Воля. Пятая тропа - Алан Адамс

— Ну вот, и дождались. Будем действовать как планировали? — Апсат всю последнюю неделю напоминал тугую взведенную боевую пружину, готовую крушить все на своем пути.

— Это неизбежно. Силхир постоянно задирает цены, в его ущелье участились ограбления караванов. Не без его ведома. При том, что наши стекла и зеркала стоят в заморских странах баснословно дорого, мы получаем о торговли все меньше и меньше. Силхир, получает от этой торговли прибыль почти наравне с нами. Дальше, думаю, положение усугубится. Его алчность не знает меры. Дождемся группы Алана и посмотрим, как прошла его встреча с царем зеев Кемером. Сатучу говорил, что с ним можно иметь дело.

— А насколько можно верить самому Сатучу?

— Как и всем прочим делягам. После того, как мы вырвали его из лап Джута и помогли развернуться он нам конечно обязан. Но, главное от разбоя абзольцев страдает также его торговля. Да и к Джуту у него должок. А Тилчи хоть и предал его, все же брат ему. Плюс ко всему мы единственная реальная сила за его спиной. Как ни крути, он многими нитями повязан с нами и не резон ему нас предавать: больше всего от этого он сам пострадает. Только скорее бы Алан с друзьями вернулись.

— С ним мои лучшие воины. Курч и Клич. Силхир наверняка перекрыл все тропы, но у абзольцев не скоро родятся воины, способные покорить пути, по которым летают наши орлы.

Мужчины еще некоторое время разглядывали всадников, большинство которых носило оружие из Вольного. Двое вооруженных винтовками воина помогли немолодым уже мужчинам на ходу заскочить в грузовую корзину. Дальше разговор продолжился в парящей в поднебесье вагонетке. Порывы ветра почти заглушали слова и собеседникам приходилось кричать, чтобы быть услышанными.

— Думаешь Кемер со временем не последует примеру Силхира? — Апсат сомневался.

— Вряд ли, зеи морской народ, издревле живущий торговлей. Кемер быстро поймет свою выгоду от владения дорогой к нам. Деньги это не только пошлина с купцов. Это еще постоялые дворы вдоль пути. Это продукты, корма для вьючных животных, охрана караванов, налоги. Добавь к этому прекращение набегов диких горцев, веками безнаказанно разоряющих зейские селения.

— После разгрома Силхира Кемер продаст в рабство оставшихся без защиты абзольцев.

— Кемер никогда не упустит своей выгоды.

— Тебед, раньше ты никогда так спокойно не говорил о несправедливости. А теперь мы обрекаем на рабство целый народ, а ты хладнокровно подсчитываешь выгоду Кемера.

— Ты прав. Иногда я чувствую: что во мне умерло нечто важное. Холодный разум говорит, что я прав, но сердце подсказывает обратное. Но я всегда беру себя в руки. Иначе нас раздавят.

— Но разве можно на несправедливости построить счастье? Можно ли, загоняя других в рабство стать свободными?

— Не знаю Апсат, не знаю. Как то задал я подобный вопрос Адаму, так знаешь что он ответил?

— Что же?

— Он спросил: «Человек рождается в крови и муках, разве это справедливо?»

Пассажиры некоторое время ехали молча, с высоты птичьего полета разглядывая Вольный.

Внезапно отдельно стоящую мастерскую, в которой получали порох, заволокло черным облаком, корзина заметно дернулась, а через несколько секунд до попутчиков донесся оглушительный грохот. Оставшийся путь они проделали сжигаемые дурными предчувствиями. Корзина, и так двигающаяся крайне медленно, теперь казалось застыла над пропастью. Когда минут через двадцать, показавшихся вечностью, они все же оказались у мастерской, их встречало почти все население Вольного. Прибывшие ранее поселенцы уже восстановили картину произошедшего.

Воспользовавшись отсутствием трех работавших мастеров, тот самый золотарь, много лет назад допрошенный самим Джутом, поджег здание. Неизвестно как ему удалось подпалить саманное здание с окнами, закрытыми железными ставнями. Тем не менее он сделал это и даже успел убежать на порядочное расстояние, когда удача отвернулась от него. Несчастный лежал метрах в пятидесяти от места взрыва, размазанный по скалистой земле настигнувшей его балкой.

— А вот и первый привет от Джута! — довольно весело сообщил подошедшим Кемур. — Никто из наших не пострадал, все на обеде были. А этот… Что с его семьей будем делать?

— Их выгонять нельзя — слишком многое знают, а другое…

— Никто из наших на такое не пойдет. Да и работенка у них такая, что никого за все богатства мира не заманишь. А эти инородцы руку набили, дело знают. Может оставить да приглядывать покрепче? — встрял в разговор старших Улак, несмотря на прежнюю нелюбовь к химии теперь одержимый всем, что имело свойство взрываться. — Эта семья уже почти десять лет добывает селитру. Когда еще других научим…

— А если опять взорвут, только на этот раз с людьми? — пробурчал Кемур, разглядывающий осколок стеклянной бутыли.

— Расслабились мы, десять лет спокойной жизни даром не проходят. Пора охранять не только внешние подступы к ущелью, но и сам поселок. После снятия блокады сюда наведываются многие с Таузера. Было бы странно, если бы Джут не воспользовался такой возможностью. Только причем здесь золотарь? Он тут годами безвылазно сидит, особенно после того как его сын пропал. — воспользовался моментом Апсат, давно требующий людей на усиление охраны.

— Каков ущерб? — повернулся Тебед к Улаку.

— Не особо велик. Если будет помещение, недели за две восстановим все оборудование, а запасы веществ мы храним в разных местах, они полностью сохранились.

— Ладно, иди к товарищам, они уже начали завалы разбирать, — Апсат повернулся к собеседникам, — Джут с Силхиром как сговорились.

— Может быть и сговорились. Перевалы в ущелье Трикулана летом можно преодолеть. Важно то, что драка начинается. Джут скорее всего не ввяжется в нее сразу, а выждет и посмотрит, чем закончится наша заварушка с абзольцами. И чем скорее мы очистим Абзольское ущелье, тем меньше у него будет желание светиться самому..

— Хвала небесам, что нам не пришлось первыми начинать первыми эту свару.

— Мы защищаем свои семьи. Правда за нами, поэтому мы сильнее, — Каиш как всегда был немногословен.

— Да уж, силы нам понадобятся. А эта первая ласточка, — Тебед кивнул на место взрыва, которое уже начали покидать жители, удовлетворившие свое любопытство, — обошлась нам очень дешево. Более того, произошедшее послужило нам хорошим уроком. Эй, малыш, подойди сюда! Сбегай к инородцам, пусть заберут своего отца. Им уже сказали? Тогда беги по своим делам.

— А вот и наши орлы едут — Апсат указал на нестерпимо медленно ползущую вниз корзину. Долгожданные посланцы, попеременно пользуясь подзорной трубой разглядывали развалины мастерской.