нравится. Впрочем, может, хотя бы у них найдется крупица здравого смысла, и они отсоветуют вам заниматься расследованием.

И он перевел взгляд на Эдика с Лисицей. Те поспешно опустили глаза и пробормотали:

– Мы пытались поговорить с ними.

– Вряд ли это возможно.

– Вот как…

И посмотрев на сей раз опять на подруг, следователь неожиданно велел им:

– Выйдите, пожалуйста. Я хочу поговорить с вашими мужчинами.

Подруги попытались протестовать, но мужчины так на них посмотрели, что они не осмелились. Но, выйдя из кабинета, никуда не отошли, а попытались подслушать, о чем идет речь внутри. Однако это им плохо удалось. По коридору все время шныряли какие-то люди, в том числе и сотрудники в форме, которые очень неодобрительно косились на приникших к двери подруг. Получив несколько раз подряд наставление сесть на специально выставленные в коридоре стулья и сидеть на них смирно, подруги смирились. О чем бы ни беседовал сейчас следователь с их мужчинами, это останется для них загадкой.