Хищник и озорница - Дороти Шелдон

Дженнифер молчаливо кивнула. Пожалуй, разговор пора переводить на другую тему. Но ей еще хотелось понять, что же за человек Мартин Хендерсон, она открывала новые грани его личности: сострадание, искренность, уязвимость.

— И все же почему вы сопротивлялись лечению? Фелисити говорила, что не смогла преодолеть ваше упрямство.

У Дженнифер уже появились сомнения в том, что состояние ее пациента действительно настолько плохо, как выходило со слов его сестры. Что же на самом деле происходит с Мартином Хендерсоном?

Переход на другую тему, вероятно, устраивал Мартина, но от прямого ответа он уклонился.

— А разве я не примерный пациент?

— Вынуждена согласиться. Сегодня к вам нет никаких претензий. Но, очевидно, так было не всегда, иначе Фелисити не стала бы обращаться ко мне.

— Вы не хуже меня знаете, что она руководствовалась и другими соображениям! — напомнил он. — Не собираюсь ее защищать, но Фелисити не остановится, пока не устроит мою личную жизнь. Сама она потеряла мужа совсем недавно, так что я — это все, что у нее осталось.

Голос Мартина потеплел, что не осталось незамеченным Дженнифер. Она уже знала, какие чувства питают друг к другу брат и сестра, и очередное проявление любви и заботы не оставило ее равнодушной. Нежность, проступавшая иногда из-под маски легкомысленности и цинизма, мешала сохранять установленную Дженнифер дистанцию. У нее и Мартина много общего, много такого, что создает фундамент для общения, а общение неминуемо сближает людей. И все же…

Мартин внимательно наблюдал за Дженнифер. Ее сдержанность и даже настороженность не удивили его. После недавнего взрыва страсти он и сам испытывал определенную скованность.

Уже дважды страсть, вспыхивавшая совершенно неожиданно и не подвластная никакому контролю, бросала их в объятия друг друга. Ничего хорошего для мужчины, давшего себе твердое обещание держаться подальше от этой женщины и сохранять хладнокровие. Но как можно сохранять хладнокровие, находясь рядом с Дженнифер?! И какой толк от всех этих добровольных самоограничений, если они только мешают нормальному общению?!

— Вы нужны Фелисити, — сказала Дженнифер, возвращая Мартина к реальности. — Вот вам и причина, чтобы перестать винить себя в гибели друга и радоваться тому, что вы живы.

Радоваться жизни можно будет тогда, когда Сантьяго сядет в тюрьму, подумал Мартин.

— Ну, ей не о чем беспокоиться. — Он откашлялся. — Я в порядке, о чем вы сможете сообщить, когда она вернется.

— Я скажу ей правду. Будете паинькой, она узнает об этом. Станете упрямиться — ей тоже станет известно.

Именно эта часть сделки, заключенной между Фелисити и Дженнифер, беспокоила Мартина. Он не мог допустить, чтобы Дженнифер догадалась о его секрете, но и не хотел помешать ей заработать обещанные Фелисити деньги. Ситуация представлялась безвыходной.

— Вы же понимаете, что, не восстановив полную подвижность плеча, не сможете вернуться к работе. Так что перестаньте дурачиться и…

Дженнифер осеклась и вздрогнула от резкого звонка телефона. Мартин кивком указал на висевшую на стене трубку.

— Возьмите и дайте мне.

Дженнифер подала трубку.

— Хендерсон.

— Это Эндрю. Есть кое-какие новости. Эрик взял одного парня по кличке Брикc. Ты, наверное, о нем слышал. Парень сейчас в больнице, к нему никого не пускают. Возможно, нам удастся вытрясти из него какую-то информацию о Сантьяго.

— Заезжай за мной в пять.

— Ты с ума сошел! Если Чиверс узнает, что ты этим занимаешься, он с нас шкуру спустит!

— А ты ничего ему не говори. Жду.

Мартин нажал на кнопку отключения и повернулся к Дженнифер, смотревшей на него широко открытыми удивленными глазами.

— Что-то случилось?

В его жизни не раз возникали ситуации, когда он по делам службы уходил из дому, оставляя жену, но сейчас разочарование, прозвучавшее в голосе Дженнифер, вызвало совсем другую реакцию. Мартин почувствовал себя так, словно совершал предательство.

— Ничего особенного. — Он отвернулся.

— Но вы же в отпуске, разве нет?

— Верно, в отпуске. Но этот звонок никак не связан с работой. Небольшая проблема у моего друга. Мне нужно…

Дженнифер покачала головой.

— Не говорите больше ничего. — Она поднялась со стула и, подойдя к Мартину, стала снимать согревающие подушечки. — Вы не обязаны давать мне какие-то объяснения. Конечно, мне это не нравится, но можно и подождать.

Мартин нахмурился. Ему не хотелось уходить, не хотелось лгать, не хотелось оставлять Дженнифер одну. Она поняла его и не задавала вопросов. Крессида никогда не вела себя так, в ее глазах никогда не теплились сочувствие и симпатия. Все опасения, связанные с появлением в доме Дженнифер, показались Мартину глупыми и недостойными.

— Спасибо, — сказал он.

Дженнифер наклонилась и подала ему рубашку, лежавшую на полу.

— Берегите себя.

Мартин просунул руки в рукава, слегка поморщился от боли и принялся застегивать пуговицы. Закончив, он поднял голову и улыбнулся.

Дженнифер стояла, сложив руки на груди, и внимательно наблюдала за ним.

— Когда вы вернетесь, мы обо всем поговорим. Возможно, вам необходима не терапия, а что-то другое. По-моему, Мартин, в моей помощи вы не нуждаетесь.

Глава 6

Эндрю ждал его в машине.

— Садись, Мартин. Едем к подружке Брикса. Его взяли у нее.

Дорога заняла не более десяти минут, и, пока Уоткинс рассказывал о подробностях задержания, Мартин думал о последних словах Дженнифер. Конечно, она заметила, как легко он управился с рубашкой, и сделала вывод. Но что теперь делать ему?

Мартин нуждался в ней. Хотел делить с ней ночи. Хотел разделить с ней свою жизнь. Ему был нужен настоящий роман с женщиной, которой ни в чем не откажет. Он не мог жить без нее. И Мартин знал, что если не преодолеет свое влечение к Дженнифер, то станет его рабом.

— Да ты меня совсем не слушаешь, приятель! — блеснул наблюдательностью Эндрю. — Вот этот дом. Квартира на восьмом этаже. Ребята уже там.

На месте преступления шла обычная работа. Мартина все знали и пропустили без вопросов.

— Они были вдвоем, — объяснил Эндрю, указывая на стол с остатками пиршества: бутылка из-под красного калифорнийского вина, ваза с фруктами, коробка шоколадных конфет. — Романтическое свидание. Кто думал…

Мартин слушал его вполуха, думая о своем.

Он смотрел на бокал со следами розовой помады и представлял, как Дженнифер делает глоток вина, как облизывает пухлые губы, как призывно приоткрывает их, словно приглашая его попробовать вкус напитка, оставшийся на языке. Он смотрел на надкушенную грушу и вспоминал, с каким аппетитом уничтожала Дженнифер заказанную им пиццу, как сияли потом ее глаза, как разрумянились щеки. Мартин так погрузился в мир фантазии, что чуть не пропустил момент, когда один из детективов обнаружил важную улику.