Скифы в остоконечных шапках - С Фингарет

- Поздно, - ответил Арзак. - Они нас заметили и, если поскачем, выпустят стрелы.

- На таком расстоянии промахнуться.

- Это скифы. Наши воины бьют без промаха.

16. ДОРОГИ ПЕРЕСЕКЛИСЬ

Отряд в пятьдесят человек окружил их плотным кольцом.

- Вот те на, - процедил предводитель сквозь зубы.

Он въехал в круг и Арзак узнал Иданфирса. Даже конь под ним был тот же, серого мышиного цвета.

"Почему он здесь со своей дружиной, почему не около Савлия?" пронеслась тревожная мысль.

- Скакали за воинами, поймали детишек. Откуда - куда путь держите? спросил всадник на сером коне.

- Во всем тебе удачи, царь Иданфирс, - сказал Арзак. - Был я в городе по прозванию "Счастливая", путь держу к северу, чтобы проводить в последний шатер твоего отца, царя Савлия.

- Придется поспешить, если хочешь увидеть, как царь Савлий будет спускаться под землю. А кто эти чужеземцы и для чего они обрядились в наши одежды?

- Чужеземцы - жители Ольвии. Ксанф и Филл.

Услышав свои имена, Ксанф и Филл поклонились. Иданфирс на приветствие не ответил.

- Отец Филла много раз приезжал с товарами в наши степи, - поспешил добавить Арзак, - он привозил шелк и браслеты для твоей почтенной матери и для младших жен. Царь Савлий его жаловал. Когда Ксанф и Филл узнали, что царь Савлий отправился в последнее кочевание, в их сердцах загорелось желание проводить его до самого места, как это делают скифы, и вот они сняли свои одежды и обрядились в наши. Дозволь чужеземцам проводить твоего отца, царь Иданфирс.

- Дозволяю, - сказал Иданфирс равнодушно. Он думал о чем-то другом. И пусть поспешат. К полной луне все будет кончено.

- Нет, нет! Ты ошибся, царь Иданфирс! Сорок дней истекут через двадцать два дня, а до полной луны - всего десять.

- Персы дни отобрали. Мы уводили их к восходу, сколько могли. Теперь они на закат повернули. Того и гляди помешают спокойному кочеванию царя Савлия, если не поторопимся.

- Какие персы? Они же в Азии!

- Неужто не знаешь, что Дарий большую войну в степь привел? нетерпеливо спросил предводитель дружины Палакк. Он в толк не мог взять, для чего Иданфирс теряет время на разговоры с мальчонкой, не стоившим ломаного акинака.

- Не знаю. Траву паленую видел, думал, савроматы с соседями бьются или меланхлены.

Ксанф и Филл не понимали, о чем идет речь, и с тревогой переводили взгляд с Арзака на Иданфирса.

- Персы, война, осталось всего десять дней, - быстро сказал Арзак на языке эллинов.

- Вон оно что, - протянул Иданфирс. - Вспомнил. Я видел тебя, когда Старик приходил выпрашивать внучку. Рядом была рабыня-гречанка. Верно, она тебя научила перекидывать наши слова на греческие?

- Это так, царь Иданфирс, она научила. В тот день я думал, ты не глядишь в нашу сторону, а ты запомнил.

- Как зовут тебя? - спросил Иданфирс. Он словно не замечал, что дружина изнывает от нетерпения.

- Мое имя - Арзак.

- Сильное имя, - сказал Иданфирс. - Хорошо называться Медведем. Вот что, Медведь, внук Старика, я поручу тебе важное дело. Исполнишь - награжу золотом или в дружину возьму, когда подрастешь. Довольно ли будет?

Дружинники расхохотались, Иданфирс нахмурился, и смех затих.

- Благодарю тебя, царь Иданфирс. Только я не дружинник - кузнец. Когда стану мастером, буду ковать для твоей дружины акинаки и копья. Поручение я исполню без всяких наград. Как только царь Савлий закончит свое кочевание и уйдет в шатер Вечности...

- Война не ждет, - перебил Иданфирс. - Поручение исполнишь немедля, прямо отсюда отправишься к персам.

Арзак побледнел, и все это увидели.

- Струсил мальчонка! - сказал Палакк насмешливо.

- Никогда трусом не был! - вскричал Арзак. - Я - скиф, и если война я воин. Давай свое поручение, царь!

- Молодец! Вот это по-нашему! - закричали дружинники и снова расхохотались. Кони под ними заплясали, готовые с места пуститься вскач.

- Слушай, Арзак, внук Старика, - сказал Иданфирс спокойно и строго, как говорят с равными. - Грозный враг пришел в наши степи, и мы должны его одолеть. Дарий думает, что скифы сдаются, если уходят от боя. Чтобы его разуверить, передай ему наши подарки. Со всей земли собирали.

Иданфирс сделал знак. Дружина снова расхохоталась, и Палакк, смеясь вместе с другими, протянул Арзаку плетеную корзину, клетку и пучок связанных вместе стрел.

- Понял, Медведь, внук Старика? - спросил Иданфирс.

- Понял, царь Иданфирс. И почему дружина смеется, теперь тоже понял. Подарки передам, будь уверен.

- Персы в трех переходах. Как завидишь посты, принимайся кричать: "Дары от царя Иданфирса". Если не поймут, кричи на языке эллинов. Оттого и посылаю тебя, что в войске Дария этот язык многие понимают.

Царь Иданфирс хорошо знал, что скифы и персы говорят почти одинаково. Им не надо перекидывать слова с одного языка на другой, чтобы понять друг друга, но ему захотелось отправить послом не воина, как собирался вначале, а простого мальчонку. Пусть захлебнется злостью назвавший себя царем царей.

- Если вернешься живым, - сказал Иданфирс Арзаку, - проси любую награду. Только сестру не проси. Тут помочь ничем не могу - над волей мертвых нет моей власти.

Мышиного цвета конь рванулся вперед. Сверкнула молнией золотая пантера на круглом щите.

- Чужеземцы могут ехать за нами! Привал у второй балки! - крикнул на скаку Иданфирс, и дружина умчалась.

- Три дня туда, три дня обратно... Савлий за это время уйдет вперед... Одатис погибла, - прошептал Арзак.

Он достал из дорожной сумки пригоршню одинаковых серых камушков и один за другим стал бросать их на землю.

- Остановись! Что ты делаешь! - закричали Ксанф и Филл, словно Арзак выбрасывал что-то очень важное.

- Одатис погибла, - прошептал Арзак и распрямил ладонь с десятью оставшимися камушками.

- Говори, что случилось? Кто этот важный скиф? Почему ты швыряешься "днями"? - набросился на Арзака Филл.

- Я взялся выполнить важное поручение. Оно будет стоить мне жизни, но в степь пришла война и, значит, я теперь воин.

- Каждый эллин на твоем месте поступил бы, как ты, - произнес Ксанф торжественно.

- Ксанф прав. Он забыл лишь добавить, что каждый эллин на нашем месте возьмется доставить Одатис настой.

Сказано было Филлом, но Арзак поднял глаза на Ксанфа.

- Это правда, вы отвезете зелье?

- Конечно, Арзак, - сказал Ксанф. - Само собой разумеется.

- Арзак Ксанфу верил. Ксанф был надежным и основательным. Филл напоминал верткую золотую проволоку, идущую на браслеты и гривны. Ксанф казался железным бруском, заготовленным для акинака, Арзак снял с шеи висевший на ремешке амфориск и положил драгоценный сосуд в большие ладони Ксанфа.

Филл чуть нахмурился.

- Научи, предводитель, как нам действовать, - сказал он, разглядывая даль.

- Догоните Иданфирса с дружиной; их привал у второй балки. С ними до места доедете. Кибитку царской жены распознать легко, Гунда у всех на виду сидит - платье в блестках, на голове золотой венец. Рядом с кибиткой едет или идет высокая нестарая женщина.

От Арзака не укрылось, что при этих словах Ксанф и Филл переглянулись. Что ж, не в первый раз.

- Эту женщину вы также узнаете, - твердо сказал он. - У нее на правой щеке широкий выпуклый шрам. Что она скажет, то и делайте. Без ее слова ничего не предпринимайте.

- Скажет? Разве мы поймем?

- Поймете.

- Как зовут эту женщину?

Вопросы задавал один Ксанф. Филл молчал.

- Она сама назовет имя, если захочет. Одатис зовет ее "мата" - мама. Она ей, как мать, мне - как старшая сестра.

- Теперь последнее, предводитель, - сказал Филл. - Договоримся о месте встречи. Где будем ждать тебя?

- Через три перехода по правую руку от вас потянется Борисфен. Где бы вы не отбили Одатис, пробирайтесь к реке и спрячьтесь среди валунов. Возвращаться я буду вдоль берега. Вы увидите меня и окликните. Если пройдет десять дней и я не появлюсь, отправляйтесь в Ольвию. Одатис нельзя находиться в степи, возьмите ее с собой к Ликамбу.

- Вот и все, - промедлив, добавил Арзак. - Пусть помогут Папай и Зевс. Прощайте. Скачите вслед за дружиной. Опасности нет. Перед скифским царем степь ковром расстилается.

- До встречи, Арзак! Прощай!

Белоног поскакал на восход. Тавр и Гнедко помчались на север.

Кого-то дороги соединили, кого-то врозь развели. Пастуха, что к Дарию с овцами был отправлен, а потом чужие слова с места на место возил, дороги привели в родные неврские земли. Пол-луны он их не видел.

Когда пастух рассказал, какими словами обменялись Дарий и Иданфирс, вождь невров призвал своего первого гадателя. Без его советов юный правитель решений не принимал.

- Да пошлют тебе боги власть над всей степью, - сказал гадатель, входя в шатер и прикрывая полог. Хитрый старик хорошо знал, какие сны посещают его повелителя.

- Сто лет жизни, - прозвучал небрежный ответ.

Вождь лежал в ворохе белых пушистых шкур, подложив под голову разукрашенные татуировкой руки.