Алый почерк искушения - Лея Кейн

не отдавал предпочтение даже ей. Помешался на мести Рах-Сеиму. Поставил жирный крест на личной жизни. А мне уделял повышенное внимание из элементарной осторожности. Так что сложно было представить, чем кончится этот фестиваль. Кого из невест принцы возьмут в жены? Если возьмут вообще…

Сумасшедший шопинг сделал меня невидимкой. Уловив, что до меня никому нет дела, я тихонько покинула гостиную. Вовсе не потому, что товар Поли мне не нравился. Я была ее самой главной клиенткой. Ашер не скупился на хорошее белье для меня. Каждую ночь я надевала новое. Просто настал тот момент, когда я могла подумать о чем-то, кроме выплаты бесценного долга своим телом. Например, переварить то, что я узнала от принца Айвариса, и решить, хочу ли рассказать ему о себе или уехать из замка с первым лучом солнца.

Я вспомнила, что вчера мне рассказывали про крытую оранжерею, и решила посмотреть, что это за прекрасное место. Может, завтра я навсегда покину эти стены, так и не узнав все их тайны.

Пройдя по бесконечным коридорам, я наконец отыскала зеленый укромный уголок под стеклянным куполом и ахнула от восхищения. В центре оранжереи сверкал обложенный камнями пруд, на поверхности которого плавали ромашки. Сразу за ним были установлены качели. Ближе к стеклянным дверям — столик с двумя креслами. Здесь даже стоял невысокий книжный стеллаж. И все это в окружении благоухающих цветов.

От ленивой теплоты в воздухе я окончательно расслабилась. Села на бортик пруда и вынула из воды одну ромашку. Усмехнулась, подумав о гадании, но так и не сорвала ни единого лепестка, потому что в оранжереи появился принц Айварис.

— Разве вы не должны уже быть в подземелье? — Я встала и после секундного замешательства сделала реверанс.

— Не мог уйти, не пожелав вам мирной ночи.

— Именно мне? — Я похлопала глазами.

— Именно вам, — улыбнулся он и дотронулся своими горячими пальцами до моей руки.

До самого плеча я ощутила мелкие парализующие импульсы от этого мимолетного прикосновения.

Принц взял у меня ромашку и вложил в мои волосы над ухом, остановив для нас обоих время и мое сердце. А в следующее мгновенье шагнул ко мне вплотную, склонился и поцеловал в губы.

Я даже пикнуть не успела, как обмякла в его объятиях. Его галантность, граничащая с дерзостью, вызвала у меня потерю всех двигательных функций. Даже извилины в мозгу ослабили силу своего проявления.

Как бы я хотела, чтобы этот спонтанный поцелуй был выражением чувств! Чтобы наше трепетное дыхание, переплетающееся в воздухе, создавало атмосферу настоящей любви. Чтобы мы взаимно фантазировали с принцем Айварисом о совестном будущем, делясь мечтами, где каждое слово было бы наполнено надеждой и верой.

Но он наверняка принял меня за одну из девиц госпожи Шинаре, когда заметил нашу с Поли связь. А такую можно и целовать, и взять прямо посреди оранжереи. Она и слова не скажет.

Вот только принц Айварис ошибся. За все время у меня был лишь один мужчина, которому я свято хранила верность. Ему я подарила и свою девственность, и свободу, и жизнь. Он был моим единственным любовником, пленителем и хозяином. Но даже он никогда не целовал меня без разрешения.

Возмущенная таким совсем некоролевским поступком, я резко отстранилась от принца и, замахнувшись, влепила ему звонкую пощечину, от которой ладонь вмиг зажгло.

— Ах! — вскрикнула я, опомнившись, кому врезала.

Обеими руками закрыла рот, заглушая крик, и вытаращила глаза, глядя, как принц шевелит челюстью и усмехается.

— Вы будете смеяться, миледи, но я впервые в жизни поцеловал женщину и надеялся на более дружелюбную реакцию.

Я стояла в оцепенении, не в силах издать ни единого звука. Явилась на отбор под чужим именем, притащила сюда все свои проблемы, обрекла всех на угрозу со стороны стаи Рах-Сеима, вынудила одну из невест уехать, а теперь начала колотить принцев.

«Да, Кэрол, ты умеешь удивлять», — вспомнила я слова Ашера.

Нерешительно отняв руки от лица, я забормотала:

— Простите… Пожалуйста… Я не хотела…

— Это я должен извиняться. Не устоял. Прошу прощения.

— Я решила, что вы меня не уважаете…

— Я понял, — с улыбкой ответил принц. — Поэтому простите еще раз. Я повел себя не по-мужски. Обещаю, этого больше не повторится.

Я сумела усмирить свою обиду и улыбнулась в ответ, подумав над его словами о первом поцелуе. Один принц бабник, каких свет не видывал. Другой девственник. Родные братья, а какие разные не только внешне, но и по характеру. Вермунд всюду искал любовь, Айварис положил душу на алтарь возмездия.

— Позвольте мне проводить вас до покоев. В качестве извинения, — предложил он после недолгой паузы.

— Я бы с радостью, но не хочу, чтобы другие девушки снова увидели нас вместе. Некоторые ревнуют. Боюсь проснуться утром с отрезанными волосами.

Принц коротко рассмеялся и кивнул:

— Тогда увидимся завтра на первом испытании. Надеюсь, вы пройдете его блестяще.

Этим заявлением он фактически дал мне зеленый свет. Что ж, раз принцу так омерзителен этот отбор, а желания жениться не прибавляется, выручу девственника — смету с арены всех соперниц, чтобы ему не пришлось им отказывать. А то от Леты Мазарини пощечиной не отделается.

— До завтра, ваше высочество, — ответила я. — Мирной вам ночи.

Откланявшись, он ушел, а я опустилась на бортик пруда и закусила губу, все еще таящую вкус его нежного поцелуя.

Глава 14. Лабиринт

Аника разбудила меня с первым лучом солнца. И не ласково погладив по плечу, а пронзительно завизжав на всю комнату и запрыгав на кровати.

Спросонок я решила, что она чего-то испугалась. Паука, мышь или собственной тени. Даже схватилась за канделябр, готовая отбиваться от любого черта. Но потом увидела, что юная леди обнимает безобидный букет цветов, принесенный забившейся в угол от растерянности служанкой.

— Я знала! Знала! Знала! — повторяла Аника свою мантру. — Маменька говорила, что я обязательно выйду замуж! Только погляди, что мне досталось от принца Вермунда! — Она спрыгнула с кровати и сунула букет мне прямо под нос. — Он такой галантный и разборчивый!

— Простите… — пискнула служанка, но вредная госпожа тут же закрыла ей рот.

— Ты свободна! Ступай! — Она указала той на дверь.

Быстро откланявшись, девушка выскочила из комнаты, а Аника продолжила делиться со мной своими бесконечно-бурными фантазиями:

— Ты только представь, еще не состоялось первое испытание,