Железный Человек. Латная перчатка - Йон Колфер

лет младше, но, честно говоря, если судить по внешнему виду, банда Мандарина скорее всего не удивилась бы, узнав, что тот оторвал Старку голову голыми руками. Это был поединок Давида и Голиафа, современная версия. Разница только в том, что у Давида в сумке не было припрятано никакой пращи.

Старк не мог не думать о неизбежном обезглавливании, которое ему предстояло.

— Эй, Мэнди, ты собираешься откусить мою голову прямо своими белоснежными зубками? Или все-таки у тебя есть для этого какое-то оружие?

— Оружие, конечно, — ответил Мандарин. — У каждого из нас будут острые лезвия. Прусские сабли. Мое самое любимое оружие.

— Это не совсем честно, — прокомментировал Тони. — Например, мое любимое острое оружие — вязальная спица. Она, конечно, голову тебе не отрежет, но дай мне несколько часов, и я смогу связать для тебя очаровательный жилет.

Мандарин переплел пальцы так, что кольца на них заблестели в солнечных лучах.

— Считайте, что вам повезло, Старк, — это просто сабли. Если бы я прибегнул к помощи своих удивительных колец, я мог бы убить вас самыми разными чудовищными способами.

— Что-то мне подсказывает, что после первого раза я не смог бы оценить последующие.

Мандарин зевнул.

— Ваша клоунада утомительна, Старк, но я вас понимаю. Люди по-разному борются с неизбежной смертью, хотя абсолютно все они в итоге начинают умолять сохранить им жизнь. И вы тоже будете молить об этом.

— В этом я сомневаюсь, Мэнди, — ответил Тони, и в его голосе послышалась решимость. — Мне попадались куда более трудные противники, чем ты. Мой дорогой папаша, например.

Мандарин начал снимать кольца с пальцев — все кроме кольца Тони — и отдавать их на хранение Левеку.

— Я надеялся услышать какие-нибудь осмысленные предсмертные слова, — ответил он, чувствуя искреннее разочарование. — Но теперь я вижу, что вы намерены играть роль тупого ковбоя до самого конца. Все-таки вы американец до мозга костей.

— Извини, что разочаровал тебя, Мэнди, — ответил Тони, — но мои мысли сейчас занимают гораздо более важные вопросы, чем сочинение мудрой предсмертной речи, которую террорист вписал бы в свои мемуары.

— Ну хорошо, Тони Старк. Я запомню вас как идиота до конца, если вам действительно так этого хочется.

Неожиданно Тони надоела роль ковбоя. В конце концов, Мандарина ему взбесить не удалось, как он надеялся. Смысл попыток задеть противника состоит в том, что взбешенные люди принимают импульсивные решения. Но если необходимый уровень злости не достигнут, раздражающий только зря потратил время.

— Ладно, Мандарин. Просто проинструктируй меня, что от меня требуется, и давай уже приступим. У нас обоих плотный график. Тебе нужно взрывать саммит, мне — спасать.

Мандарин долго и заливисто рассмеялся, и даже издевательски захлопал в ладоши.

— Боже мой, Тони Старк. Спасать саммит? Вы не смогли спасти даже наивную бедняжку Сиршу. Все, что у вас осталось, — это призрачная надежда спастись самому.

— Инструкции, — продолжал настаивать Тони. — Рассказывай уже. Если это должен быть честный бой, то ты, по крайней мере, снимешь с меня наручники?

— Это сделает Фрэдди, — подтвердил Мандарин. — Далее вы можете сделать какую-нибудь глупость и тут же получить пулю, либо отправиться на вершину западного утеса в двух километрах отсюда. На вершине вы найдете древний каменный королевский трон. А на троне — свежую одежду, еду и воду — и, разумеется, саблю. Я присоединюсь к вам через час, и между нами состоится дуэль. План, понятный даже идиоту. А значит, я полагаю, и вам он будет понятен.

Тони медленно кивнул, запоминая указания и игнорируя колкость.

— В двух километрах к западу. Продукты и оружие — на троне. Час с нынешнего момента или час с того момента, как я доберусь до трона?

— Час с этой минуты, — ответил Мандарин. — Как вы правильно сказали, Тони Старк, у нас обоих плотный график. И если вас у каменного трона не будет, тогда я спущу своих псов войны, потому что у меня нет времени на такую роскошь — охотиться за вами по всему острову. Хотя утренняя охота — это, безусловно, крайне приятное занятие.

Тони внимательно смотрел на Мандарина, машинально разжимая и сжимая затекшие кулаки. Это был тот тип взгляда, который его близкий друг Роди окрестил «Время для Дела», и каждый раз, когда на лице Тони появлялось подобное выражение, это означало, что он готовился сделать то, что должен. Время развлечений закончилось.

Фрэдди Левек высоко поднял руки Тони за спиной — последняя радость садиста перед тем, как снять наручники. Тони почувствовал, что пальцы его собственной перчатки от костюма больно сжали его руку. Слава богу, сервомоторы были отключены, иначе его пястные кости превратились бы в кашу.

— Беги, маленький миллиаг’дег’, — произнес Левек, поворачивая ключ. — Allez vite!

И впервые Тони Старк решил не тратить время на остроумный ответ. Он просто бросился через двор в сторону виляющей тропинки вдалеке, и как только его скрюченные и затекшие конечности немного размялись, неуклюжая походка превратилась в настоящий бег.

Два километра можно преодолеть приблизительно за пятнадцать минут, если хорошенько поторопиться. А значит, у него останется еще три четверти часа, чтобы достойно подготовиться к встрече с человеком с большим мечом.

О, МЭНДИ

Как оказалось, Тони переоценил быстроту своих ног: он добирался до места назначения — королевского трона — почти двадцать пять минут. Мандарин решил не упоминать, что последние четыреста метров пути придется преодолевать, карабкаясь по крутому рыхлому склону, скользкому от брызг морской воды даже на большой высоте.

Поскальзываясь, Тони каждый раз проклинал террориста, но продолжал двигаться вперед, потому что от исхода поединка зависела не только его жизнь. От него зависела судьба всей экосистемы планеты. Если Мандарину удастся убить нескольких министров, то перед тем, как подобная ассамблея еще раз соберется, пройдут десятилетия, и к тому моменту, вероятно, уже будет поздно спасать как минимум арктические ледники и озоновый слой. А значит, вымрут десятки видов животных и погибнут миллионы людей.

Но каким бы трагическим это развитие событий ни выглядело, сейчас Тони нужно было сконцентрироваться на той мысли, что, если костюм Железного Человека с убийцей внутри приземлится на саммите, множество человек погибнут сразу.

Каменный трон заставил Тони вспомнить об артуровской Англии — потому что, скорее всего, именно так выглядел бы трон Артура, если бы кто-то оставил его здесь открытым всем ветрам, с тех самых пор как в VI веке нашей эры король получил от своего племянника Мордреда смертельный удар прямо в череп. Возможно, когда-то этот впечатляющий трон олицетворял власть и могущество, но теперь он превратился в