Квинт - Артём Март

— Если будет нужно, — он зажал в руках кончик хлыста, напоминавший острый кинжал, — бич разрежет плоть, метал камень. А еще, — он улыбнулся, — если потренироваться, вынет душу из любого игмарита. Даже того, кто пытается скрыть свою истинную природу.

Я не ответил. Вообще никак не отреагировал на его слова. Только холодно посмотрел капитану в глаза.

— Попробуй, Илья Минин, — достань свой хлыст.

— Ну что ж, — я ухмыльнулся, — надеюсь, цвет моего будет, более насыщенным, чем у вашего. А-то ваш — бледноват.

Ставров только ухмыльнулся моим словам.

Я открыл правую ладонь. Посмотрел на нее.

— И что нужно делать? — я бросил взгляд на Ставрова.

— Пожелай, чтобы хлыст появился.

— Да желаю вот. Что-то не появляется.

Ни ранки, ни крови на ладони. Я встряхнул рукой, подражая тому же движению, что сделал Ставров. Никакого эффекта.

— Это странно, — Ставров коснулся подбородка, — обычно, если рекрут выжил, после присоединения, хлыст он может достать сразу. Но что бы так, чтобы вообще никакого эффекта. Это я вижу впервые.

— Может еще не время? — я взглянул на капитана, нахмурился, — может, все получится через пару часов?

— Через пару часов, бич демонов плотно срастается с нервной системой. Рекрут становится сильнее, быстрее, выносливее, крепче. И уже способен на равных стоять с высшими демонами третьего класса. А вот хлыст, — Ставров холодно посмотрел на меня, — должен появиться сразу. Что-то с тобой не так. Ладно. Иди. Подождем несколько дней. Если ничего не изменится, решим, что с тобой делать.

Что же было со мной не так? Возможно дело в демонической душе? Может, она не дает бичу демонов работать как надо. Это меня очень беспокоило. Нужно было подумать о том, что же делать, если хлыст так и не появится. Придумать какой-то запасной план.

Ставров говорил, что за неудачей может последовать либо смерть, либо дезертирство и смерть. А если хлыст не отрастает? Тогда что? Это дезертирство или смерть? Что из двух? Вот зараза… Я уверен, что если не заставлю эту чертову штуку работать, флагелляторы просто отбракуют меня. И прикончат. Ведь все договоры с Империей уже подписаны.

По окончании мероприятия, нас осталось двадцать человек. Двадцать новых флагелляторов. Причем я оказался под вопросом.

Не пережили церемонию восемь человек. Шестеро из них погибли, как только бич коснулся их тела. Одним из них оказался дружок Алексея — крепыш с круглым лицом. Он забился в конвульсиях, упал. Пена пошла ртом. Глаза налились кровью. Все вокруг просто смотрели, как молодой аристократ умирает. Потом его тело вынесли из зала.

Забавно было наблюдать за тем, как принимали бич девушки. Давно я не видел столько голых сисек разом. Было конечно, что-то похожее, однажды. Пару лет назад, когда я гостил за городом, в поместье одного моего приятеля, мы очень весело провели время с четырьмя девчонками. Правда, все закончилось, когда они узнали, к какому роду я принадлежу. Но сейчас, в корпусе флагелляторов все оказалось гораздо пикантнее.

Одна девушка просто отказалась снять одежду. Заплаканную, трясущуюся, ее заставили. Ставров спокойно напомнил ей о последствиях. Она разделась: худощавое тело, маленькая грудь. Она стыдливо прикрыла ее длинными вьющимися бледно-русыми волосами. И приняла бич. Ее хлыст пылал спокойным молочным светом.

Наташа, раздевшись, почти сразу обняла свою большую красивую грудь с аккуратными ореолами и маленькими остренькими сосками своими. Хоть она быстро прикрылась, я успел рассмотреть подробности. Она это заметила. Когда она разделась, лицо приобрело растерянный вид, а глаза будто бы опустели.

Когда к ней крепили бич, она согнулась. Лицо искривилось гримасой боли. По щекам катились крупные слезы. Когда присоединили броню, она упала на колени, не в силах держаться на ногах. Капитал помог ей встать.

Наташа выпрямилась и показала всем свой хлыст красивого золотистого цвета.

Блондинка, и бровью не повела, когда принимала бич. Ровная, как струна она стояла в стойке смирно. Ее страдания выдавало только одно: по белой коже катился пот. Небольшой, но очень красивый бюст и плоски живой с четко очерченной выпуклостью пресса, покрылись испариной. Ее хлыст оказался бордовым, цвета дорогого вина.

Она обернулась к капитану, взмахнула рукой. Хлыст легко выскользнул. Она взмахнула им над головой, щелкнул в воздухе. Щелчок отразился яркой красной вспышкой.

Андрей и мой новый курчавый приятель выжил. Было видно, с каким трудом они проходили испытание. Хлыст курчавого был коричневым, Андрея — серым.

Двое не справились с собой. Девушка, не согласившаяся раздеться, запаниковала, заметалась по залу. Один из флагелляторов легко достал ее хлыстом. Она погибла быстро. На теле осталась такая рана, будто ее ударили огромной секирой. Несколько прислужников пришли за ней и унесли тело прочь.

Парня, который отскочил от капитана, как только бич демонов коснулся его спины, застрелил один из солдат в голем-броне. Пули, выпущенные из гаус-оружия, оставляют в человеке очень жуткие раны.

У меня остались смешанные чувства, после церемонии. Проблема с хлыстом давила. Я мало обращал внимание на то, что происходило с остальными. Украдкой пытался любым способом пробудить хлыст. Не выходило. Зараза! Нельзя оставлять попыток. Загвоздка была еще и в том, что сложно было представить, что конкретно нужно сделать для того, чтобы этот гребаный хлыст… кнут… черт знает что еще… пробудился.

Херов хлыст! Давай, упрямая зараза! Как там зовут мой бич демонов? Вергилий? Ты что там уснул? Ну! Активируйся!

— Стройся! — крикнул взводный, и мне пришлось прервать мои попытки вытянуть хлыст. Мы, теперь уже флагелляторы, встали в строй.

Я видел, что у большинства оставшихся в живых хмурые, растерянные лица. Кажется, только пережив сегодняшний шок, они поняли, куда попали. Игрушки кончились. Этот мир готов сожрать вас со всеми потрохами. И неважно, Земля это или Игмундум. Хорошо, что ко мне это осознание пришло уже давно.

— Итак, — начал капитан Ставров, — на сегодня все. Даю всем двухдневную увольнительную. После этого начнутся боевые вылазки. Демоны не дремлют, и учиться вам придется прямо в поле. В пекло вас не кинут, но первое боевое задание определит вашу иерархию в корпусе. Кто-то — останется рядовым. Кто-то получит шанс сразу начать карьеру младшим офицером. А кто-то, — он почему-то посмотрел на меня, — возможно, и умрет.

Прекрасно. Отличную перспективу он во мне видит. Посмотрим, как будет выглядеть твое самодовольное хлебало, когда я поставлю на уши весь корпус флагелляторов…

— Ты не забыл, Минин, — Андрей встретил меня у выхода из корпуса флагелляторов. Он был один. Куда делся его дружок я не знал, — что мы встречаемся сегодня вечером?

Подходили сумерки. Безлюдную улицу у