Чёрный король - Евгения Грановская

– Обойдусь колбасками и капустой, – ответил Ласкер. Он достал из кармана часы и щелкнул крышкой. – Если принесешь еду через пятнадцать минут – получишь щедрые чаевые. Если нет – не обессудь. Я плачу за быстроту, аккуратность и точность.

Официант оказался понятливым малым. Он поклонился, повернулся и тут же растворился в воздухе, словно его и не было. Ласкер одобрительно качнул головой.

На исходе пятнадцатой минуты блюдо с капустой и колбасками стояло на столе.

– Не изволите ли еще чего-нибудь? – осведомился официант.

– Нет. Этого хватит. Я хочу заплатить вперед. Сколько с меня?

Официант назвал сумму.

«Не дешево», – с неприятным удивлением подумал Ласкер, но виду не подал, отсчитал половому нужную сумму и добавил еще пять процентов от общего счета в качестве чаевых.

– Премного благодарен! – согнул поясницу в поклоне официант и, повернувшись, побрел прочь. «Черт бы тебя побрал, немчура прижимистая!» – пробормотал он себе под нос.

На его счастье, Ласкер этого не услышал.

Молодой немец тем временем принялся за еду. Капуста оказалась так себе, колбаски – не то чтобы плохие, но тех денег, что Ласкер уплатил за них, они явно не стоили. Тем не менее чемпион наелся вволю, что в прежние, юношеские, годы случалось с ним довольно редко, а теперь – так часто, как он того хотел.

Ласкер подтер хлебом остатки еды, отправил хлеб в рот, запил его пивом и с довольным видом откинулся на спинку стула. «Ну вот, снова можно жить!» – подумал он, ковыряя спичкой в зубах и гордо поглядывая по сторонам.

Минут пять он посидел на стуле, чтобы улучшить пищеварение, затем поднялся из-за стола и направился в переднюю, расположенную прямо за буфетом. В передней малый в белой рубашке натянул на него пальто и подал шляпу.

– Благодарю вас, – вежливо ответил Ласкер, который еще не уяснил до конца, как в Санкт-Петербурге обращаются к прислуге – на «ты» или на «вы».

Нахлобучив шляпу, Ласкер двинулся было к выходу, но тут внимание его привлек чей-то отчаянный писк. Немец оглянулся и увидел следующую сцену: за стойкой буфета стоял дюжий щекастый мужик в сером пиджаке и с русой бородой, а перед ним – тощий мальчишка лет девяти. Бородатый методично таскал мальчишку за волосы, дергая его голову то вправо, то влево и приговаривая «вот тебе, паршивец, вот тебе!», а тот жалобно верещал и пытался вырваться, но, конечно же, безуспешно.

– Это кто? – спросил Ласкер у малого в белой рубашке.

– Хозяин заведения – Козьма Иваныч Наумов, – вежливо отвечал малый.

– Гм, – сказал Ласкер и нахмурился.

– Не надо, дяденька! Не надо! – продолжал верещать мальчишка, обливаясь слезами.

Ласкер раздумывал несколько секунд, потом шагнул к буфету.

– Эй! – окликнул он бородатого. – Перестаньте мучить мальчишку! Что вам от него нужно?

– Маленький паршивец пытался обсчитать меня! – ответил хозяин, скользнув по фигуре Ласкера равнодушным взглядом. И снова обратился к мальчишке: – Или ты вернешь мне все сполна, или я шкуру с тебя живого спущу!

– Я не воровал, – гундосил мальчишка. – Честное слово, не воровал.

Ласкер стукнул костяшками пальцев по стойке, привлекая внимание хозяина, и твердо произнес:

– Милейший, а что, если он говорит правду!

Хозяин метнул в чемпиона грозный взгляд. «А ты куда, к чертям, лезешь!» – хотел сказать он, но, встретившись с Ласкером глазами, сдержался.

– Насколько я понял, вы не сошлись с мальчиком в расчетах, – снова заговорил Ласкер. – В таких делах может ошибиться любая сторона.

– Мальчишка вор, и я точно это знаю, – угрюмо ответил хозяин.

– В любом случае, прежде чем наказывать мальчика, нужно все перепроверить, – сказал Ласкер. – Я неплохой математик и могу помочь вам с подсчетами.

– Правда? – Хозяин с усмешкой протянул ему грязный лист бумаги, исписанный цифрами. – Извольте проверить, господин хороший. Я целый час считал – и ошибиться не могу. Надеюсь, у вас это займет меньше времени.

Ласкер взял листок и поднес его к глазам, несколько секунд всматривался в цифры, затем вернул листок хозяину.

– Что, господин иностранец, неужто ваша математика отказывается вам служить? – насмешливо спросил хозяин.

– Напротив, она сослужила мне хорошую службу. На какой цифре вы не сошлись?

– На итоговой. Той, что внизу. Я должен был получить сто двадцать рублей, а получил только сто пятнадцать.

– Но вы и должны были получить сто пятнадцать, – сказал Ласкер. – Это следует из расчетов. Ошибка была вот тут! – Ласкер ткнул в листок длинным пальцем. – Видите? При умножении двадцати семи копеек на тридцать пять фужеров.

– Откуда вы знаете? – подозрительно сощурился на наглого незнакомца хозяин.

Ласкер пожал плечами:

– Я посчитал.

– Чушь! – фыркнул хозяин. – У меня ушел на подсчеты целый час, а вы все посчитали за одну минуту?

Ласкер не удостоил хозяина ответом, лишь высокомерно кивнул.

– Ни один человек на свете не умеет считать так быстро, – твердо заявил хозяин.

– Можете меня проверить, – пожал плечами Ласкер.

– Проверить? Хорошо. Ну, положим… сколько будет сто семнадцать умножить на двести тридцать семь?

– Двадцать семь тысяч семьсот двадцать девять, – без всякой паузы отчеканил Ласкер.

Хозяин криво ухмыльнулся.

– Ловко. Кабы было правдой.

– Мне плевать, верите вы мне или нет, но это так! – заявил Ласкер.

Лицо хозяина побагровело от гнева, но ввиду того, что спорщик был иностранцем, он решил сменить гнев на милость и, едва сдерживая злость, проговорил:

– Вот что, милейший, идите-ка вы своей дорогой, если не хотите нарваться на неприятности.

– Я буду идти той дорогой, какой захочу, – ответил ему Ласкер. – А вы немедленно отпустите мальчика. Или…

– Или что?

– Или, клянусь честью, я здорово попорчу вашу вывеску!

Молодой человек не уточнил, какую именно вывеску он имеет в виду – ту ли, что красуется над дверью заведения, или ту, которой иногда называют лицо. Хозяину не понравились оба варианта.

– Я вас предупреждал. Но вы меня не послушались. Пеняйте теперь на себя. Васька! Петька!

Дверь за буфетной стойкой распахнулась, и в зал шагнули два здоровяка в замасленных фартуках, с бычьими шеями и широченными плечами.

– Выведите этого господина на улицу! – крикнул хозяин. – Если он по дороге упадет и сломает себе руку или ногу – я не расстроюсь!

Громилы кивнули и, угрожающе растопырив толстые руки, двинулись на Ласкера. Однако молодой человек и не думал отступать. Он быстро откинул полы пиджака и, выхватив из карманов два небольших револьвера, направил их на громил.

– Еще шаг, и я вас продырявлю! – рявкнул он, яростно сверкая глазами.