Двое в стране любви - Шери Уайтфезер

– Все к лучшему, – вдруг выпалил он. – Ты увидела Ллойда и теперь поймешь и не испугаешься, если он, мало ли, понесет околесицу.

– У него болезнь Альцгеймера?

– Нет, он таким вернулся с корейской войны. Тогда это называлось контузией. – Бобби вынул руки из карманов. – Ллойд часто путается в окружающей обстановке, хотя и не всегда. Иногда он бывает в порядке целыми неделями, даже месяцами, а потом вдруг снова на него находит.

– Как давно он у тебя работает?

– С самого начала. Банк лишил его права выкупа заложенного ранчо примерно тогда же, когда я начал строить Элк-Ридж. Он был соседом Майкла, мальчишка с матерью заботились о нем. Я дал ему работу. Нужно же было что-нибудь сделать!

«Потому что ты хороший человек, добрый, великодушный, совестливый». Ей хотелось обнять его и держать в объятьях долго-долго...

Плечи у него застыли, мускулы напряглись.

– Некоторые здешние жители побаиваются Ллойда, называют его сумасшедшим. Но Майкл и его мать его не боялись.

– А как же твои гости? Их он не пугает?

– Он никогда напрямую не работает с гостями, а с тем, с кем случайно встречался, он, кажется, даже нравится. Ллойд пользуется уважением на Старом Западе, и это очень привлекает клиентов.

– Он был близко знаком с Шэрон?

Бобби посмотрел в сторону:

– Настолько близко, насколько мог, я полагаю. Она жила здесь всего год. Сейчас за Ллойдом присматривает Мария, она проводит с ним массу времени.

– Мария? Портье?

– Да. Они с Ллойдом друзья.

– В том же смысле, что и мы с тобой?

– Да.

«Любовники», – поняла Джулианн.

– Пойдем, – сказал Бобби, – я провожу тебя обратно.

Они пошли по той же тропинке, по которой пришли. Джулианн взглянула на его руку и увидела, что золотое кольцо блестит у него на пальце.

У нее вдруг заболело сердце. Неудивительно, если Ллойд думает, что жена Бобби все еще жива. Очевидно, старика смущает обручальное кольцо.

Как и ее.

Бобби необходимо было выговориться, и он отправился искать Майкла. Он нашел его там, где и предполагал найти.

Молодой человек сидел за своим заваленным бумагами столом в коттедже, во весь экран его компьютера высвечивались таблицы, с которыми он в эту минуту работал.

Майкл поднял взгляд от экрана:

– Что происходит?

– Ничего, просто ищу тебя. – Бобби не знал, чего ожидает от этого визита. У мальчика свои проблемы и свои демоны, с которыми ему приходится бороться.

– Как там твоя леди? – спросил Майкл.

Бобби нахмурился:

– Она – не моя леди.

– В самом деле? – Майкл бросил на него лукавый взгляд. – А я вот думаю, не от тебя ли она забеременела?

– Дерзкий дурак, – пробормотал Бобби, хотя ему очень хотелось улыбнуться.

Майкл пожал плечами и ухмыльнулся:

– Скажи мне наконец, когда это случилось.

– Зачем, если это уже случилось!

– На ее дне рождения? В тот вечер вы оба надолго задержались в баре.

– И что?

– А то, что, готов держать пари, в тот вечер это и произошло. Парень, именно в ее день рождения ты и сделал ей такой подарок.

Бобби покачал головой, дожидаясь, пока исчезнет ухмылка эгоистичного мальчишки.

– Я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать это с тобой, умником.

– Конечно, нет, я так и не думал. – Майкл выключил компьютер. – Так почему ты здесь? Что произошло на самом деле?

– Я сегодня был у Джулианн, а потом мы столкнулись с Ллойдом.

– И?..

– Он упомянул Шэрон и говорил о ней так, будто она все еще жива.

– О господи! Очень жаль.

– Это было ужасно, тем более при Джулианн.

– И как ты себя теперь чувствуешь?

– Со мной все в порядке. – Бобби был не в состоянии более определенно выразить свои опасения. Что подумала бы Джулианн, если бы узнала, что он сделал со своей женой? Ни одна душа не знала постыдных подробностей того несчастного случая, ни одна душа, кроме Майкла.

– Она так много для тебя значит? – спросил племянник.

– Кто? Джулианн? Конечно, она многое для меня значит. Она носит моего ребенка.

– Забавно, как повторяется история. Сначала мой папаша, теперь ты...

Бобби встретил взгляд Майкла, точно зная, что тот имеет в виду: Кем не женился на Селесте, а он, Бобби, не собирался жениться на Джулианн.

– Это трудно объяснить. – Он вглядывался в такие же, как у него самого, суровые, точеные черты лица племянника.

Майкл был чертовски похож на Кема, на брата Бобби, – и прямыми длинными волосами, и опасным мужским обаянием.

Когда Бобби был маленьким, ему тоже хотелось быть похожим на брата, это было поклонением подростка идолу.

– Ты все еще хочешь, чтобы твой папа вернулся за тобой? – спросил Бобби. – Или это уже не имеет значения?

– Это все еще имеет значение. Но ты значишь больше. Ты был тем, кто изменил мою жизнь. – Майкл наклонился вперед, глаза у него возбужденно заблестели. – Если бы не ты, я, возможно, был бы уже в тюрьме. Или скрывался бы от закона.

– Ты изменился сам. Ты сам этого захотел.

Майкл передвинул какие-то бумаги на столе, но взгляд у него остался неподвижным.

– Это правда. Но ты никогда не переставал верить в меня.

Потому что он любил Майкла, даже больше, чем Кема. Возможно, даже больше, чем кого бы то ни было.

– Тебе было трудно со мной.

– Так и должно было быть.

И сейчас еще иногда трудно, парень не давал ему вздохнуть с облегчением.

– Я думаю, ты должен на ней жениться, дядя.

Сердце бухнуло в груди Бобби. Ему не нужна еще чья-то совесть, чей-то взывающий голос.

– Не дави на меня, Майк.

– Это нечестно по отношению к ребенку.

– Но я сделаю все для своего сына или своей дочери. Все, что только смогу. Этот ребенок слишком многое для меня значит.

– Я знаю. Но он все равно останется бастардом, незаконнорожденным. – Майкл шумно вздохнул и откинулся на спинку кресла. – Я тут приготовил кофе. Хочешь?

Бобби старался держаться небрежно, так, будто его сердце не разрывалось от сознания собственной вины.

– Этот отстой, который ты готовишь?

– Ну здесь ты не прав. – Молодой человек поднялся. – Я только хотел тебе объяснить, как это представляется мне.

– Я уважаю твои чувства и понимаю. Черт возьми, именно я прививал тебе эти понятия!

Майкл пригубил кофе. Он стоял у окна, освещенный льющимся позади него светом.

– Верно, дядя, прививал. Ты говорил мне, что, если из-за меня девушка забеременеет, я обязан на ней жениться. Что я не должен поступать так, как поступил мой отец.

– Это совсем другое.

– Разве?

– Да, другое, – упрямо повторил Бобби, хотя сам не мог объяснить, почему.