Темная сторона средневековой Японии. Оммёдзи, мстительные духи и жрицы любви - Диана Гургеновна Кикнадзе

гроба – служка оказался жив, попросил испить воды и спустя какое-то время начал свой рассказ о хождении в потусторонний мир: «Явились два огромных черта, схватили меня и повели в широкое поле. Там откуда ни возьмись появился монах в белых одеждах: «Эй, черти, а ну отпустите этого священника! Я – бодхисаттва Дзидзо! Этот человек вырезал мою статую в храме Кокурюдзи, что в провинции Инаба! Он проявил добродетель, собрал еды для резчика статуй, что днями оставался без пропитания! Добродетель его незабываема – вы непременно должны его отпустить!» – приказал он чертям, и они меня освободили. Затем, как только он объяснил дорогу домой, моя душа вернулась в тело», – закончил свой рассказ служка.

После этого события жена и дети воскресшего выкрасили статую, воздали почести Трем сокровищам и до конца своих дней оставались верными последователями учения Будды. Статуя же до сих пор пребывает в том храме.

Представления о загробном мире

Чтобы понять, как устроен буддийский ад и почему он устроен именно так, прежде всего нужно пролить свет на основные идеи, или заповеди, буддизма. Иными словами, нам следует разобраться, каким законам подчинялась человеческая жизнь согласно буддийской философии, чтобы затем перейти к возможным наказаниям за нарушения этих законов.

Основной идеей вероучения Будды считается идея кармы, кармического воздаяния – это вселенский причинно-следственный закон, согласно которому праведные или злые действия человека определяют его судьбу, испытываемые им страдания или наслаждения.

Этот «естественный» закон объяснял связи между поступками, словами и мыслями человека и его дальнейшей жизнью и будущим перерождением. В основе причинно-следственного ряда, называемого сансарой, лежит карма – эта концепция используется в основном для понимания связей реинкарнации.

Сансара – круговорот рождения и смерти в мирах, ограниченных кармой. Следует стремиться к освобождению от результатов своих прошлых поступков (кармы). Все живые существа несут ответственность за свою карму – свои действия и их последствия – и за свое освобождение из круговорота рождения и смерти (сансары). Существуют карма из прошлых рождений и карма, данная человеку в настоящее время. Карма прошлого частично влияет на настоящее и формирует его.

Трактовка зла в буддизме звучит так: каждый несет ответственность за собственные хорошие и плохие поступки, каждый человек может творить собственную судьбу.

Для буддистов грех – это неумелое или неблагое действие, ведущее к нравственному падению. Злодей, в свою очередь, – это невежественный человек, нуждающийся скорее в наставлениях, чем в наказании и осуждении. Такой человек не считается нарушителем божьей воли или падшим существом, которому следует просить божественного милосердия и прощения. Ему необходимо лишь руководство к просветлению.

Цель появления Будды в этом мире – дать понять людям, насколько глупо совершать зло, и указать на последствия дурных поступков.

В буддизме человеку даются следующие предписания для благополучной жизни в этом мире среди людей:

• не убивать никаких живых существ;

• не красть;

• не прелюбодействовать;

• не лгать и не клеветать;

• не использовать дурманящих веществ;

• не сплетничать о других буддистах;

• не превозносить себя и не унижать других;

• не скупиться по отношению к нуждающимся;

• не держать зла и не побуждать ко злу;

• не клеветать на Три Драгоценности (Будда, Вероучение, монашеская община).

После смерти буддист может попасть в один из миров согласно образу своей жизни:

• мир богов дэвов – мир демонов и/или полубогов асуров;

• мир людей;

• мир животных;

• мир голодных духов прета;

• мир адских существ нарака.

Буддийский ад

Из книги «Основы возрождения в Чистой земле». 1790 г.

The Metropolitan Museum of Art, New York (Public Domain)

В каждом из миров существование различно по качеству. Лучше всего живется богам, хуже всего – обитателям адов, нараки. То, в каком из миров воплотится существо, целиком зависит от его прежних деяний (кармы).

Мир голодных существ прета был одним из самых неприятных. Вот какие причины могли привести к попаданию в этот мир: гурманство, убийство животных ради потребления их мяса в пищу, эгоизм, стремление к личной выгоде, продажа вина, разбавленного водой, приобретение обманным путем вещей, вырубка деревьев.

В среде образованных монахов имелись канонические представления об аде как о подземелье, расположенном под континентом Джамбудвипа в Индии. По своей структуре ады напоминают глубокую усеченную пирамиду из восьми слоев, нижние слои которой значительно больше верхних. Ады уходят глубоко под воду под континентом, до самого дна. Самые страшные из них расположены внизу, самые «легкие» – сверху. На каждом уровне центральную часть занимает горячий ад, а по периферии расположен холодный. Таким образом, имеется восемь горячих и восемь холодных адов. В источниках можно встретить также дополнительные ады и даже временно возникающие ады. В подчинении у царя Эмма находились прислужники-демоны, которые после оглашения приговора истязали грешников каждый на свой лад.

В назидательных историях о суде Эмма этот царь загробного мира изображается суровым, но справедливым судьей. Его безобразные прислужники получили свой облик в наказание за тяжелые прегрешения. У них нет шанса на скорое благое перерождение, однако если они дадут обет охранять людей и не причинять им вреда, то через множество лет смогут стать буддами и исправить свою карму.

Китайский свиток с царем загробного мира Яма

XII в.

The Metropolitan Museum of Art, New York (Public Domain)

Эмма предстает мудрым и рассудительным судьей, листающим Реестр – книгу учета деяний человека. В целом Эмма как судья всегда способен смягчиться, принять во внимание тот или иной факт, пожалеть грешника и отпустить назад, в мир живых людей.

Отдельный интерес представляет свита царя Эмма – посланники-конвоиры или свирепые черти. Последних, по всей видимости, царь посылал к самым большим грешникам, например к служителям храма, которые присваивали храмовое добро. Черти, прибывшие в огненной колеснице, готовы были сразу же расквитаться с умирающим, однако и с ними, как показывает история «Про священника – министра охранного ведомства из храма Якусидзи», можно было договориться: находчивый монашек обещает вернуть присвоенную меру риса, чем решает последующую судьбу служителя. Черти в ту же минуту исчезают, а умирающий радостно оповещает присутствующих о том, что ему видятся райские чертоги.

Японская литература сэцува разных лет описывает потусторонний мир по более-менее одинаковому шаблону.

Китайский свиток с изображением буддийского ада

Первая половина XIX в.

The Metropolitan Museum of Art, New York (Public Domain)

Как правило, в зачине рассказа содержатся краткие сведения о жизни грешника, его происхождении, роде занятий и злодеяниях. Когда появляются загробные конвоиры и забирают грешника с собой, это служит знаком, что он умер, хотя сам грешник может этого не осознавать. Путь в загробный мир зачастую лежит через широкое поле или за бесконечные высокие горы. Одним из страшных испытаний становится переход через широкую реку с неподвижными черными водами. Через реку перекинут мост, за мостом же появляется развилка из трех дорог, одна из которых ведет к золотому дворцу царя загробного мира Эмма. Неизбежный суд царя Эмма с сонмом его помощников и посыльных, которые для выяснения плохих и добрых поступков человека обращаются к Реестру, или Книге жизни, похож на придворную китайскую канцелярию с ее многочисленными чиновниками.

После оглашения приговора, как правило, еще на суде или прямо перед вратами ада, грешник начинает придумывать всяческие отговорки, пытаясь спасти себя от предстоящих мучений. Наиболее распространенной уловкой, чтобы откупиться от мучительной смерти, было обещание переписать спасительную «Сутру Золотого блеска» или «Лотосовую сутру».

Шествие грешника в сопровождении конвоиров по аду к главным воротам отличается красноречивыми описаниями. Ужасающие картины предстают перед ним: демоны, изощренно пытающие грешников, чудовищные орудия этих пыток, огненные реки, истошные крики. Часто рассказы конвоиров о предстоящих муках усиливают чувство страха и отчаяния грешника, как мы уже читали в наиболее яркой истории – «Про Тосиюки Асона» из сборника «Удзи сюи моногатари»: «Сначала они разрубят ими твое