Мальдивская загадка - Тур Хейердал

В ожидании ответа мы продолжали собирать информацию у местных жителей. Нам представили еще одного старика - Ибрахима Диди Кало Сехиге, видевшего каменные ящики, когда их извлекли из хавитты. Двухкамерные ящики были накрыты сводчатой крышкой, похожей на крышу дома. В одной камере лежало золото в бронзовом сосуде, в другой жаровня с углями и золой. Ибрахим подтвердил, что в закопанном обратно ящике была маленькая статуя.

Нас познакомили также со старой женщиной по имени Кадия Ибрахим Калифан, вдовой островитянина, который был на Фуа - Мулаку вождем, когда из хавитты достали золото. По словам Кадии, это сделал некий "начальник" из Мале. Все найденное им в хавитте хранилось в ее доме до его отъезда. Он показал ей две миски, полные мелких золотых изделий и янтаря, а также талисманы, предназначенные для колдовства. Но Кадия знала, что, кроме того, были найдены человеческие кости и череп. ,По ее словам, их захоронили около хавитты, а не у мечети.

Записывая на пленку местные песни и сказания, Бьёрн и его сингальские студенты побывали у пожилого островитянина по имени Ахмед Мусса, который исполнил для них песнопение, известное, как потом оказалось, и его молодым соплеменникам. Так мы впервые услышали про рединов. Думается, не присутствуй это слово в местном сказании, восхваляющем Фуа - Мулаку, никто из островитян не стал бы говорить о них. Один куплет касался большой хавитты:

Редин танеке хеди ихао

Хавиттаи дагебо сингхала мауморе ко.

Эта будде хутте до

баланг дама хури это.

С помощью знающих местный диалект Абдул перевел:

Это здесь редины когда-то создали

хавитту, очень старую, построенную сингалами.

Говорят, там стояла статуя;

не пойти ли нам посмотреть,

стоит ли она на месте...

Тонкий намек на то, что статуя, возможно, спрятана, был достаточно понятен, а вот упоминание двух разных создателей хавитты сперва меня озадачило. Белл определил здешнюю хавитту как бывшую буддийскую ступу древнейшего сингальского типа, какие ему приходилось видеть на Шри-Ланке. Таким образом, утверждение автора сказания, что хавитта построена сингалами, выглядело резонным. Но кто такие редины? И если хавитту воздвигли сингалы, то как же она могла быть создана рединами?

Лишь много позже до меня дошел скрытый смысл этого текста. А тогда, в наши первые дни и ночи среди необычной общины, где по пятам доверия шла секретность, я просто не успевал все переваривать и толком осмысливать. Молодой учитель, уроженец одного из северных атоллов, пришел к нам, чтобы сказать, что жители Фуа - Мулаку знают о древней истории и немусульманских верованиях немало такого, чем не станут делиться с иноземцами. Наверно, он был прав, и все же мои записные книжки продолжали пополняться новыми деталями о прошлом острова. Меня особенно занимали загадочные редины. Было очевидно, что речь идет о каком-то народе. Перечитывая богатую сведениями публикацию Белла, я обнаружил беглое упоминание рединов в описании холма, который показали автору на одном из островов атолла Хаддумати:

"С этим холмом не связано никаких преданий, если не считать, что его создание приписывают так называемым "рединам", предполагаемым древним строителям всех таких огромных сооружений".

Дальше Белл говорит об еще одном сооружении, на острове Миланду в северной части архипелага:

"Суеверный страх удерживает островитян от раскопок этого холма, который они называют Рединге Фут" (Bell (1940, p. 105, 106).).

"Рединге Фуни" означает "Холм Рединов". Атоллы, на которых Белл услышал про рединов, находятся в противоположных концах длинной цепочки Мальдивов. И вот теперь мы узнали, что рединов считают также первоначальными создателями большого холма на Фуа - Мулаку.

Доискиваясь сведений о поре, к которой относили пребывание на острове легендарных рединов, мы с удивлением отметили распространенное среди местных жителей убеждение, что, когда редины сооружали хавитту, Фуа - Мулаку был атоллом с внутренней лагуной. В давние времена, утверждали островитяне, суда могли заходить в середину атолла и швартоваться или бросать якорь там, где теперь находится возделываемая земля. Из поколения в поколение передавалось, что некогда страшный шторм закупорил вход в лагуну коралловыми глыбами и песком, и постепенно на ее месте образовались плодородные поля с пресноводным озером в центре. Фуамулакцы так твердо верили в эту версию, что даже показали нам сплошные нагромождения глыб на южном берегу, где, по их словам, находился пролив.

Еще больше мы удивились, когда нас привели к красивому пресноводному озеру внутри острова шириной около 300 метров, от которого по каналам через трясину расходилась вода, орошающая плантации влаголюбивого таро. Озеро называлось Банда - Ра - Кали; ни до, ни после не доводилось мне видеть или хотя бы слышать про озера на коралловых островах. Зеркальная гладь отражала зеленое кольцо тропической листвы, бананов, кокосовых пальм. По преданию, сюда заходили редины, прежде чем закрылся ход для акул и ракообразных и коралловый сад на дне сменился темным плодородным гумусом,- вот и объяснение, почему во всем архипелаге только Фуа - Мулаку осчастливлен богатым разнообразием тропических цветов, плодов и овощей.

Считается, что где-то в сердце этого зеленого рая скрыты остатки древней пристани, но нам не довелось их увидеть.

Картина дивного озера стояла у нас перед глазами, когда мы слушали рассказ семидесятитрехлетнего Мухаммада Али Дидди о бывшей лагуне. Дед Мухаммада говорил ему, что Фуа - Мулаку очень, очень давно изменил свой облик, перестав быть атоллом.

- Это произошло до того, как мы стали мусульманами,- сказал Мухаммад.- Когда наш народ принял ислам, люди уже жили в центре острова.

Но в самом начале, продолжал он, когда люди только пришли сюда, внутри острова была лагуна, и, чтобы попасть к тем, кто обосновался на другом берегу, надо было обходить ее по кругу. В то время жил на Фуа - Мулаку рыбак по имени Амбола Key, или Амбола Кеола. Он пересек лагуну на лодке и в той части тогдашнего атолла, где стоит хавитта, встретил двух старцев с длиннейшими бородами, спускавшимися на грудь. Они были не мусульмане. Их белое одеяние, сделанное из листьев, прикрывало только половые органы. (Абдул сначала перевел "из банановых листьев", но тут же поправился и уточнил, что речь шла о листьях пандануса. У древних жителей острова было заведено вымачивать в воде узкие полосы из листьев пандануса, которые очищали и соединяли, отбивая деревянными колотушками, так что получалась своего рода материя, гладкая, как шелк.) Оба старца опирались на посохи и производили впечатление религиозных людей. Амбола Key как раз возвращался с рыбной ловли, и они приказали ему: "Дай рыбы!" Амбола дал им куски рыбы, нанизанные на веревку. Они повесили веревки на свои посохи, которые положили на плечо, и ушли. Когда деду Мухаммада поведали эту историю, он спросил: