Просто верь мне! - Марина Зимняя

— Слушай, ты просто волшебница. Никогда ничего подобного не видел. Кто тебя научил?

Девушка жмет плечами. — Штрудель меня научила делать Лилькина бабушка. Она все ее пыталась научить, но у Лили терпения не хватало. Она тесто рвала постоянно. А я за ними наблюдала и научилась. А остальное, я еще много чего умею, по рецептам от той же Лилиной бабушки и мамы. Они меня очень любят. Мы с детства дружим. Я часто у них дома обитала, особенно после ссор с папой или его очередной женой.

Света достала выпечку, посыпала ее сахарной пудрой.

— Сейчас я чайник поставлю. Пусть немного остынет…

Б…! Как же мне не хочется уходить. Сейчас чай попьем, и она, наверное, начнет намекать. Она же ясно сказала, что ничего у нас пока не будет. Боится… А я ведь и настаивать не могу. Я обещал. Только насколько у меня терпения хватит? Я подхватываю кусочек рулета, который она поставила на тарелке передо мной.

— Подожди, подожди! Он же горячий!

Поздно. Вишневый сок капает и обжигает мне губу. Я не показываю видом, что обжёгся. А она уже несется ко мне со стаканом холодной воды. Я перехватываю ее руку. Стакан опускается на стол, вода расплескивается на скатерть. Усаживаю ее к себе на колени.

— Свет. Я сейчас с ума сойду. Я просто тебя поцелую. И все… Только…

Она не дает мне договорить и сама целует меня. П…ц! Как же мне этого не хватало. Целуемся. Я глажу ее по спине, нащупываю застежку бюстгальтера, расстегиваю его. Она не мешает мне, водит пальчиками по моему затылку. Взъерошивает волосы.

— Свет. Все будет, когда ты будешь готова. Я готов ждать сколько угодно. Только не держи меня совсем на голодном пайке. Мне нужно тебя целовать, трогать, обнимать. Я сдохну, если не буду чувствовать тебя в своих руках.

Девушка кивает. — Сереж, только давай без следов. Как в прошлый раз.

Она слегка оттягивает вырез кофточки в сторону. Повыше ключицы виднеется засос. Ого себе…

— Это все? Еще есть где-нибудь? Она слегка задирает подбородок. Указывает на шею.

— Здесь! Я тональником замазала. Чуть папе не попалась. Хорошо увидела, вовремя.

— Прости. Я буду осторожнее.

Она кивает и снова сама тянется к моим губам. Ну а я уж даю волю своим рукам. Пусть я ее не вижу. Света по-прежнему одета. За то я ее чувствую!

Мы съели весь вишневый рулет. Никогда я такого не пробовал. Я, наверное, еще парочку бы съел без проблем. Света не торопится меня выпроваживать. А я не тороплюсь на выход. Подожду, пока она сама намекать начнет. Но она не намекает. Убирает со стола. Моет посуду, щебечет что-то про свою учебу. Ее бюстгальтер висит на спинке стула. Мы вытащили его прямо из-под кофты. С которой сегодня она расставаться была не намерена. Ну и пусть. Я ее уже видел. Не преграда теперь для меня эта тряпка. Я ее и так постоянно представляю, а сегодня еще и трогал.

За ее бесконечным щебетанием. Мы поднимаемся к ней в комнату.

— А где ты оставил мотоцикл? Я его не видела.

— На соседней улице. Я решил не нервировать твоего отца. Если бы он был дома.

— Его не угонят?

— Не знаю. Не должны. Район у вас все-таки приличный.

— Поздно уже. Если хочешь. Можешь остаться. Только нужно будет до приезда папы успеть уйти. Он обычно раньше девяти не приезжает. Может даже до одиннадцати задержаться и дольше. Но лучше не испытывать судьбу.

Она что, серьезно? Она предлагает мне остаться на ночь?

Глаза у девушки бегают. Вероятно, она уже пожалела о таком предложении.

— Давай кресло разложим, я тебе на нем постелю. Она указывает взглядом в угол комнаты. Там стоит широкое кресло.

— Давай. Постели…

Только спать я на нем точно не буду, — думаю я. Всю ночь сегодня буду обнимать тебя Светка. Затискаю и зацелую. У нее есть личная ванная комната. Дверь выходит прямо в ее комнату. Она показывает мне ее и уходит расстилать постели. Неужели она мне настолько доверяет? Охренеть ты смелая Светка! Я сам себе сейчас не доверяю. Пожалуй, действительно сегодня я лучше посплю на диванчике. В двенадцатом часу мы наконец собираемся ложиться. Я ворочаюсь с боку на бок. Чувствую она тоже не спит. Через пол часа ложусь позади нее и притягиваю к себе. Она тут же напрягается всем телом.

— Не бойся. Мы просто поспим. Обещаю.

Через некоторое время девушка расслабляется. Чувствую, засыпает. Наверное, моя усталость дает о себе знать. Я засыпаю тоже. Мы проспали, как убитые до самого утра. Проснулись в той же позе. Только вот руки мои, вероятно, жили всю ночь своей жизнью. Я так же обнимаю ее со спины. Ее попка упирается мне прямо в пах. Естественно, я в полной боевой…

Одна рука просунута под сорочку и сжимает грудь, а вторая, у нее в трусиках. Это все потому, что я спал. Во сне я это контролировать не мог. Она тоже меня хочет. Теперь я точно это знаю. Но девушка подскакивает и начинает метаться по комнате.

— Сережа, быстрее вставай! Он приехал.

Смотрю на часы. Половина десятого.

— Сейчас папа Иртыша выпустит!

— Быстрей! Быстрей! Вставай!

Я натягиваю джинсы, а она пытается затолкать меня в ванную.

— Через час он повезет меня на учебу. Я постараюсь закрыть собаку. Я оставлю тебе свои ключи. Выйдешь и закроешь. Я вечером к тебе на работу сама забегу, — говорит Света и, запахнув халат, уносится из комнаты.

15

Света

Бегом спускаюсь по лестнице, бегу в прихожую, прячу вещи Сергея в шкаф, потом на кухню. Хватаю болтающийся на спинке стула бюстгальтер и засовываю его в карман. Через пару секунд входная дверь открывается.

— Доброе утро, папочка!

— Доброе, — папа смотрит на меня пристально. — Свет, что с тобой? Ты не заболела?

— Нет. Я отлично себя чувствую. С чего ты взял?

— Да вид у тебя такой. Будто бы у тебя жар.

Папа подходит и трогает ладонью мой лоб.

— Ты кушать будешь? Я завтракать собиралась.

— Кофе попью.

Иду на кухню варить папе кофе. Что же делать? Почему я не поставила будильник. Идиотка! Иртыш меня слушается. Только как мне закрыть его так, чтобы папа не заметил. Его обязательно нужно закрыть. Собака у нас серьезная, порвет. Папа и вольер для него построил только потому, что он для окружающих не безопасен. Однажды я бросила калитку открытой, а он вышел и бросился на соседку.