Черный Дождь - Джетти Вудрафф

Моя мама теряла сознание и приходила в себя на протяжении всего дня. Тем вечером моя правая рука впервые стала моим убежищем. Я растянулась в кресле, наблюдая за огнем в искусственном камине, пока грудь моей мамы при дыхании вздымалась и опускалась. Вдох-выдох. Я грызла кончик ручки, наблюдая за ней, и молилась любому, кто мог бы услышать мои молитвы. Я не могла потерять свою маму. Она была единственной, кто у меня был.

Я посмотрела в телевизор, заметив печальное, но довольное выражение на лице Форреста Гампа. Он сидел на бревне, наблюдая, как его сын исчез в школьном автобусе. Он был счастлив, что у него был маленький Форрест, но при этом он потерял Дженни. Может быть также было и с моей мамой. В тот момент я этого еще не знала, но, если бы она не заболела, у меня никогда бы не было Пи. Это факт. Конечно, в то время я этого не знала. Если бы она появилась в моей жизни тогда, и у меня был бы выбор, я бы выбрала свою маму. Сейчас, ну… я ее слишком сильно люблю, чтобы отвечать на этот вопрос.

Я обнаружила, что завернулась в то же мягкое одеяло и сижу в той же позе, как и в то Рождество. Взяв ручку, я начала рисовать перо. Я всегда начинала с пера. Это был мой Форрест Гамп. Это было прощание с чем-то, что я любила, ради того, что я также сильно любила. Мое упорство. Панадол вообще не помогал. К тому времени, когда я задремала, моя рука была полностью расписана. Покрыта рисунками из жизни и испещрена полосками черного дождя.

Черный дождь изменился также сильно, как и рисунки на моей правой руке. Теперь мои слезы редко служили причиной черного дождя. Время и Пи помогли справиться с болью, но определенные вещи вызывали в памяти особые моменты из моей жизни, что приводило к слезам. Как сегодня вечером. Если бы я знала, что по телевизору будут показывать Форрест Гамп, я бы его не включала. Фильм напомнил мне о той ночи, когда я каждую секунду боялась заснуть. И я бы смотрела его, каждый раз, вызывая в памяти мое первое Рождество, когда я стала подростком.

***

Я натянула одеяло на свою руку, когда на следующее утро, Пи забралась ко мне под одеяло. Я все-таки уснула в кресле.

— Ты почему под одеялом? Здесь так жарко, наверно миллион градусов, — спросила она.

У меня заняло мгновение, чтобы понять, что происходит. В комнате жужжал кондиционер, в то время как перед нами горел газовый камин. Это что, я сделала? Я скинула одеяло с нас обеих и выключила огонь в камине с помощью пульта.

— Должно быть, я во сне нажала кнопку, — сказала я, прижимая ее к своей груди. Это была ложь. Пульт находился в вазе над камином, где бы она не смогла его достать. Черт. Я действительно не помню, чтобы брала его или включала камин. Я также не помнила всего, что нарисовала на своей руке. Вернее, я помнила, но просто все было таким расплывчатым. Словно это случилось, но во сне.

Я поторопила Пи, желая выбраться из дома прежде, чем появится Куинн и заберет нас на очередную рискованную прогулку. Я все еще была убеждена, что у Куинна был тайный мотив, чтобы подружиться не только со мной, но и с Пи тоже. Он собирался уезжать на следующий день, и все, что мне оставалось делать, это избегать его в течение этого дня. Если бы он уехал, тогда бы я точно знала, что у меня такое же буйное воображение, как у Пи.

— Куинн собирается отвезти нас к водопаду, — возразила Пи, слезая с кресла.

Она последовала за мной в ванную, и я выдавила зубную пасту на обе наши щетки.

— У нас есть карта, помнишь. Мы сами пойдем его искать. Давай притворимся, что мы заблудились на луне, и нам надо найти воду, — предложила я, надеясь отвлечь ее мысли от Куинна. Мы больше не будем проводить с ним время.

Пи почистила зубы две секунды и сплюнула.

— Нет, давай представим, что водопад волшебный, и нам нужно набрать волшебной воды для волшебника. Ему необходимо сделать волшебное зелье, чтобы разрушить заклинание.

— Продолжай чистить. Что за заклинание?

— Вся земля – черная, и ничто не имеет цвета. Как твоя рука, — объяснила она. Я кивком указала на ее щетку, и она продолжила, — Нам нужно достать волшебной воды, чтобы волшебник смог вернуть цвета.

— Супер. Мне нравится эта идея! – воскликнула я, подтолкнув зубную щетку обратно к ее жемчужно-белым зубкам.

Я торопилась сама и подгоняла Пи, нам нужно было успеть покинуть дом до появления Куинна.

Увидев пыль прежде, чем я разглядела переднюю часть его черного грузовика, я бросилась с Пи через заднюю дверь, вниз по склону к тропинке и через овраг. Мы сбежали в лесную глушь как раз вовремя.

Глава восьмая

Мы с Пи провели день так, как она любила это делать, придумывая приключения. Клянусь, она вырастет и станет писателем или, может быть, актрисой, ей нравилось притворяться.

Водопад, который мы нашли, с трудом можно было назвать водопадом. Пара валунов и поток воды, стекающий по склону горы, в действительности не оправдал мои ожидания. Пи было все равно. В ее голове водопад был огромным.

— О, нет!

— Что такое?! – воскликнула я, остановившись за ней и подыгрывая ей.

— Аллигаторы! Нам придется ступать по их головам.

— Они сожрут нас, — сказала я, анализируя, как мы умрем.

— Они спят. Нам просто придется быть очень тихими.

— Да, Дженна. Вы должны действовать осторожно.

— Куинн! – завизжала Пи, поднявшись по небольшому берегу к нему. Я нахмурилась. Нас не было уже, по крайней мере, три часа, мы, не спеша, наслаждались природой. Он следил за нами все это время? Действовать осторожно? Какого черта это значит?

— Может нам стоит пересечь ручей там. Там есть мост, — подыграл Куинн, указывая на бревно.

— Оно так высоко. Что если мы упадем?

— Думаю, достаточно приключений на сегодня, Пи. Давай возвращаться. Нам нужно приготовиться к нашему вечеру, помнишь?

— Э-э?

Я посмотрела на Пи, пытаясь создать что-то экстрасенсорное между нами. Телепатический разговор, но это не сработало. Она посмотрела на меня так, будто меня собирался съесть аллигатор. Никто из нас и не подозревал, что мы обе были в опасности.

— Давай, мы должны спасти лес. Тебе нужно добавить немного цвета в свою жизнь, не так ли, Дженна? – ох, я вдруг возненавидела этого парня. И что, черт возьми, это за темный взгляд? Я не была напугана этим парнем. Ни одной секунды, но ему нужно убраться из нашей жизни.

— Думаю, я подожду здесь, — сказала я, наблюдая, как Пи взяла его за руку, чтобы перейти через опасные воды внизу.

— Хорошо, оставайся и карауль троллей, — согласилась Пи.

Я села на камень и наблюдала, как Куинн общался с Пи, как я, словно он был неотъемлемой частью ее жизни. Но он ею не был, и я не хотела, чтобы был. Конечно же Пи этого хотела. Она была без ума от этого парня не понятно по каким причинам. Если бы Куинн собрался подняться с ней на самую высокую гору, она бы любила его вечно. Пи обожала играть в воображаемое. Она полюбила эту игру с того самого дня, когда я впервые предложила поиграть, тогда, когда я вытащила ее из ее раковины.