Танец под дождем - Ольга Александровна Валентеева

А пары приближались к завершению. Или сейчас, или никогда. Рейн должен был забрать зелье у Мишеля и Тима. Сами они с нами не шли: мы решили, что не стоит навлекать проблемы на их головы. Как Рейн их отговаривал, я не знаю, но сумел убедить, что на этот раз лучше не создавать шумиху, поэтому в кабинет Лардена мы отправились узким кругом: Эви и Вильгельм остались дежурить у входа, чтобы никто не помешал. Конечно, мальчики настаивали, чтобы с ними была и я, однако я не собиралась стоять в стороне, и у дверей мы столпились вчетвером: я, Алден, Рейн и Клеменс.

– Входите, – раздался голос куратора, когда мы постучали.

– Удачи нам, – шепнул Клеменс и первым переступил порог.

Ларден сидел за столом, разложив перед собой бумаги. Появление нашей живописной компании его заметно удивило. Он обвел нас настороженным взглядом и сказал:

– Признавайтесь!

Разговор сразу пошел не по плану…

– В чем это? – уточнил Алден.

– Что натворили. У вас по глазам видно, что повод для визита нехороший. Разгромили кабинет? Кого-то угробили? Взорвали лабораторию?

– Пока ничего, – спокойно ответил Рейн.

– Только собираетесь?

Ларден явно шутил, но Рейн ответил:

– Да. Мы тут поспорили с друзьями, что вы можете определить на вкус любое зелье.

– И на что спорили? – поинтересовался Ларден с усмешкой.

– На уборку в комнате, – вклинилась я. – Либо мальчики в моей, либо я в их.

– А! И на кого же вы поставили, студентка Хелкот?

– Конечно, на вас! – Я приняла оскорбленный вид. – А вот парни доказывают, что зелье на вкус определить нельзя.

– Можно, – сказал куратор, и я по глазам увидела: он согласен. Более того, в нем пробудился азарт. Нет, не похож он на преступника. Кажется, мы ошиблись. Но лучше проверить.

– Нельзя, – заявил Алден. – Мало ли что мы там намешали?

– Давайте проверим, – Ларден вызвался сам. – Сварите зелье, и я его определю.

– У нас оно уже готово, – Рейн показал куратору пузырек.

– Там не яд, надеюсь? – уточнил тот.

– Не яд, клянемся.

– Тогда я выпью. Но у меня тоже будут условия: угадаю все компоненты – и хотя бы неделю не услышу о ваших похождениях!

– Согласны, – ответили мы хором, но гарантировать не могли… Однако об этом куратору, конечно, никто уже не сказал. Ларден выпил зелье маленькими глотками, каждый из них катая на языке.

– Что это? – посмотрел на нас удивленно. – То есть я понимаю, травы: слышу валериану, мяту… Полынь, что ли? Но я не знаю ни одного зелья, в которое эти травы входили бы в данном наборе.

– Ты проиграла, – заявил мне Ал.

– Нет, вы. Куратор может назвать травы, только не знает само зелье. Скажите, куратор Ларден, как вы к нам относитесь?

– Вы вредные, неуправляемые, проблемные… – начал перечислять тот и вдруг прикрыл рот рукой. – Вы что мне дали?

– Зелье «Болтушка», – ответил Рейн. – Скажите, вы связаны с похитителями магии?

– Что? Нет! То, что они делают, чудовищно!

– Тогда зачем вы следили за нами? – спросил Лем.

– Потому что мне приказал ректор Голд. Побоялся, что угробят особо ценных студентов. Вашего приятеля Рейна, к примеру. Или вас самого. Тоже папенька никого по голове не погладит. Так мало мне вас, еще и наследника престола навесили! Как это называется, а? По-вашему, это нормально?

И снова зажал руками рот. Ларден понимал, что не должен ничего говорить, однако зелье не оставляло ему выбора.

– Вы подозреваете, кто из преподавателей может быть связан с похитителями магии? – спросил Клеменс.

– Я вас прибью, клянусь! Да, подозреваю. – Куратор испепелял нас взглядом. – У меня целый список таких подозреваемых. Взять хотя бы Фитца…

Не знаю, до чего бы мы договорились, но дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился очень, очень злой ректор. Эви вцепилась в его руку и пыталась остановить, но Голд точно не желал останавливаться.

– Что здесь происходит? – рявкнул он, окинув нас пристальным взглядом. – Я вас спрашиваю!

– Сальван! Ящерица ты занудная! – Ларден кинулся к ректору. – Как я рад тебя видеть! Убить тебя мало за просьбу за ними присмотреть.

– Терренс, что с тобой? – Дракон прищурился, принюхался. – Вы зачем его опоили, демоны?

– Он вел себя подозрительно, – пояснил Клеменс. – Все время появлялся рядом, и здесь, и в городе. Мы решили проверить, насколько он опасен.

– Я же вам сказал, что Лардену можно доверять!

– Спасибо, Силь. – Куратор и вовсе развеселился. – Знаешь, ты неплохой ректор, но иногда такой тугодум. Я предлагал тебе допросить Фитца, а ты не хочешь. Или хотя бы его жену. Не любят они нас, зуб даю!

– Терри, помолчи, – попытался дракон, но зелье не давало Лардену прислушаться к голосу друга.

– Э, нет! – Тот вцепился в ректора мертвой хваткой. – И вообще, мы еще не обсудили те часы, которые ты на меня навесил. Бездушная скотина! Мало мне первого курса, так еще и теория…

– Терренс! – зарычал дракон.

– Что – Терренс? Я, между прочим, тут со дня основания, а где привилегии? Где хотя бы минимальная благодарность? А? Отвечай, драконище!

– Вон отсюда, – скомандовал нам Голд. – И еще хоть раз услышу, что вы поите преподавателей своей отравой, высеку! Не посмотрю ни на возраст, ни на пол, ни на происхождение. Вон!

И нас вынесло из кабинета волной драконьего гнева. Вот это влипли…

– Силь зол, – подвела итог Эвелина.

– Боюсь, он куда больше, чем просто зол, – ответила я. – Идемте? Радует, что куратор Ларден ни в чем не виноват.

И мы потянулись в общежитие, чувствуя себя одновременно и счастливыми, и несчастными. Ларден не пытался убить моих друзей! Но мы по-прежнему не знаем, кто это сделал.

– Ладно, хватит на сегодня опытов, – вздохнул Рейн. – И куратору стоит принести наши извинения. Вряд ли он безумно счастлив после нашей самодеятельности. Как оказалось, он просто хотел помочь.

– И все равно он нас не любит, – хмыкнула Эви.

– Мне кажется, он не любит всех одинаково, – улыбнулся Клеменс. – Характер такой. Но Голд прав, ничего дурного Ларден не замышлял. И ректор доверяет ему настолько, что рассказал про нас с Рейном, это о многом говорит. Но все-таки как нам вычислить настоящих преступников? И Лиам все еще не найден.

– Думаю, пока стоит притихнуть, – вздохнула я. – И подумать. Стойте! А зелье раскрытия скрытого? То самое, которое помогло ректору Голду найти старые утерянные вещи. Эви могла бы его выпить и отыскать брата, она ведь его потеряла.

– Недаром все считают тебя вдохновителем, – пробурчат Вилл, а Лем воскликнул:

– Точно! Мелли, ты гений. Немедленно идем в лабораторию, Тим и Мишель говорили, что будут там.

Мы снова воспрянули духом. Да, Лиам – не потерянный носок, но то, что сработало однажды, может снова дать