Кай 4 (СИ) - Аянский Егор

— Отлично! — он заметно повеселел, — Люди гибнут каждый день, и никуда от этого не денешься. Она поможет мне выдержать атаки лича, остальное не мое дело, а значит и не ее.

— Договорились!

— Тогда в путь! Сегодня ты прокатишься на настоящем корабле Северян, оборудованном самым мощным сколитным двигателем этого мира! Будем в Танаре быстрее, чем ты себе можешь представить! Там нас встретят и доставят к самой границе Дикого леса.

— Неплохо. Но нужно будет заехать в пару мест и поздороваться кое с кем, а заодно пригласить поучаствовать в упокоении Хальма Лоттера.

— Вампирша? Так и знал. — Донни заметно скис. — А кто второй?

— Одна маленькая вредная старушка, способная швырнуть человека в другую страну движением пальца. Мне нужно кое-что проверить. Надеюсь, тебя пустят во дворец князя?

— Обижаешь! — расхохотался здоровяк. — Нас там еще и обслужат по высшему классу! Князь обязан новому государю, а я, как никак, не самый последний человек в его окружении.

Глава 7

До порта Фаэты мы добирались на огромном крытом паровике с гербом Саталии на дверях, в карете которого Дони чувствовал себя вполне уютно, и даже не задевал головой потолок. Я расположился у окна и с удовольствием рассматривал проплывающие мимо дома и граждан, которые прекрасно знали чей это транспорт. Молоденькие, и не очень, девушки приветливо махали нам рукой, и я воочию убедился, что мой друг действительно обладает всенародной любовью. Уж не знаю, какие он подвиги совершил за последние шесть лет, но то, что дышать в Фаэте стало свободнее, после приезда северян, ощущалось сразу.

По прибытии в порт мы без задержек пересели на гладкое длинное судно с плавными обтекаемыми формами, под управлением небольшого отряда коренных северян, которые встретили нас очень приветливо и сразу же проводили в отдельные каюты. Внутренне убранство последних меня сильно порадовало. Здесь не было вычурности и излишеств, а основной упор был сделан на удобство. Отличная кровать, добротные кресла и столы, крепкие шкафы с кучей самой разнообразной литературы, чтобы скоротать путешествие.

Как мне удалось выяснить, на судне стоял двигатель, работающий от сколитов седьмого уровня, что давало ему небывалую мощность и скорость. При Ленарде я даже и не слышал, чтобы кто-то пробовал делать такие корабли. Я немного злоупотребил гостеприимством и попросил здоровяка раздобыть мне один такой камень, чтобы поднять свою новую силу гасителя. Это бы здорово помогло нам в будущем противостоянии с культистами. Впрочем, едва он услышал о моих намерениях, как через полчаса мне выделили специальную комнату в трюме и моток глеверита, а также предоставили полный набор камней от четвертого и до седьмого. На мои попытки договорится о будущем возврате долга, Дони лишь осудительно покачал головой, заявив, что это дружеский подарок.

Кроме того, мне удалось привлечь для экспериментов свободного огневика шестого уровня, который присутствовал на судне исключительно в качестве охраны. Мы с ним заперлись внутри каюты, и я начал наконец-то осваивать незнакомую для себя способность, которая мне досталась от Лэтты. Она оказалась не сильно сложной в обращении, но требовала высокой концентрации и хорошего пространственного мышления, что не составило для меня проблемы. Повышение ее уровня вплоть до шестого привело лишь к увеличению мощности гасящего поля.

Вообще, уже четвертый уровень гасящей Силы позволил с легкостью нейтрализовать способность моего ассистента. Фактически, в этом поле он себя ощущал как огневик второго и не мог применить сколько-нибудь разрушительную способность. Выпускаемые им шары, гасли в воздухе, едва только срывались с его ладони. Энергия, которую он тратил в этот момент, уходила в никуда.

Но все изменилось как только я получил седьмой уровень. Теперь мне удавалось ощутить присутствие чужой Силы в своем поле. Я создавал маленький купол вокруг себя, а повелитель огня отходил в противоположный угол и запускал в меня мощный шар пламени. И в тот момент, когда этот сгусток касался моего «кокона», был кратковременный период, во время которого он терял свой свойства, распадаясь на чистую энергию. И вот эту самую энергию мне случайно удалось поглотить!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я мгновенно переключился на внутреннее зрение и обнаружил, что она ушла в Силовое ядро способности гасителя и осталась там! Я не мог ее преобразовать во что-либо другое, но мог свободно перемещать, находясь в состояние высшей концентрации, которое я использовал для создания рун.

Это навело меня на потрясающую идею. Вместо того, чтобы ждать, когда этот излишек «пойманной» энергии самостоятельно выйдет в окружающую среду, я перенаправил его в свое второе ядро. И эксперимент сработал — я смог, образно говоря, «подзарядится» и превратить Силу огневика в свою регенерацию!

У меня закружилась голова от предстоящих возможностей! Если я подниму обе способности до восьмого-девятого, я просто не смогу проиграть ни одному обладателю дара в прямом противостоянии. Тот же огневик иссякнет, а я стану только сильнее. Впрочем, на фоне того, что гаситель восьмого уровня и так может раскинуть купол на несколько полетов стрелы и нейтрализовать всех одаренных, это смотрелось не так уж превосходно. Но ситуации бывают разные и такое умение когда-нибудь может спасти жизнь. Стоит отметить, что Сила гасителя была очень экономичной в плане расхода ресурса и не шла ни в какое сравнение с затратами на регенерацию или ту же землю.

В итоге, когда наше судно прибыло в Танар, я сошел с него счастливым обладателем двух отличных способностей высокого уровня.

Уж не знаю, каким образом происходило оповещение, а может быть о нашем приезде Лису сообщила всезнающая Марта, но в порту нас встречала целая делегация, состоящая из князя и двух десятков человек его личной гвардии и приближенных чиновников. Однако, Дони еще с корабля громогласно сообщил, что он здесь по чрезвычайно важному делу и обязательно навестит местного правителя на обратном пути. Я же не стал отсвечивать перед ними, так как не был уверен, знает ли бывший глава изгоев обо мне вообще. Еще в катакомбах Марта его посвящала только в те дела, которые сама считала нужными.

После того, как процессия удалилась, мы сошли на берег и направился прямиком к дому Сиалы. Дони пытался отказаться, но я, помня его последний конфликт с вампиршей, настоял на необходимости его присутствия и убедил извиниться перед ней. Ее участие в моем плане просто необходимо для реализации всей затеи, иначе придется выдумывать менее эффективный способ действий.

Как и ожидалось, вампирша встретила нас с кислой миной на лице. Но я не воспринял это всерьез, так как прекрасно знал о ее умении владеть собой. И если она показывает мне это, значит ждет ответной реакции.

— Извини меня за тот выпад, Сиала, — произнес я виновато, — Я был в очень плохом состоянии и раздражен.

Дони стоял рядом и молча наблюдал за этой сценой, пока я не пнул его сапогом по щиколотке, будто бы случайно.

— Э-это…, — спохватился он, — Кай мне рассказал, что ты больше не служишь Тьме. Сиала, приношу тебе свои извинения, я был груб и непочтителен.

— Проходите уже, — усталым тоном произнесла она и впустила нас в дом. — Идите наверх, я скоро подойду.

Мы поднялись в гостиную, где за столом сидела Аурра, а хозяйка поместья удалилась на кухню варить кофе. Зверолюдка чувствовала себя вполне как дома, вальяжно развалившись в удобном кресле. Интересно, они и вправду нашли много общего с Сиалой Камистой, или все же она общается с ней из-за Юфина? Здравый смысл мне подсказывал не заводить разговор о его судьбе. Скорее всего она не может смириться с его ситуацией и не верит, что он стал вампиром, а узнав от истинной, что Юф фактически больше не женат на Клэр, теперь всеми силами будет искать способ держать контакт с вампиршей, которая сможет в будущем пролить свет на его участь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сиала вернулась с подносом своего любимого напитка и дальнейший разговор проходил в обыденном ключе. Я сознательно не переводил тему на убийство лича, так как знал, что Дони не одобрит моего плана. Он предпочел неведение, и я не собирался его переубеждать.