Последний Самурай 2 - Павел Барчук

— Нет! Мне оно вообще не упёрлось!

— А тебя никто не спрашивает, Такито. Сила дракона — это ключ к вечной жизни. Вот только… Рю дарует силу, но забирает кое-что другое. Ты уже в долгу, Такито-кун.

— В каком ещё долгу? — Я нахмурился, пытаясь понять, что за зловещие слова она произносит.

Тенноки лишь усмехнулась, и эта усмешка не сулила ничего хорошего. Она скорее намекала на большие проблемы.

— Время покажет, Такито. Время покажет. Но помни, дракон — это не игрушка. И его дары имеют свою цену. Очень высокую цену.

Скудоумие и отвага — наше все

Я открыл глаза и с полнейшим отсутствием понимания, где нахожусь, уставился в потолок. Последнее воспоминание — Тенноки дает мне чашечку чая, пахнущую травами. Потом — легкое головокружение. И… И все.

Я редко принял сидячее положение, оглядываясь по сторонам.

— Черт… Какого дьявола?

Мой голос звучал немного хрипло, но это скорее всего из-за того, что я только проснулся. И да, судя по ощущениям я проспал благополучно несколько часов. Вот только не понятно, с хрена ли?

— Я дала тебе немного успокаивающего отвара. — Невозмутимо ответила бабуля.

Она сидела тут же, в комнате, задумчиво рассматривая выложенные на столике кости. И это были вовсе не игральные кости, если что, а вполне себе настоящие, какого-то мелкого животного.

— Успокаивающего⁈ Да я просто вырубился!

— Конечно. — Тенноки пожала плечами. — Последние дни выдались для тебя слишком тревожными. Надо было найти вну реннбб гармонию. В тебе сейчас находится слишком могущественная сила. Любые волнения могут иметь серьёзные последствия.

Старуха замолчала, уставившись на кости. Я тоже молчал. В голове просто всплыли недавно сказанные ею слова.

«Сосуд… Долг… Вечная жизнь…»

Ну да… Наверное, хорошо, что она подсунула мне этот чай. Потому что в первые минуты столь волнительных признаний кицунэ, я был немного зол.

Я, Иван Иванов, вор, медвежатник, человек выросший в достаточно циничном мире — теперь носитель какого-то там дракона, с перспективой вечной жизни. Да еще это приподнесли, как необыкновенный дар.

Да ну нахер! Мне хватало одной отмерянной жизни, пусть кривой, но зато своей. А тут — подарок, за который придется платить. Хотя лично я никого о подобном не просил. На кой черт этот дракон вообще влез? Ну грохнули бы меня там, на вокзале…

Додумать мысль я не успел. Меня внезапно прострелило ледяной волной понимания. Только что я хотел сказать, мол, убили и ладно. Но… Кража, та самая, она ведь затевалась исключительно ради денег, чтоб спасти человека, который мне дорог. И я совсем забыл об этом человеке. В первый день помнил, а сейчас ее образ словно испарился, стерся из моего сознания…

— Тенноки… Слушай… — Я развернулся к старухе лицом. — В прошлой жизни была одна женщина…

— С ней все хорошо. — Перебила меня кицунэ. — Рю позаботился о ней. Она идет на поправку. И знаешь… Вы с ней никогда уже не увидитесь, но тебе стоило бы сказать спасибо этой женщине. Дракон не распространяется особо о своих мотивах, но думаю, он спас тебя не только в знак благодарности. В тебе чувствуется скрытый свет. Именно в тебе. Несмотря на темную жизнь. Я его вижу. А дала тебе этот свет та, о ком ты начал забывать.

— Начал… То есть… Это вопрос времени? Я скоро совсем перестану ее помнить?

— Да. — Старуха небрежно качнула головой. — Такова цена. Ты же помнишь, что помощь дракона подразумевает определённую цену.

— Цену? — Голос мой прозвучал слишком резко. — Какую цену, Тенноки? Говори прямо, без твоих лисьих загадок! Я уже в заднице по уши, хуже некуда. Так что выкладывай, что он еще с меня возьмет? Почку? Печень? Или душу, как в дешевых романах?

Тенноки усмехнулась, прищурив один глаз. В ее взгляде мерцал тот самый хищный огонек, свойственный всяким непонятным сущностям, который я начал ненавидеть.

— Душа? О, милый мальчик, драконам души не нужны. У них этого добра навалом. Твоя душа — твоя проблема. Цена… она в служении. В сохранении баланса. Дракон дал тебе жизнь, спас из небытия, поместил в сосуд, созданный для него самого. Теперь ты должен стать его руками и глазами в этом мире. Охранять границы. Не пускать сюда то, что не должно проникать. И выгонять то, что уже просочилось. Рю выбрал тебя не только за тело. Он почуял в тебе… потенциал. Умение выживать. Хитрость. Жестокость, когда надо. И тот самый русский «авось», что позволяет идти напролом, когда умные уже сдались.

— Демоны? — спросил я, уже догадываясь, о чем идет речь. — Вот этот мой «долг»? Бороться с той дрянью, что шляется по ночам? Так я теперь этим и буду заниматься по факту! Якудза же — ночные патрули. Или ты про что-то другое?

Тенноки покачала головой, протянула руку к чашке, стоявшей на краю столика, а затем, отхлебнув сакэ, ответила:

— Якудза — сторожевые псы. Следят за порядком в своем секторе, отбиваются от мелкой нечисти. Но ты, сосуд хранителя… ты должен искать корень. Источники прорывов. Сильных сущностей, которые тянут за собой других, как воронка. Тех, кто нарушает баланс сознательно. Как О́ни. Ты почувствуешь их. Сила дракона в тебе будет звенеть, как сигнализация. Игнорировать не сможешь. Вот твой долг. Пока дракон не вернется в свой сосуд или… пока не найдет тебе замену.

«Пока не найдет замену». Слова прозвучали как приговор. Я — расходный материал. Временный держатель места, пока хозяин не вернется или не подыщет нового лоха. Гениально. Просто очень хреновый контракт без права расторжения. Надо было читать мелкий шрифт… Вот только мне его никто не удосужился показать.

— А Кайоши? — спросил я — Он же был хранителем? Почему старик до сих пор тут шляется? И чего он от меня хочет?

Лицо Тенноки расплылось хитрой улыбкой. Хотя, поводов для восторга лично я вообще не видел. Ни одного.

— Кайоши… Это особый случай. — Ответила старуха, — Он отказался. Осознанно разорвал связь с драконом. Отвечу сразу, да, это возможно. Но очень, очень сложно. Поэтому, не спрашивай, как. Кайоши передал статуэтку в музей, думая, что так избавится от долга. Но сила, однажды данная, не уходит бесследно. Он остался… не совсем человеком. Не совсем живым. Застрял между мирами. Вечный скиталец. Кайоши сражается с демонами и тем самым ищет смерти. Устал, говорит. Хочет уйти туда, где вечный покой.

Я открыт рот, собираясь заявить, что трудностей не боюсь, а потому весьма желаю знать, как разорвать связь с драконом по своему желанию, но