Танец с драконами - Джордж Мартин

На короле были бриджи из овечьей шерсти и стеганый дублет, но почему-то он выглядел скованным и неуклюжим, словно одетым в доспехи с кольчугой. Его кожа походила на беленый пергамент, а борода была подстрижена так коротко, что казалась нарисованной. Немного волос на висках — это все, что осталось от его черной шевелюры. В руках он держал пергамент со сломанной печатью темно-зеленого воска.

Джон преклонил колено. Король нахмурился и гневно сжал пергамент.

— Поднимись. Скажи мне, кто такая Лианна Мормонт?

— Одна из дочерей леди Мейдж, сир. Младшая. Ее назвали в честь сестры моего лорда отца.

— Не сомневаюсь, это чтобы снискать его благосклонность. Я знаю, как играют в эти игры. Сколько лет этой гадкой девице?

Джон на мгновенье задумался.

— Десять. Или около того. Могу ли я узнать, чем она оскорбила Ваше Величество?

Станнис зачитал из письма.

— Медвежий Остров не знает иного короля, кроме Короля Севера, чье имя СТАРК. Ты сказал, девчонке десять, а она смеет дерзить своему законному правителю, — коротко остриженная борода лежала тенью на его впалых щеках. — Держи это при себе, лорд Сноу. Кархолд со мной — это все, что должны знать люди. Я не хочу, чтобы твои братья трепались о том, как эта девчонка оплевала меня.

— Как прикажете, сир, — Джон знал, что Мейдж Мормонт ушла на юг вместе с Роббом. Ее старшая дочь тоже присоединилась к армии Молодого Волка. Даже если они обе погибли, то у леди Мейдж оставались другие дочери, со своими собственными детьми. Неужели они также ушли с Роббом? Несомненно, леди Мейдж оставила бы кастеляном по крайней мере одну из старших девочек. Он не понимал, почему Лианна ответила Станнису, и не мог не задаться вопросом: отличался бы ответ девочки, если бы письмо было запечатано лютоволком, вместо коронованного оленя и подписано Джоном Старком, Лордом Винтерфелла. Но уже слишком поздно для таких мыслей. Ты сделал свой выбор.

— Четыре десятка воронов были разосланы, — пожаловался король, — и до сих пор ни одного ответа, только пренебрежение и молчание. Присягнуть на верность своему королю — это обязанность каждого верноподданного. Но все знаменосцы твоего отца, кроме Карстарков, отвернулись от меня. Неужели Арнольф Карстарк — единственный человек чести на всем севере?

Арнольф был дядей Рикарда, последнего лорда Кархолда. Он стал кастеляном, когда его племянник с сыновьями отправились с Роббом на юг, и первым откликнулся на призыв короля Станниса, прислав ворона с заверениями своей преданности. У Карстарков и не было другого выбора, мог сказать Джон. Рикард Карстарк предал лютоволка и пролил львиную кровь. Единственной надеждой Кархолда стал олень.

— В эти смутные времена даже люди чести задаются вопросом, в чем же заключается их долг. Ваше Величество — не единственный король, требующий от них признания.

Леди Мелисандра пошевелилась.

— Скажите мне, лорд Сноу… где были эти короли, когда дикари штурмовали вашу Стену?

— В тысячах лиг отсюда, глухие к нашим просьбам, — ответил Джон. — Я не забыл этого, миледи. И не забуду. Но у знаменосцев моего отца есть жены и дети, которых нужно защищать, и есть народ, который умрет, сделай они неверный выбор. Его Величество требует от них слишком много. Дайте им время, и вы получите свои ответы.

— Такие, как этот? — Станнис смял письмо Лианны в кулаке.

— Даже на севере люди боятся гнева Тайвина Ланнистера. Болтоны — враги ничуть не лучше. Не случайно на их знамени изображен человек с ободранной кожей. Северяне последовали за Роббом, сражались за него, умирали за него. Они сыты по горло горем и смертью, и тут появляетесь вы, предлагая им добавки. И вы обвиняете их, когда они отказываются? Простите меня, Ваше Величество, но некоторые видят в вас всего лишь еще одного обреченного самозванца.

— Если Его Величество обречен, то и ваше королевство тоже обречено, — сказала леди Мелисандра. — Запомни это, лорд Сноу. Перед тобой стоит единственный истинный король Вестероса.

Джон сохранил на лице маску невозмутимости.

— Как скажете, миледи.

Станнис фыркнул:

— Ты так скуп на слова, словно каждое является золотым драконом. Мне интересно, сколько золота у тебя припасено?

— Золота?

Не этих ли драконов красная женщина планирует разбудить? Драконов из золота? — Налоги, которые мы собираем, выплачиваются продуктами, Ваше Величество. Дозор богат репой, а не деньгами.

— Репа не насытит Салладора Саана. Мне требуется золото или серебро.

— За ними вам лучше обратиться в Белую Гавань. Город не сравнится со Староместом или Королевской Гаванью, но это все равно процветающий порт. Лорд Мандерли — богатейший из знаменосцев моего отца.

— Лорд-Слишком-Толстый-Чтобы-Сесть-На-Коня.

В ответном письме лорда Вимана Мандерли из Белой Гавани говорилось, в основном, о его старости и немощи. Об этом Станнис тоже приказал Джону не распространяться.

— Может, лорда порадует жена из одичалых? — предположила леди Мелисандра. — Этот толстяк женат, лорд Сноу?

— Его леди жена давно умерла. У лорда Вимана двое взрослых сыновей и внуки от старшего из них. И он действительно слишком толст, чтобы сесть на коня, — по меньшей мере, тридцать стоунов. Вель ни за что не согласится.

— Хоть один раз ты мог бы дать ответ, который меня порадует, лорд Сноу, — проворчал король.

— Я надеялся, правда порадует вас, сир. Ваши люди зовут Вель принцессой, но для свободного народа она всего лишь сестра покойной жены их короля. Если вы заставите ее выйти замуж за человека против воли, она перережет ему горло в первую брачную ночь. Но даже если она примет его в мужья, вовсе необязательно, что одичалые последуют за ним или за вами. Единственный, кто способен удержать их вместе для вашей пользы, — это Манс Налетчик.

— Я знаю это, — печально сказал Станнис. — Я провел много часов, разговаривая с этим человеком. Он многое знает о нашем истинном враге и насколько он силен, уверяю тебя. Но даже если он откажется от своего титула, то все равно останется клятвопреступником. Позволив одному дезертиру жить, подстрекаешь на это других. Нет. Законы должны быть сделаны из железа, а не из пудинга. Манс Налетчик подлежит лишению жизни по всем законам Семи Королевств.

— За Стеной законы теряют силу, Ваше Величество. А Вы могли бы использовать Манса с пользой для себя.

— Я так и сделаю. Сожгу его, и север увидит, как я поступаю с перебежчиками и предателями. У меня есть другой, кто поведет одичалых. И, не забывай, у меня еще есть сын Налетчика. Когда отец умрет, его щенок станет Королем-за-Стеной.