Однокрылые - Джордж Мартин

Марис отчаянно захотелось стереть улыбку с его тонких губ.

- Ты не понимаешь летателей, - возразила она. - Они такие же люди, как ты… Нет, я не права, они другие. Они человечней и благородней тебя.

- О человечности и благородстве летателей ходят легенды, - спокойно заявил Вул. - Неудивительно, что на свои пирушки они не приглашают посторонних.

- Они пригласили меня, - возразила Релла. Вул долго глядел на нее, затем пожал плечами и

вновь холодно улыбнулся.

- Вы меня убедили. Если в пристанище действительно открывают двери перед бескрылыми, то я сегодня туда наведаюсь.

- Если ты отказываешься прийти как летатель, то приходи как мой гость, - предложила Марис. - Но, прошу,' оставь хотя бы на несколько часов свой заносчивый тон. Дай летателям шанс подружиться с тобой.

- Вул, пожалуйста. - Релла, взяв его за руку, улыбнулась.

- Хорошо, у них будет шанс проявить и гостеприимство, и великодушие, - пообещал Вул. - Но учтите, что я не стану заискивать перед ними, не буду полировать их крылья и не спою хвалебных песен в их честь. А теперь мне хотелось бы немного полетать. У вас найдется пара крыльев, которыми я могу воспользоваться?

Марис указала Вулу на дверь их временного жилища, а после того как он ушел, спросила у Реллы:

- Он для тебя кое-что значит, не так ли? Девушка опустила глаза.

- Порой Вул груб, но он не всегда такой.

- Возможно, - допустила Марис. - Я его плохо знаю, но… Будь осторожна с ним. Похоже, Вулу досталось, в жизни, а те, кого часто обижали, обычно в ответ обижают других. Порой даже тех, кто им симпатичен.

- Я знаю. Марис, как ты думаешь, они причинят ему сегодня вечером боль? Я говорю о летателях.

- Думаю, ему это не менее интересно, чем тебе. Потерпи до вечера. Увидим, правду ли он говорил о них… и о нас. Хотелось бы думать, что он не прав.

Релла промолчала. Марис, допив молоко, поднялась.

- До вечера еще далеко. Надевай крылья. Потренируемся в воздухе еще часок-другой.

* * *

К вечеру все летатели уже прознали, что на Скални, намереваясь выиграть крылья, прибыл Вул-Однокрылый. Откуда пошел слух, Марис могла только гадать. Возможно, Вула узнали. Или о нем рассказал Доррел. Пока Марис и Релла шагали от посадочной площадки к своему домику, дважды за их спинами раздавались возгласы: «Однокрылый!», а у двери к ним подошел едва знакомый Марис летатель и, сохраняя на лице равнодушное выражение, спросил, правда ли, что Вул сейчас на Скални. Марис подтвердила, и летатель удивленно присвистнул.

Ближе к вечеру Марис и Релла отправились в пристанище. Еще не стемнело, в полупустом зале группками по трое-четверо сидели летатели, ели, пили и негромко беседовали. Морской кот жарился на вертеле, но, по мнению Марис, до готовности ему было еще не меньше трех часов.

Сестра Гарта Риса - круглолицая невысокая толстушка - налила из большущего бочонка кружку эля и подала ее Марис.

- Отменный эль, - похвалила Марис, пригубив напиток. - Хотя, по правде, я не специалист по элю. В основном пью вино или киви.

Риса рассмеялась.

- Брат тоже хвалит мой эль. А уж кто-кто, а он в нем толк знает. Если весь эль, который он выпил за свою жизнь, слить в одном месте, то в этом озере смог бы плавать небольшой торговый флот.

- А где Гарт? - поинтересовалась Марис.

- Он подойдет попозже. Уверяет, что неважно себя чувствует, но мне сдается, что его болезнь - лишь отговорка. Он, как обычно, не желает мне помогать с бочками.

- Он плохо себя чувствует? Риса, что с ним? Он что, стал часто болеть?

Улыбка на лице Рисы увяла.

- Он тебе говорил, Марис?

- Нет. А в чем дело?

- Последние полгода у него ужасно болят суставы. Часто до того опухают, что смотреть страшно.

- Риса слегка наклонилась к Марис. - Я боюсь за брата. И Доррел тоже. Гарт был у многих лекарей, и здесь, на Скални, и в Городе Штормов, но ни один так толком его и не вылечил. Чтобы заглушить боль, брат пьет все больше и больше.

Марис не на шутку разволновалась.

- Я знала, что Дорр беспокоится о нем, но полагала, что причина его тревог - пьянство Гарта.

- Марис, поколебавшись, спросила: - Риса, а твой брат сообщил о своих болезнях Правителю?

Риса покачала головой.

- Нет. Он… - К стойке подошел коренастый летатель с Востока, Риса налила ему кружку эля и продолжила разговор лишь когда тот отошел. - Брат боится, Марис.

- А чего он боится? - спросила Релла.

- Закон гласит, что если летатель серьезно болен,

- пояснила Марис, - то Правитель может, заручившись, конечно, поддержкой других летателей своего острова, отобрать у заболевшего крылья, прежде чем тот потеряет их в море. - Она вновь взглянула на Рису и озабоченно сказала: - Тогда получается, что Гарт сейчас летает с посланиями так же часто, как если бы был здоров.

- Да, - подтвердила Риса. - Мне страшно, Марис. Порой суставы брата начинают болеть неожиданно, и если такое произойдет с ним в воздухе, то…

- Она печально опустила голову. - Я уговариваю Гарта, но он и слушать не хочет о разговоре с Правителем. Все вы, летатели, одинаковы.

- Я поговорю с Гартом, - пообещала Марис.

- Доррел ведет с ним бесконечные разговоры, - поделилась Риса. - Но все без толку. Гарт слишком упрям.

- Он должен отдать крылья, - внезапно заявила Релла. - Крылья бесценны. Их нельзя потерять. Только они'поддерживают быструю связь между островами.

Риса с печалью взглянула на нее.

- Дитя, ты не понимаешь, о чем говоришь. Ты еще студентка, и тебе неведом страх летателей лишиться крыльев.

Она собиралась еще что-то добавить, но открылась дверь, и в зал вошел Вул.

- Извини нас, - сказала Марис, слегка сжав руку Рисы у локтя. - Договорим позже.

Она заспешила к Вулу, который, положив руку на рукоять ножа, настороженно оглядывал зал.

- Не больно-то здесь весело, - сказал он подошедшим Марис и Релле.

- Еще рано, - пояснила Марис. - Через час-другой в зале яблоку негде будет упасть, а за шумом голосов и смехом ты не услышишь собственного голоса. Входи же, выпей и закуси. - Она указала на стол у дальней стены, уставленный блюдами с фруктами, фаршированными яйцами, сырами, калачами, запеченными моллюсками, пирожными и конфетами.

- Главное блюдо сегодня - зажаренный на вертеле морской кот, но он будет готов еще нескоро.

Вул, оглядев тушу морского кота над очагом и ломящиеся от яств столы, процедил:

- Вижу, что летатели, как всегда, предпочитают простую пищу.

Он позволил провести себя через зал, уселся за накрытый стол, как бы нехотя съел два яйца и кусок сыра, выпил стакан вина.

Меж тем вечеринка вокруг них шла своим чередом. Появление Вула, похоже, не привлекло ничьего внимания. Марис пока было неясно, приняли ли летатели Вула или просто не узнали.