Дроны над Курской дугой - Алексей Андров

генерал и вновь повернулся к Роту. — Полковник, вы должны обеспечить РЭБ на высшем уровне. Никаких сбоев.

Рот выдержал прямой взгляд:

— Сделаю всё возможное, господин генерал.

— Этого недостаточно, — сухо произнёс Модель. — Делайте невозможное.

В тылу фронта, на мобильных площадках, разворачивались срочные работы. Танкисты наблюдали за инженерами, которые натягивали металлические сетки на башни и моторные отсеки бронетехники. Возле нескольких самоходок стояли отряды солдат с дробовиками и крупнокалиберными пулемётами.

— Что это за новая мода? — спросил молодой лейтенант из дивизии СС «Лейбштандарт» у своего товарища.

— «Охотники за дронами», — ответил тот с мрачной усмешкой. — Теперь мы должны воевать не только с русскими солдатами и танками, но и с их летающими железками.

— И это должно нас спасти? — недоверчиво произнёс лейтенант.

— Может, и нет, — отозвался его собеседник, проверяя заряд дробовика, — но, по крайней мере, один из трех беспилотников уже не долетит.

Вокруг нарастал шум и лязг металла. Ближайшие часы и дни должны были показать, насколько эффективными окажутся эти экстренные меры защиты. В штабных палатках и командных пунктах чувствовалась скрытая напряжённость — наступление должно было продолжаться, несмотря на новые угрозы с неба.

* * *

Солнце медленно садилось за горизонт, бросая длинные тени на опалённую войной землю Курской дуги. В командном пункте Громова царило напряжение. Операторы дронов внимательно следили за экранами радиолокационных установок, но на лицах их уже читалась тревога.

— Потеряна связь с третьим и шестым аппаратами, — докладывал оператор, молодой сержант с бледным от усталости лицом.

— Как именно потеряна? — Громов встал и подошёл к рабочему месту оператора, всматриваясь в экран.

— Резко. Сначала сигнал шёл стабильно, затем просто оборвался.

Громов задумчиво потёр подбородок. Что-то пошло не так. Немцы явно нашли способ борьбы с его дронами.

Тем временем на немецких позициях «охотники за дронами» развернули свою деятельность во всю силу. Сержант СС Ганс Келер, высокий, широкоплечий, с резкими чертами лица, командовал небольшим отрядом, вооружённым дробовиками и крупнокалиберными пулемётами. Его глаза были холодны и беспощадны.

— Внимание! Объект справа! — вдруг крикнул молодой солдат, вскидывая дробовик. Маленькая металлическая тень стремительно приближалась, но выстрел прогремел раньше, чем аппарат успел отвернуть.

Грохот дроби, и беспилотник упал в нескольких десятках метров, оставив за собой чёрный дымящийся след.

— Молодец, Шульц! — крикнул Келер. — Но это ещё не всё. Давайте сюда инженеров.

Через несколько минут к обломкам дрона подъехала техническая группа. Военный инженер осторожно поднял корпус разбитого аппарата, внимательно осмотрел камеру и моторы.

— Они стали крепче и маневреннее, — пробормотал он. — Надо доставить в штаб. Возможно, сможем понять, как они избегают наших радаров.

На другом участке фронта танкисты дивизии «Рейх» уже убедились в эффективности сеток, установленных на броне. Один из танков «Тигр», над которым недавно глухо раздался взрыв, продолжал медленно двигаться вперёд, слегка повредив верхнюю часть защитной сетки.

Командир танка, унтерштурмфюрер СС Густав Вольф, выглянул из башни и удовлетворённо кивнул:

— Работает! Сообщите в штаб: сетки эффективны против русских аппаратов!

Тем временем Громов в советском штабе уже обсуждал сложившуюся ситуацию с Василевским и Устиновым. Лица генералов были серьёзны и мрачны.

— Немцы адаптировались быстрее, чем мы ожидали, — тихо сказал Василевский. — Что предпримем?

— Нужно поменять тактику, — решительно ответил Громов. — Наши дроны уже не могут так свободно работать на малых высотах. Немцы научились ставить ловушки и активно применяют специальные отряды.

— Ваши предложения? — спросил Устинов, глядя прямо в глаза Громову.

— Перейдём на более высокие эшелоны и используем комбинацию групповых атак. Один дрон атакует и пробивает защитную сетку, второй и третий аппараты сработают на добивание.

— Сколько нужно времени на перестройку? — резко спросил Василевский.

— Два-три дня, товарищ генерал, — ответил Громов. — Мы также можем усилить радиоэлектронную защиту наших аппаратов.

Василевский коротко кивнул:

— Сделайте это. Нам нельзя дать немцам почувствовать, что они взяли верх. Иначе они попытаются прорвать оборону и развить успех.

Громов вышел из командного пункта, глядя на тёмное, затянутое дымом небо. Впервые он почувствовал, как зыбко равновесие в этой войне, где каждое техническое новшество может решать исход целых сражений.

«Теперь игра станет ещё сложнее», — подумал он, поправляя фуражку и направляясь к своим операторам, готовым к новым инструкциям.

* * *

Фронтовой командный пункт располагался в глубоком блиндаже под неприметным холмом, укреплённом брёвнами и мешками с песком. В тесном помещении, освещённом тусклыми лампами, стоял запах пороха, сырой земли и фронтовой усталости. Алексей Громов вошёл в блиндаж, слегка пригнувшись, и сразу же направился к столу, у которого стояли генералы Василевский и Рокоссовский.

— Товарищи генералы, — чётко произнёс Громов, — вынужден доложить, ситуация осложнилась. Немцы находят новые способы бороться с нашими беспилотниками.

— Какие у них средства противодействия? — немедленно спросил Василевский, нахмурившись и внимательно изучая карты на столе.

Громов вздохнул и быстро развернул схемы на столе:

— Немцы активно используют специальные мобильные отряды с крупнокалиберными пулемётами и дробовиками. Кроме того, их танки и бронетехника оборудованы металлическими сетками, которые частично гасят эффект наших зарядов и ловят дроны на низких высотах.

Рокоссовский, не отрывая взгляда от карт, спокойно уточнил:

— Алексей Андреевич, насколько сильно это влияет на боевые действия? Мы ведь смогли приостановить их наступление.

— Да, товарищ генерал, — подтвердил Громов, — но наши потери аппаратов уже превысили допустимые пределы. Если мы не изменим тактику и конструкцию беспилотников, то через неделю-другую можем вообще лишиться этого преимущества.

Василевский мрачно кивнул:

— Что вы предлагаете конкретно?

Громов показал новые чертежи:

— Нужно увеличить рабочую высоту полётов, чтобы снизить риск поражения с земли. Также необходимо срочно усилить мощность зарядов, которые смогут пробивать эти защитные сетки. Мы уже провели предварительные испытания, и это технически возможно.

Василевский внимательно изучил чертежи:

— Сколько вам потребуется времени на модернизацию?

— Если будем работать круглосуточно и задействуем дополнительные мощности, то два-три дня, — уверенно ответил Громов.

— У нас есть такие возможности? — уточнил Рокоссовский.

— Мы уже начали перебрасывать дополнительные силы инженеров и техники, — кивнул Громов. — Вопрос только в поддержке Ставки по материалам и оборудованию.

Василевский поднял телефонную трубку и сказал связисту:

— Срочно соедините меня со Ставкой.

Пока шло соединение, Громов негромко добавил:

— Ещё один важный момент, товарищи генералы. Если мы хотим закрепить успех, нужно существенно увеличить выпуск дронов. Сейчас их количество явно недостаточно, немцы это уже поняли и усилили противодействие.

Рокоссовский бросил взгляд на Василевского:

— Нужно добиваться максимально возможных производственных темпов. Это оружие уже доказало свою эффективность. Нельзя упускать момент.

— Я вас поддерживаю, товарищ генерал, — согласился Василевский, — и уверен, что Ставка пойдёт нам навстречу. Но вы, Алексей Андреевич, должны быть готовы представить подробный план и список всех необходимых ресурсов.

— Он уже готов,