Режим М. Саакашвили: что это было - Максим Григорьев

«Таких зондербригад было достаточно много. В них входили в основном ребята крепкого телосложения, выбранные из необеспеченных семей или имевшие родственников в тюрьме, — таких людей легче всего запугать и заставить делать все что угодно. «Зондеры» особенно активизировались в предвыборный период, а также во время какого-либо политического кризиса. По моим сведениям, такие формирования использовались 26 мая 2011 года, когда около здания парламента на проспекте Руставели в Тбилиси был разогнан митинг сторонников Нино Бурджанадзе. Тогда погибло несколько человек, но точное число погибших и пострадавших скрывается до сих пор»[83].

«Сталинские процессы» режима Саакашвили

Политические процессы середины 30-х годов XX века в СССР стали для Саакашвили примером для подражания, и методы прошлых лет он активно использовал в целях устранения противников и создания атмосферы страха в обществе. Напомним, в 1936 году прошел процесс «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра». Основные обвиняемые — Григорий Зиновьев и Лев Каменев. В 1937 году прошли Второй и Третий московские процессы.

Еще до поражения Михаила Саакашвили на выборах, экс-премьер Грузии Зураб Ногаидели заявил: «Грузинская власть сегодня держится не на уважении, а на страхе… Люди боятся арестов, репрессий, боятся того, что их лишат бизнеса, и всего, чего люди обычно боятся. Это совершенно реальные вещи»[84].

Дело Ираклия Окруашвили

Ираклий Окруашвили был одним из самых давних и близких политических соратников Михаила Саакашвили. Он стал его заместителем еще в декабре 2000 года, когда будущий президент Грузии был министром юстиции. Затем он активно участвовал в «Революции роз». Впоследствии занимал целый ряд важнейших государственных постов в Грузии: генеральный прокурор, министр внутренних дел, министр обороны, министр экономического развития. По мнению грузинских экспертов, после разрыва Саакашвили относился к нему аналогично тому, как Иосиф Сталин относился ко Льву Троцкому, то есть видел в нем основного политического конкурента. Особенно опасным для Михаила Саакашвили было то, что Окруашвили прямо обвинял его в убийстве Зураба Жвании.

В 2007 году газета «Коммерсант» писала:

«Слухи о том, что экс-министр обороны Ираклий Окруашвили намерен триумфально вернуться в политику, появились еще в начале лета — тогда говорили, что опальный политик готовится к предвыборной кампании 2008 года. «В последнее время Окруашвили находился в Киеве, но ведущие грузинские газеты писали, что там он готовится к новому политическому сезону, — рассказывает грузинский военный эксперт Коба Ликликадзе. — В Грузии проводились социологические опросы, которые показывали, что популярность этого человека выросла после его увольнения — часть грузинского общества, которая ностальгирует по сильной власти, считает Окруашвили сильным политиком и уверена, что Саакашвили просто испугался роста популярности Окруашвили и не дал ему реализовать план по возвращению Южной Осетии»[85].

Не случайно в Тбилиси настойчиво говорили, что президент Саакашвили считает экс-министра обороны своим главным политическим конкурентом.

Тот факт, что грузинский президент рассматривал господина Окруашвили как серьезного противника, косвенно подтверждают и изменения, внесенные в конституцию Грузии под давлением Саакашвили. Эти поправки предусматривали проведение президентских выборов не в январе 2009-го, как полагалось по конституции, а одновременно с парламентскими — в марте 2008 года. Официально власти объяснили совмещение выборов желанием сэкономить госсредства, однако в кулуарах говорили о том, что выборы президента сдвинуты на несколько месяцев, только чтобы не допустить к ним Ираклия Окруашвили — ему исполнится 35 лет лишь к началу 2009 года, и только тогда по грузинской конституции он сможет баллотироваться в президенты.

Через месяц после внесения этих поправок в грузинскую конституцию господин Окруашвили лишился поста министра обороны. Тем не менее власти продолжали пристальное наблюдение за опальным политиком и за несколько недель до возвращения господина Окруашвили из Киева в Тбилиси провели аресты и увольнения ряда чиновников, считавшихся людьми Окруашвили. Так, в июле в отставку были отправлены два замминистра обороны — Александр Сухиташвили и Леван Николеишвили, причем последний написал рапорт после беседы с президентом Саакашвили в госканцелярии. Еще один соратник господина Окруашвили бывший мэр Поти Давид Кантария был арестован несколько дней спустя по обвинению в коррупции. Говорят, что в последнее время между господами Окруашвили и Кантария, которого называли одним из лидеров будущей оппозиционной партии Окруашвили, шел активный телефонный диалог. Заинтересовались правоохранительные органы и еще одним близким к экс-министру чиновником — авторитетным губернатором региона Шида-Картли Михаилом Карели.

25 сентября 2007 года Ираклий Окруашвили выступил с обвинениями в адрес Михаила Саакашвили. Он заявил, что «ежедневные репрессии и убийства превратились в обычные правила властей», что Саакашвили вел с ним разговоры о желательности физического устранения Бадри Патаркацишвили. Кроме того, он сообщил: «40 % дочерней компании «Билайн» «Мобител» принадлежит Саакашвили. Телекомпания «Рустави-2» тоже принадлежит Саакашвили. Главным поставщиком оружия в Грузию является племянник президента Ника Аласания. Три года назад, когда я стал министром внутренних дел, на факте вымогательства и получения взятки в 200 тыс. долларов был задержан дядя президента Тимур Аласания, но по настоятельной просьбе президента я отпустил его…»[86]

Сразу после этого Ираклий Окруашвили был арестован. Через несколько дней он неожиданно отказался от своих заявлений:

«На специально созванном брифинге заместитель генерального прокурора Грузии Ника Гварамия объявил, что бывший министр обороны Ираклий Окруашвили признал себя виновным в вымогательстве и служебной халатности и заявил в присутствии адвоката, что выдвинутые им ранее обвинения в адрес президента Михаила Саакашвили были сделаны лишь для привлечения внимания прессы. Генеральная прокуратура продемонстрировала кадры допроса Окруашвили. Некогда грозный силовик выглядел на них жалко и испуганно. «Все мои обвинения… были ложью с целью получения политических дивидендов. Я не подтверждаю, что президент Саакашвили заказал мне убийство бизнесмена [Бадри] Патаркацишвили, а также по обстоятельствам смерти Зураба Жвания. Мне ничего не известно о коррумпированности его дяди и о коррупционных сделках», — едва слышно шептал Окруашвили.

Сразу после этих показаний суд постановил, что бывший министр обороны, изъявивший готовность сотрудничать со следствием, может быть освобожден под залог в размере 10 млн лари. Это составляет примерно 6 млн долларов и является для Грузии беспрецедентно большой суммой сумма залога»[87].

Тогда сторонники Окруашвили таким образом прокомментировали эту ситуацию: «Вчера находившегося под нечеловеческим, тяжелейшим давлением Ираклия Окруашвили в подвале Ахалаиа, где уже который год пытают узников, готовые на все власти вынудили дать показания, которые сами же ему написали. На протяжении последних дней Ираклий Окруашвили был очень энергичен, в боевом настроении, и вдруг он резко отказался от своего адвоката и согласился с версией, которую предлагают обществу власти на контролируемых ими телеканалах», — заявил на пресс-конференции Константин Гунцадзе.

«Наша борьба за нашу свободу продолжается, и никакие репрессии, никакие безрассудные действия находящихся в агонии властей не остановят протест народа, и мы с удесятеренной мощью, зарядом протеста идем к 2 ноября», — отметил он[88].

Адвокат и сторонница Ираклия Окруашвили Эка Беселия выразила недоумение, что ее не вызвали на допрос Окруашвили, в ходе которого он отказался от своих обвинений в адрес властей, и заявила, что будет представлять интересы экс-министра обороны до тех пор, пока он сам не скажет ей лично о том, что отказывается от ее услуг.

«У меня на руках есть два письменных заявления Окруашвили, в которых он подчеркивает, что будет участвовать в любого типа следственных мероприятиях только в моем присутствии и присутствии двух моих коллег — Гелашвили и Чочишвили и что никакому другому адвокату он доверия не объявит. После получения этих заявлений в последний раз мы видели его в пятницу, в конце дня — он был очень бодр, в боевом настроении и не признавал никаких обвинений в свой адрес. То, что произошло в воскресенье, когда прокуратура ввела к нему приглашенного адвоката и получила от него те показания, которые сегодня были распространены через СМИ, свидетельствует о том, что эти показания были получены в результате давления. Тот же факт, что, несмотря на неоднократные попытки, я не смогла сегодня попасть к нему в тюрьму и администрация тюрьмы № 7 отказывается меня пропустить из-за того, что получила такое указание от прокуратуры, только подтверждает то, что господин Окруашвили находится под давлением», — заявила Эка Беселия.