Очарование нежности - Нора Хесс

– Может, поставите своего скакуна в сарай да отужинаете со мной? – спросила она. – Се­годня у меня копченая ветчинка – Энни вчера угостила меня.

– Ловлю тебя на слове, Лэйси – я уж и позабыл, когда в последний раз ел ветчину, к тому же копченую. – Он снял с седла моток веревки, – Только пойду натяну веревку от сарая к дому. Со дня на день можно ожидать снежной бури, а по веревке ты сможешь спо­койно ходить в сарай. Несколько лет назад один человек без нее заблудился и замерз в каких-нибудь шести футах от дома. Скорее все­го, веревку ветром оборвало, вот он и сбился с дороги.

Впервые за все это время Лэйси вдруг ощу­тила всю глубину своего одиночества здесь. А что, если она вдруг заболеет или упадет и сломает ногу? Ведь могут пройти дни, прежде чем кто-нибудь зайдет к ней.

Мэтт, видя ее помрачневшее лицо, угадал ее мысли. Он извлек из кармана большой кусок ярко-красной материи и сказал:

– Вот это я привяжу на длинный шест, и, если тебе понадобится помощь, ты поднимешь его как можно выше и будешь размахивать им, как флагом. Это – сигнал бедствия, обычный для этих мест. Кто с соседнего ранчо заметит его, сразу же сообразит, что у тебя дела плохи. Мы всегда осматриваем окрестности, не выста­вил ли кто красный флаг.

– Надеюсь, что никогда не придется этим воспользоваться, – замотала головой Лэйси.

Подошла собака Мэтта. Повиливая хвостом, она стала ласкаться к Лэйси.

– Слушай, а может, мне своего пса оста­вить у тебя, пока не вернется Трэй? – предложил Мэтт. – Все же с ним и веселее, да и безопаснее.

– Ой, Мэтт спасибо вам, – девушка ласко­во потрепала огромного пса за ушами. – А то мне по ночам всякие шорохи мерещатся, я ведь никогда еще одна не жила.

– Ну вот, теперь ты уже не одна. С тобой будет Сай, – улыбнулся Мэтт. – Если захочешь с ним побеседовать, то лучшего слушателя не найти. Да, еще одно: не забудь выпускать его на пару минут перед тем, как отправиться спать. Ты же не хочешь неприятных сюрпризов у себя в доме.

– Хорошо. Будем надеяться, что ему здесь понравится, – сказала Лэйси, положив ладонь на дверную ручку.

– Еще как понравится! Думаю, гораздо приятнее развалиться у горящего камина, чем валяться в сарае на сене. Моя экономка тер­петь не может, когда собаки путаются под ногами.

Ко времени возвращения Мэтта девушка уже успела накрыть на стол. Он два раза попросил добавки и остался в восторге от картофеля и ветчины, утверждая, что уже давно не ел так вкусно.

– Единственное мясо, которое достается мне на ранчо, – это солонина.

Кофе они выпили в гостиной, сидя перед горящим камином и протянув ноги поближе к нагретой пламенем решетке. Говорить не хоте­лось.

Сворачивая сигарету, Мэтт вдруг насторо­жился:

– Слышишь, Лэйси? Вроде собака залаяла? Наверно, преследует рысь. Может, пойдем по­глядим, как она ее на дерево загонит?

Лэйси тут же с восторгом согласилась. Они уже пару раз выходили на такого рода «охоту», и ей страшно нравилось бродить по окутанно­му темнотой лесу вслед за Мэттом, проклады­вающим путь с фонарем в руках.

Она поспешно натянула на себя старую куртку Джасперса, убрала волосы под шляпу и натянула кожаные перчатки.

– Я готова. Можем идти.

– Ты ничего не забыла? – Мэтт хитровато прищурился.

– Да нет, вроде ничего. Взять с собой вин­товку?

– Винтовка винтовкой, а как насчет боти­нок?

Лэйси ахнула и, взглянув на свои ноги, расхохоталась. Проворно сняв ботинки с ре­шетки камина, куда она поставила их для про­сушки, девушка обулась, и они вышли из дома.

Стояла полная луна, да и фонарь Мэтта светил отлично, так что увидеть на снегу следы собачьих лап не составляло труда. Хотя они изо всех сил старались нагнать собаку, вскоре ее можно было лишь с трудом различить в темно­те. Лай, сначала слышный отчетливо, теперь раздавался где-то совсем далеко.

Преследователи остановились, чтобы пере­дохнуть и решить, стоит ли идти дальше, как вдруг до них сквозь холодную ночную тьму донесся волчий вой, долгий и протяжный.

От этого зловещего воя у Лэйси все похо­лодело внутри. Мэтт шепотом выругался.

Не успел он проверить, заряжена ли вин­товка, как прямо перед ними, словно из ниот­куда возник темный, лохматый силуэт. Шерсть на загривке зверя поднялась. Во тьме белел зловещий оскал его клыков. Когда длинное тело хищника напряглось – верный признак того, что он вот-вот бросится, – Мэтт вскинул вин­товку и нажал на спуск.

Винтовка дала осечку, и в следующее мгно­вение зверь бросился на него, норовя вцепить­ся своими острыми клыками прямо в горло. Зубы хищника скользнули по воротнику куртки Мэтта. Отчаянно взвизгнув, Лэйси схватила торчавшую из снега толстую палку и, размахнувшись, изо всех сил ударила волка по голове. Палка эта, наполовину сгнившая, тут же разле­телась на две части. Удар не оглушил, а лишь еще больше распалил хищника.

Мэтт, как безумный, сражался со зверем, а девушка в отчаянии принялась колотить те­перь уже бесполезной винтовкой по голове волка. Однако все эти удары были зверю ни­почем, а Мэтт выбивался из сил. Лэйси уже была готова наброситься на хищника и, схватив за загривок, оттащить от Мэтта. Как вдруг совсем рядом раздался сухой треск ре­вольверного выстрела. Волк тут же отпустил свою добычу, скуля, заковылял и вскоре исчез среди деревьев.

Девушка обернулась посмотреть, кто же ее спаситель, и не поверила своим глазам.

ГЛАВА 7

Трэй проснулся от неутоленного желания. Полтора месяца прошло с тех пор, как он в последний раз был с женщиной – месяц пе­регонял скот и вот уже две недели как доби­рался домой. Шлюха, к которой Трэй завернул в Джулесберге – не в счет. С ней у него ничего не вышло, и удовлетворения эта встреча не принесла.

Но ничего – сегодня он, даст Бог, все же доберется до ранчо и его плотский голод будет наконец утолен.

Трэй собирался остаться на этот раз в сво­ем доме надолго: привести себя в божеский вид, посмотреть, как его супруга уживается со ста­рым Буллом, а потом отправиться в Маренго. Там в таверне «Виски Пита» можно провести ночку-другую с Сэлли Джо.

Сэлли Джо была певичкой. С тех пор как она появилась в этом городе два года назад, он исправно наносил ей по три визита в неделю. И хотя шлюхой ее никто не считал, в постели она была несравненна, и Трэй дождаться не мог, когда они увидятся вновь.

От этих воспоминаний он даже невольно улыбнулся. У него была на ранчо законная супруга – молоденькая, симпатичная шлюшка. Надо быть полным идиотом, чтобы не воспользоваться этим и не завалить ее где-нибудь в укромном местечке. Девчонка вполне может оказаться очень даже ничего. Если же она ока­жется неопытной, то ее можно будет и кое-чему подучить.