Тёмный принц - Даниэль Зеа Рэй

отказался ей помогать. Возможно, твой отец знает, зачем ей нужны седоулы и что она собирается с ними делать. – Хейди прошла в комнату, схватила мешок и начала складывать в него вещи. – Ты со мной или мне ехать на поклон к Дарроу одной?

– Все седоулы у Ди! Мы даже за лошадей заплатить не сможем! – напомнила Рубин. – И уже вечер! Куда мы поедем?

– У меня припрятано пять монет в кошельке на подвязке. – Хейди похлопала себя по бедру. – С продажи скатертей и посуды в Зароне удалось выручить больше, чем Ди рассчитывала. Этого хватит, чтобы заплатить за лошадей и купить еды.

– А где мы будем ночевать?

– В лесу! – воскликнула Хейди.

– Вдвоем? – не поверила своим ушам Рубин. – Опомнись! Отправимся завтра на рассвете, а сегодня запремся здесь и переждем.

– Останешься сейчас – завтра со мной уже никуда не поедешь, – покачала головой Хейди, продолжая набивать мешок вещами. – Раскиснешь при виде Ордериона и начнешь думать не головой, а чувствами!

– Я не собираюсь встречаться с Ордерионом, – покачала головой Рубин.

– Зато он так и жаждет встретиться с тобой. – Хейди затянула на мешке завязки и перекинула его через плечо. – И запертая дверь твоего темного принца не остановит. Спрашиваю в последний раз: ты едешь со мной или остаешься?

– Еду, – кивнула Рубин, начиная быстро собирать пожитки.

Она набила мешок, обула сапоги, накинула плащ, спрятав голову под капюшон.

– Идем! – скомандовала Хейди и открыла дверь.

Тут же остановилась. Галлахер поджидал их у противоположной стены коридора. Сначала Хейди отступила на шаг, и Рубин едва с ней не столкнулась.

– Боги, – прошептал Галлахер, заметив обугленные руки некогда прекрасной туремки.

– Пойдем, Рубин, он ничего нам не сделает. – Хейди схватила ее за руку и практически поволокла к лестнице.

Галлахер действительно ничего не сделал. Он остался стоять в коридоре.

Хейди и Рубин вышли на улицу и направились прямиком к конюшне. Им наперерез вышли Хорн и Саж.

Рубин подняла голову, одаривая их гневным взглядом алых глаз, и воины в ужасе отпрянули.

– Лучше не мешайте, – предупредила она, и те уступили дорогу.

С конюхом договаривалась Хейди. Рубин ждала на улице, пряча лицо от случайных прохожих и от Сажа с Хорном, которые внимательно наблюдали за ней, стоя поодаль.

Хейди вышла из конюшни, ведя под уздцы двух лошадей. Рубин подошла к одной из запряженных кобыл, затолкала мешок с вещами в подсумок, задрала юбку, под которой носила обычные мужские штаны, и запрыгнула в седло.

Она обернулась к Хейди и обомлела. Откуда ни возьмись появился Галлахер! Хейди как раз поставила ногу в стремя, чтобы запрыгнуть на лошадь, но принц схватил ее за талию и отнес от животного подальше.

Хейди начала вопить и вырываться, перебирая ногами в воздухе. Галлахер спокойно поставил жену на землю и едва не получил оплеуху: Хейди промахнулась, рассекая ладонью воздух.

– Почему вместо того, чтобы поговорить со мной, ты всегда убегаешь? – подозрительно спокойным тоном спросил Галлахер. – Я похоронил тебя. Это ты понимаешь?

Хейди замерла, опустив голову.

– Я проехал от Белого замка до Бескрайних вод на Севере, осмотрел на своем пути каждую реку, где ты могла остаться навечно. Я ночевал в лесах и полях, не желая надолго покидать места поисков, чтобы не упустить момент, когда твое тело будет проплывать мимо. При одной мысли о том, что ты сама… ты сама прыгнула в ущелье… Хейди… Мне хотелось умереть. Но я не мог себе этого позволить! – Он развел руки в стороны. – Нужно было найти твое тело, предать его земле, позволить хотя бы твоему духу найти покой в царстве Дуона! Я собирался мстить! Убить отца, его жену… – Голос Галлахера дрогнул. – Ордерион уговорил меня дождаться рождения ее ребенка, который вроде как ни в чем не виноват, но для Миры это ничего не изменит. Мы с братом уверены, что она отравила тебя. И за это Мира поплатится. На флагштоках Северного замка развеваются черные флаги. Траурные одежды носят все, кто был вхож в замок. Я приказал своим воинам оцепить условные границы северных земель и не пропускать на них ни одного воина из Белого замка. Ни воина, ни придворного, ни дера. Ни короля с королевой. Северные земли, Хейди, готовятся к войне с Белым замком и моим, – Галлахер скривился, – отцом. Мы с Ордерионом здесь, потому что держим путь в Турем. Да, мой брат, словно одержимый, не оставлял надежды найти вас живыми. Он предположил, что вы с Рубин могли поехать в Турем, чтобы попросить защиты у короля Дарроу. Но не только по этой причине мы ехали в Звездный замок. Нам необходим союзник против короля Инайи и его войска. Возможно, Дарроу согласится помочь.

Хейди вскинула голову, недоверчиво глядя на мужа.

– Я не смог тебя защитить, – продолжал говорить Галлахер. – И никогда себе этого не прощу. Но за то, что мой отец и его жена сделали с тобой… За то, что они сделали с Рубин, за то, что сотворили с делегатами из Турема и тем самым подвели Инайю к войне… За это им придется ответить. Да, сейчас я бы хотел бросить все и уехать вместе с тобой, не заботясь ни о брате, ни о королевстве, ни о людях, что там живут. Но я наследный принц, Хейди, и я в ответе перед своим народом за то, что творит мой родитель. Раньше этого осознания у меня не было. Раньше его поступки были его поступками, а я… Я считал, что меня это не особо касается. Я ошибался. – Он тяжело вздохнул. – Я понимаю, почему ты не захотела возвращаться ко мне, – закивал Галлахер. – Почему пожелала остаться для меня мертвой. Ты вышла замуж за незрелого мужчину. За юнца, который считал, будто может делать все что пожелает! Да, ты поплатилась за мою беспечность. И за это я хочу попросить у тебя… – Он запнулся.

– Прощения? – спросила Хейди.

– Да, прощения, – ответил Галлахер. – Я люблю тебя. Слишком сильно люблю. И поэтому отпущу. С седоулами. Утром. С прощением или без него. Я отпущу тебя, Хейди, куда бы ты ни собиралась ехать и что бы ни намеревалась предпринять. Возможно, мы еще когда-нибудь встретимся… – Он с грустью ей улыбнулся. – Или нет, – добавил тут же. – Но затевая бой со своим отцом, из которого я вряд ли выберусь живым, мне бы не хотелось нести на сердце камень из твоей обиды и ненависти. Выезжать уже поздно. Сумерки сгущаются. – Он посмотрел на сереющее небо. – Поутру к вам в комнату постучат мои воины и передадут седоулы. Просто переночуйте