Парад искажений (СИ) - Валерий Филатов

вы окажете мне услугу. И выполните одну мою личную просьбу.

— Я слушаю, товарищ генерал, — вытянулся Авраменко. — Думаю, мы сможем быть друг другу полезны.

Ткачёв удовлетворенно кивнул.

— Лейтенант вошёл в незапланированный контакт с более опытным и умелым сотрудником, хотя, по всей вероятности, должен был это знать. Мой водитель служил в ГРУ и обладает специальными навыками. Жевнов этого не учёл. По молодости…

— Ясно, — вздохнул полковник. — Какого рода услугу я должен оказать?

— В посольстве Франции работает дипломат. Он стар и не выполняет особой нагрузки. Но его жена — бывшая гражданка СССР и уроженка Молдавии. Молодая женщина лет двадцати. Надо сделать так, чтобы у неё аннулировали французский паспорт. Это возможно?

— Не вижу проблем, — после небольшого раздумья ответил Авраменко. — Какова просьба?

— Не наказывайте лейтенанта строго, пожалуйста. Если он доставил вам неудобства своим промахом, то в наказание прикомандируйте его на время к моему отделу.

— Я услышал, товарищ генерал, — полковник протянул Ткачёву ладонь для рукопожатия. — Номер моего прямого контакта я оставлю вашему секретарю.

— Спасибо, полковник, — Ткачёв сжал протянутую ладонь.

Как только Авраменко вышел, в интеркоме раздался голос Елизаветы Сергеевны.

— Андрей Викторович, вам звонок из приёмной министра Щелокова.

— И что хочет от меня приёмная? — спросил генерал осипшим голосом.

Елизавета хихикнула.

— Наверное, поговорить. Нажмите кнопку с цифрой один.

— Слушаю, — немного взволнованно проговорил Ткачёв, нажав кнопку. Потом вспомнил про «жучкоподавитель» и спешно включил прибор на защиту от прослушивания. Благо, не успел снять пальто.

— Товарищ генерал. С вами будет говорить товарищ министр. Секунду…

Интерком щелкнул переключением.

— Здравствуйте, Андрей Викторович.

— Здравия желаю, товарищ министр внутренних дел СССР.

— Я беседовал с Юрием Владимировичем и он мне рассказал, что мои сотрудники вчера вечером вели за вами наблюдение. Вы можете это подтвердить?

— Да, товарищ министр. Могу предоставить марку автомобиля, регистрационный номер, количество сотрудников в машине, назвать подразделение, проводившее наблюдение и инициатора, — Ткачёв не блефовал. Утром за ним приехал Тимофеев и передал пакет от Хмеля. В пакете лежали фотографии и распечатанные разговоры наружки с инициатором. Где это всё взял агент, генерал не знал.

— Вот как?! — удивился Щелоков. — У вас есть подтверждающие документы?!

— Есть, товарищ министр. Я готов их предоставить председателю.

Щелоков замолчал. Спустя минуту, попросил:

— Что я могу сделать, чтобы эти документы не дошли до председателя?

Ткачёв не растерялся.

— Думаю, что опрос Бориса Буряце в МУРе в присутствии моего сотрудника.

— В качестве?..

— Будет просто разговор, товарищ министр. Протокол опроса уйдет только мне.

— Кто будет опрашивать из МУРа?

— Считаю, товарищ министр, что вы сами назначите…

Было слышно, как Щелоков удивленно хмыкнул.

— А вы быстро учитесь, Андрей Викторович. С вами свяжутся…

Связь прервалась, но Ткачёв ещё долго сидел перед интеркомом. «Не хватает звонка от самого генсека», — думал генерал, и вскоре интерком включился.

— Андрей Викторович, — раздался растерянный голос секретаря. — Вам звонит некто Автондил Акакиевич…

1981 Глава 9

— Слушаю, — вздохнул Ткачёв, нажав кнопку под номером два.

— Доброго здравия, генерал, — в голосе Автондила звучало беспокойство.

— И тебе не хворать, Макакыч…

— Андрей, больше не называй меня так. Обидно…

— Ладно. Не буду.

Ткачёв пожалел, что не курит. Сейчас бы с удовольствием затянулся табачным дымом.

— Видишь ли, очень влиятельная особа жаждет с тобой встретиться, — осторожничал авторитет.

— Пусть приходит. Я пропуск выпишу.

— Эээ… Это совсем неудобно. Не мог бы ты зайти ко мне?

— Автондил, а с каких пор ты стал посредником? Впрочем… На какую тему будет разговор? Может быть, я и встречаться не буду.

— Отказом ты поставишь меня в крайне неудобное положение, — огорчился авторитет.

Ткачёв засмеялся.

— Представляю тебя в неудобной позе.

— Андрей, мне действительно не до шуток!

Андрей Викторович подумал, что звёзды на небе сошлись сегодня в его пользу. Все от него что-то хотят.

— Ты сам себя поставил в такую позу, Автондил Акакиевич. Нельзя быть… и нашим, и вашим.

Авторитет умолял:

— Генерал, я очень тебя прошу! Буду обязан!

— Я тебя за язык не тянул…

Ткачёв сообразил, что Автондила напрягают — фраза «буду обязан» из уст авторитета значила многое.

— Ладно, — сдался Андрей Викторович. — Скажи Галине Леонидовне, что я буду у тебя в четыре часа. И если она приведёт Борю Буряце, то будет ещё лучше.

И оборвал разговор, оставив Автондила в полнейшем недоумении.

— Звонили из МУРа, Андрей Викторович, — Елизавета слегка охрипла. — Опрос назначен на двенадцать дня. Проводить опрос от МУРа будет подполковник Тарасевич.

— Спасибо, Лиза. Вызовите, пожалуйста, ко мне майора Гришаева. Срочно.

Ткачёв только заметил, что он ещё даже не снял пальто, как зашёл в кабинет. И только поднялся, чтобы снять, как открылась дверь.

— Товарищ генерал, — заглянула удивленная и слегка растрепанная Лиза. — К вам лейтенант Жевнов.

— А, пусть заходит.

В кабинет, локтем чуть не задев грудь секретаря, вошел широкоплечий молодой человек.

— Товарищ генерал!..

Ткачёв остановил его доклад гневным взмахом ладони.

— Я в курсе, лейтенант. Отдайте командировочное предписание секретарю и спускайтесь к моей машине. У вас командировка на неделю?

— Так точно, товарищ генерал!

— Оглушил криком, лейтенант, — сморщился Ткачёв. — Неделю побудете с моим водителем в качестве курсанта. Задание понятно?

— Так точно. Разрешите выполнять?

— Идите.

Лиза, проводив взглядом молодца, удивленно взглянула на генерала.

— Елизавета Сергеевна, — улыбнулся тот. — А не сделаете мне кофе? С утра столько разговоров, что мозг закипел…

— К вам майор Гришаев.

— И ему тоже кофе. Присаживайтесь, Евгений Арсеньевич.

Ткачёв положил перед собой лист бумаги.

— В двенадцать вам нужно быть в МУРе на опросе Буряце. Возьмите мою машину и поезжайте. Найдёте в МУРе подполковника Тарасевича. А сейчас, пока будем пить кофе, мы набросаем тезисы ваших вопросов к Буряце. Кстати, только вы будете вести протокол опроса. После окончания разговора опрошенный должен его подписать. Любыми способами заставьте его это сделать. Повторяю — любыми.

Было уже половина четвёртого, а Гришаев не возвратился из МУРа. Ткачёв нервничал и часто звонил в свою машину, но лейтенант Жевнов отвечал, что майор ещё в здании. Наконец, Андрей Викторович, приказал лейтенанту, чтобы от МУРа они поехали к ресторану «Пекин» и вели наблюдение за парадным и служебным входом, фотографируя всех, кто будет заходить и выходить.

Ровно в четыре генерал вошёл я в кабинет к Автондилу. Старый вор было поднялся, чтобы представить своей собеседнице Ткачёва, но она властно остановила его:

— Не надо! Генерал знает, кто я. А я знаю генерала.

Андрей Викторович не стал дожидаться приглашения и присел за стол, заставив гостью Автондила недовольно нахмурится. Она не привыкла к подобному. Автондил же остался стоять. Она посмотрела на него и жестом пальцев приказала уйти.