Самопознание шута - Юрий Калмыков

Только когда Белая Горячка сидел в изнеможении и едва мог говорить, с ним можно было о чём-то разговаривать. Он не был мыслящим существом! От него мы узнали, что через неделю всё стадо увезут на мясокомбинат, потому что пасти нас больше некому.

Все были в восторге. Кроме меня.

– Посмотрите на этого человека! – говорил я. – Как вы можете верить, что этот человек привезёт вас на мясокомбинат?! Не верю! Я лучше уйду из стада, но с ним я не поеду никуда!

– Со всеми ничего плохого произойти не может! – возразил мне один баран.

Стадо баранов всегда против индивидуальности, со мной никто не пошёл, кроме Розалии. Издали мы смотрели, как всё стадо люди погрузили на большие машины, и все они уехали.

– Мы найдём что-нибудь получше мясокомбината, – сказал я Розалии.

Мы отправились в долину искать пастбище с хорошей травой. По дороге мы повстречали одного любознательного человека. Подойдя к нему, я сказал:

– Здравствуйте! Ну как, вы ещё не познали Вселенную и самого себя? Может быть, вы тоже, как и мы, ищете путь к истине? И как же узнать, где этот путь?

Он был потрясён моими вопросами и долго не мог вымолвить ни одного слова. Видимо, раньше над подобными проблемами он никогда не задумывался. Но потом он пришёл в себя, мы познакомились и разговорились. Он оказался учёным-биологом, разрабатывающим новые технологии содержания овец и баранов. Меня это очень заинтересовало, и он предложил мне вместе с ним заниматься научной работой. Нужно, например, пробовать различные корма и высказывать о них своё компетентное мнение. Я согласился, Розалии эта идея тоже понравилась. Научная работа – это занятие, достойное любого барана.

Без лишней скромности могу сказать, что мои рассуждения производят на людей очень сильное впечатление! Особенно на тех, кто слушает меня в первый раз. Сколько людей уже приходило меня послушать! Огромное количество! Я уже много раз давал интервью, мой голос звучит по радио, меня показывают по телевидению.

Недавно я разъяснял людям, каким, по моим представлениям, должен быть мясокомбинат. Я заметил, что некоторые при этом как-то странно переглядывались – видимо, у них что-то не так! Выходит, я правильно не верил в совершенство мясокомбината. Думаю, что им полезно было выслушать мои рассуждения!

У Розалии скоро появятся ягнята, всех очень беспокоит, научит ли она их говорить. Странные у людей волнения! Они не знают Розалии! Она уже научилась читать и писать. Нажимает ногой на клавиши, и на мониторе появляются буквы, которые складываются в слова.

Мне это занятие казалось совершенно пустым, и я выступал против письменности, но сегодня мне предложили написать книгу. Для этого нужно научиться нажимать ногой на клавиши. Мне эту мысль надо как следует пережевать. Может быть, когда-нибудь я и напишу книгу. Уверен, что она будет бестселлером!

Сны Людмилы Петровны

– В первый раз за всё это время я снова видела сны. Мне такие яркие сны раньше никогда не снились! И слова все я запомнила! Как будто всё в реальности происходило, с той лишь разницей, что я сама знаю, что спала.

И Людмила Петровна рассказала нам свои сны.

– Сходить за колой?

– Да! Гриш, а почему у того мужчины голова светится? – спросила девочка без ног в инвалидной коляске.

– Светится? У которого?

– Голубое сияние! У того, что сидит за столом, – она показала пальцем.

– А… вот так, кольцом? Не знаю.

Разговор происходил в том самом известном отеле «Три таракана».

– Ну ладно, я сейчас сбегаю!

– Иди!

Девочка подъехала к столу и с любопытством разглядывала спящего мужчину. Своими пальчиками она чуть было не коснулась вытянутой руки, лежащей на столе. Мужчина сразу проснулся и рассмеялся.

– Ты кто, такая смешная?

– Ксения!

– Ой! Умру от смеха! Ксения?!

– А почему у тебя голова светится?

– Т-с-с! Это тайна!

– Ты ангел?

– Нет! Ангелов не люблю! Они все такие важные, напыщенные и немного глуповатые.

– А кто ты?

– Я Бог, – сказал мужчина и положил подбородок на свою руку.

– Ты очень устал?

– Да.

– За миллионы лет?

– За миллиарды миллиардов.

– Бедный! Если ты хочешь отдохнуть – я не буду тебе мешать.

– А чего хочешь ты, Ксения?

– Танцевать!

– Всё правильно, – улыбнулся Бог. – Но почему ты не танцуешь?

– У меня нет ног. Папа и мама были пьяными и взяли меня на прогулку…

Он поморщился и жестом остановил её:

– Не знаю, не знаю! Я создавал людей трезвыми и с ногами.

Бог протянул руку:

– Коснись моей руки! Встань!

– Встала!!! Настоящие ноги! И я высокая! Это чудо, да?

– Это моё последнее чудо. Пусть теперь чудеса совершают люди.

– Разве люди имеют право совершать чудеса?

– У каждого человека теперь столько же прав, сколько и у меня. Посмотрим, что вы с этим будете делать.

– И у меня?

– И у тебя тоже. А теперь иди. И не буди меня больше никогда. – Он опустил голову и закрыл глаза.

Она погладила кончики торчащих волос на его голове:

– Спасибо тебе, Бог!

– Дальше я проснулась и какое-то время не спала, потом снова увидела продолжение сна, но происходило всё уже не в этом жутком месте, а на площади…

– Принёс?

– Принёс!

– Ой, какие туфельки! Гриш, они мне как раз подходят. Спасибо тебе!

– И ещё вот! Я украл их для тебя в хорошем магазине!

– Что это?

– Это настоящие балетные туфли!

– Вот они какие! Они мне немножко велики… Но у меня ноги вырастут!

– Конечно, вырастут!

– Спасибо!

– Куда ты сейчас? Прямо в Испанию?

– Конечно! Я научусь там танцевать и буду лучшей танцовщицей! Ты увидишь меня по телевизору и найдёшь меня!

– А может быть, у нас в стране тоже где-нибудь танцуют?

– Разве в нашей стране танцуют?! Ты видел когда-нибудь, чтобы у нас танцевали?

– Нет, не видел! Ну, в детдоме мы танцевали.

– Так, как на кассете?!

– Нет, конечно, не так!

– И здесь меня мать может найти, а я больше не хочу, чтобы она била меня по голове! Ты же видишь, она теперь совсем звереет, когда поддатая! А если она узнает, что у меня есть ноги, то в припадке вообще может убить. Я ведь теперь не инвалидка, а ей самой никто не будет подавать, она не сможет бомбить!

– Я бы пошёл с тобой, но мне надо идти к брату в больницу.

– Знаю! Гриш, ты не ходи никуда с Клинобородым! Мне мать говорила: кто с ним куда-нибудь уходит, тот никогда и нигде больше не появляется. И брату скажи! Он ещё маленький – не понимает.

– Ладно, скажу! Вот, я ещё принёс! Это карта Европы!

Они развернули карту и стали её разглядывать.

– Вот здесь Испания, вот здесь мы, тебе всё время нужно идти в ту сторону, на юго-запад. – Он махнул рукой в сторону зданий, расположенных на противоположной стороне площади. – Возьми с собой эту карту! Но в Испании говорят на испанском языке…

– Я научусь! Гриш, возьми эту кассету! – она протянула ему кассету с испанскими танцами.

– Нет! Что ты! – испугался мальчик. – Она тебе самой нужна!

– Это на память!

Он молча взял видеокассету, понимая, что она отдаёт самое дорогое. Они смотрели в сторону Испании, на пыльные здания, перед которыми нервно проносились нескончаемые потоки машин.

– Гриш, мне Бог сказал, что теперь люди сами могут делать чудеса. И я, и ты тоже.

– Я буду бандитом и приеду к тебе на красивом автомобиле.

– Приезжай.

– А дальше мне опять снится, что я в той же ужасной квартире. Я поднялась на кровати, нагнулась, чтобы найти свои черные туфли, и случайно взглянула под тот стол, за которым сидел мужчина со светящейся головой. И тут мне показалось, что у него нет ног, а под столом лежат протезы. От ужаса я вскрикнула и проснулась, уже по-настоящему. Я вся тряслась от этого! Главное, я не могу вспомнить, сам он пришёл туда на своих ногах или нет. В любом случае – это ужасно!

– А вы когда-нибудь были в отеле «Три таракана»? – спросил Константин.

– Постой! – прервал его Антонио. – Что мы спрашивали у зеркала в последний раз?

– Да, это действительно очень важно! Сейчас я попытаюсь вспомнить!

– А как же в жизни всё происходит без зеркала, – проговорила Людмила Петровна, – если мы никаких вопросов никому не задаём?

Антонио и Константин поехали в отель «Три таракана». Конечно, Людмила Петровна понятия не имела о существовании этого отеля, но описала его так, что не было никаких сомнений – именно этот отель она видела в своём сне.

В отеле их встретило обычное зловоние и хаос, от которого человеческий разум может только содрогаться. Все попрошайки были на работе. Они не увидели ни той девочки, ни Гриши, ни усталого путника. Кроме двух спящих бомжей, которых ничто в мире не могло бы заставить подняться, и слабоумной старухи, разложившей вокруг себя зловонные целлофановые пакеты и жевавшей какую-то дрянь, там никого не было.

Антонио сфотографировал кровать, на которой в своём сне спала Людмила Петровна, стол, за которым сидел Бог, и сделал ещё несколько снимков для общей картины. Они вышли на улицу и решили прогуляться вокруг, каждый сам по себе.