Клятва на огне - Ирина Игоревна Голунцова

Его слова все равно что удар по сердцу. Просто невероятно, что он додумался винить себя. Хотя, удивительно ли? Энджи постоянно кричал на него, принижал, подчеркивал, что он недостаточно старается, он способен на большее. Ебанный ублюдок просто ломал своего сына!

— Ты ни в чем не виноват, слышишь?

С раздражением отбросив одеяло, я спрыгнула с койки и чуть не упала на подкосившихся ослабших ногах. Но злость вкупе с решительность помогли удержаться. Решительно шагнув к парню, я обняла его так крепко, как позволяло самочувствие. Подобного он явно не ожидал, напрягся и замер, словно мышь, загнанная в угол.

— Выкинь эти мысли из головы, Шото. Твоего друга похитили уж точно не по твоей вине. Можешь винить меня, но не вздумай на себя наговаривать.

Может, он и вымахал выше меня и научился оставаться равнодушным к окружению, но детские травмы так просто не забываются. К сожалению, справиться с ними Шото мог лишь своими силами, в моей власти лишь направить его. Поддержать. Я могла лишь обнять его, попытаться успокоить, погладив по голове.

«Защитить во что бы то ни стало». Мое ли это искреннее желание или же отголосок отданного приказа? В любом случае, Шото требовалась поддержка, хотя не стоило вот так бросаться к нему с объятиями. Скорее, ввергла его в еще больший ступор или напугала, а не успокоила. Но едва подумала о том, чтобы отстраниться и перестать смущать его, как почувствовала прикосновение теплых ладоней к своей пояснице.

— Спасибо, — тихо шепнул Шото.

Может, парень от переизбытка эмоций сам того не осознавал, но его объятия становились все крепче. И теперь неловко становилось уже мне.

Глава 6: Семья Юмемия

Дом милый дом. Пока все еще собственная квартира, а не дом Тодороки, куда мне не хотелось идти от слова совсем. Слишком много дурных воспоминаний с ним связано, да и сколько бы я не притворилась милой соседкой, Нацуо и Фуюми настороженно относились ко мне. Не так, чтобы в штыки воспринимали, но все же.

Тело ломило. Небо залилось пряной желтизной от раннего вечера. Первым делом, скинув вещи, поставила телефон на зарядку. В холодильнике нашлась газировка, хотя куда сильнее хотелось плотно поужинать. Хоть какая-то радость в жизни — вкус колы и прыгающие пузырьки на языке.

Сегодня состоится операция по вызволению Кацуки Бакуго, а отвлекающим маневром на телевидении должны были выступить знаменитые фигуры академии ЮЭЙ. Еще где-то час до сего торжества, и в какой-то степени жаль, что меня не привлекли к работе. Тот поджигатель с голубым пламенем задел мою гордость.

Странный тип. Странно все в этой ситуации. Моя сестра оказалась жива. Я должна радоваться, но… нет, я рада, да только сразу возникала куча вопросов. Ее появление в лагере не случайно, она погасила пламя цербера тем самым и мою силу, поняла, когда я оказалась в бесконтрольном состоянии. Вероятно, после ухода злодеи рассказали об этом. Но почему позволили прийти на помощь? Хотя, характер у нее уже в раннем возрасте заставлял всех считаться с ней.

Почему же ты не выходила на связь, Аямэ? Опасалась выдать себя и подставить нас двоих под удар? Или же просто найти не могла, не бралась за поиски, полагая, что я мертва?

Приведя себя в порядок и перекусив остатками риса с рыбой, добралась до кровати и потянулась за телефоном. Хотела бы сказать, что увидела тысячу пропущенных звонков, но… нет, несколько запросов с работы, пара звонков. Прямое доказательство, что обо мне некому беспокоиться. Пленница своего положения.

Через пару-тройку часов должна начаться конференция, а вместе с ней и операция по спасению Бакуго Кацуки. Напряжение чувствовалось даже здесь, за десятки километров от штаба, в этой тишине за четырьмя стенами.

Пришло сообщение с незнакомого номера. Не похоже на рекламную рассылку, я открыла послание и увидела адрес, ведущий в район Камино в Йокогаме, префектуры Канагава. До нее на поезде можно добраться за час-полтора. У меня уже закралось нехорошее предчувствие, а сердце пропустило удар, когда следом пришло сообщение «пятеро детей едут спасать Кацуки Бакуго, среди них Тодороки».

— ЧЕГО БЛЯТЬ?! — моментально спрыгнув с кровати и запутавшись в ногах, с грохотом упала на колени. Но боль осталась на заднем фоне из-за потрясения. — Чего?.. Это что, шутка?

Даже голова закружилась, но не понятно — из-за резкого подъема или панически разбежавшихся мыслей. Старатель не говорил мне о месте проведения операции, я лишь интуитивно чувствовала, что с момента нашего последнего разговора он все больше и больше отдалялся. Мог ли прислать сообщение кто-то из его агентства?

«Выгляни в окно».

Нет. У меня забиты все номера сотрудников, с которыми я пересекаюсь. А это… в какой-то момент даже стало страшно пошевелиться. Выглянуть в окно? Чтобы мне пулю в лоб пустили? Слишком много трагичных совпадений, поэтому, отложив телефон, бросилась к шкафу и вытащила свой костюм. Надевать его, слава святым баранам, не составляло труда, обычный — почти — комбинезон закрытого типа. Шнуровка ботинок и то занимала больше времени.

Телефон предпочла взять с собой, а когда спустилась на первый этаж, то по тишине и полумраку в холле ощутила неладное. С улицы доносился стрекот цикад, прерываемый автомобильным шумом. Но улица впереди не оживленная. Пусть ночь не опустилась на город, небо заметно потемнело, пробивались первые звезды, и покинуть подъезд пришлось с тяжелым сердцем.

Сжав кулаки, вышла на дорогу и моментально заметила у тротуара одинокую фигуру, опирающуюся на мотоцикл. Белый брючный костюм никак не сочетался с двухколесным транспортом, но это уже не играло роли, когда я увидела лицо девушки. К белой, словно фарфор, коже лица от шеи тянулись мелкие языки ожогов, которые также проглядывались на лбу. Но увечья только добавляли остроты внешнему виду девушки, которая перевела на меня холодный взгляд.

— Аямэ.

При звуке своего имени уголки губ девушки дрогнули в легкой, несколько печальной улыбке. Это действительно она? Не верю. Как такое?.. но нет, это она, определенно она.

— Аямэ… — уже менее сухо произнесла я имя сестры.

Ноги сами понесли меня к ней навстречу, не бегом, но уверенными шагами, однако я остановилась в паре метрах и боялась что-либо делать. Вдруг это мираж? Или… или что если она не желала мне добра, а, наоборот, пришла чтобы убить?! То сообщение о студентах ЮЭЙ, это ведь вполне могло быть обвинение, а не…

Нет. Успокойся. Хотела бы она убить, убила бы. Сделав глубокий вдох, постаралась взять себя в руки и сосредоточиться, но от