Развод. Цена моего прощения - Чарли Ви

— Тебе.

Даже Жанна охает от восторга. Кир надевает колье мне на шею, а серьги надеваю я сама.

— Вот за что я тебя уважаю Кирилл, так за то, что ты не жмот! — хвалит его Жанна. Вижу, как он сдерживает улыбку, но всё равно видно, что ему приятно. Мне хочется его обнять, но не думаю, что сейчас самое лучшее время для этого.

— Спасибо! — благодарю его, он кивает, принимая мои слова.

Сверху на платье я накидываю меховую накидку. Она приятно ласкает мою кожу и мне, наконец, становится уютно.

Идём к машине, за рулём водитель, а мы садимся на заднее сидение. У меня колотится сердце от волнения. Всё-таки не каждый день я посещаю приёмы и банкеты. Чувствую себя золушкой, которая едет на бал. Лишь бы в двенадцать часов платье не превратилось в тыкву.

Машина трогается.

Рука Кира ложится на моё колено, я смотрю на него и встречаюсь с ним взглядом.

— Ты очень красивая, — говорит едва слышно, что, кажется, мне померещилось. Он точно что-то сказал?

Рука скользит выше по ноге, останавливается на бедре на секунду и поднимается выше к груди. Отводит в сторону накидку. От его взгляда и прикосновений я снова напряжена. А соски вот-вот проткнут тонкую ткань платья. Его рука ныряет под вырез и зажимает торчащий сосок между указательным и средним пальцем. Это мучительно сладко. Я замираю. Задыхаюсь. Меня бросает в жар. А он лишь слегка крутит его и продолжает пристально смотреть мне в глаза.

— Кир…

— Что?

— Если ты не перестанешь, я боюсь не смогу выйти из машины, — шепчу как можно тише, чтобы не услышал водитель.

— Мы вообще можем не ехать никуда, если захочешь.

— Зачем мы тогда собирались?

— Просто.

Он убирает руку и отворачивается к окну.

Да что такое? У меня всё тело дрожит, а он как будто железный и бесчувственный. Куда исчез мой больной Кирилл, с которым я спала сегодня ночью. Он играет со мной? Нравится наблюдать, как я возбуждаюсь? А сам? Неужели не возбудился?

Накопленная страсть оборачивается злостью на него. Меня бесит, что он играет со мной, как с собачкой. Захотел, потискал, захотел, отпустил.

Пододвигаюсь к нему и кладу руку на ширинку. Мне тоже хочется понять, как быстро он встанет. Но ждать и не надо, под плотной тканью брюк я чувствую твёрдую степень его желания. Поглаживаю пальцами, не думала, что мне понравится трогать его.

— Лена, — судорожно выдыхает. — Лучше не надо.

— Тебе же можно меня трогать, я тоже хочу.

Придвигаюсь ещё ближе.

— Лена, нет, — стискивает мою руку и отрывает от себя. — Не сейчас.

— Почему?

Я совершенно его не понимаю.

— Потому.

Оставшийся путь едем в молчании. Каждый смотрит в своё окно. Как только приезжаем к ресторану, в котором проходит банкет, Кир берёт меня за руку и ведёт за собой. Его рука придаёт мне уверенности. Двери распахиваются перед нами, пропуская внутрь. Множество светильников, огромные люстры свисают с потолка и ослепляют своим светом. А следующее, что я вижу — это множество глаз устремлённые на нас.

Глава 24

Кир держит меня за руку, а мне хочется спрятаться за его спиной. Но вспоминаю слова Жанны. Поднимаю подбородок, расправляю плечи. Сначала к нам подходит одна пара. Кир представляет нас, я киваю, они здороваются за руки. Затем подходит другая пара. Каждый норовит сделать мне комплимент.

— Что за прекрасная спутница с тобой? — интересует дама пятидесяти лет. Кажется, она представилась, что её зовут Марианна, фамилию я уже не помню.

— Это моя жена, — отвечает Кир, не думала, что мне будет так приятно слышать от него эти слова. В груди растекается тепло.

— Как жена? Неужели ты женат? — Удивляется дама.

— Женат. Уже шесть лет. И даже сын есть.

— Бог ты мой! Кирилл! Как ты мог скрывать так долго свою изумительную прекрасную жену.

— Она маленькая, это не сложно, — шутит Кирилл. А дама смеётся так, будто ей анекдот рассказали. Чувствуется фальшь и мне неприятно.

— Дорогая, вы обязательно должны побывать у меня в салоне. У вас такая интересная внешность. Теперь я хочу вас запечатлеть.

Мы благодарим её и отходим в сторону. Навстречу уже идёт другая пара, желающая поприветствовать чету Демидовых.

После вереницы сменяющихся лиц, я уже не помню никого. Все имена смешиваются так же, как и лица. Мужчины делают мне комплименты, женщины мило улыбаются, но я чувствую их взгляды, которые прожигают мне спину.

— Кого я вижу, — сначала слышу знакомый голос, а потом только вижу Игоря Черномазова.

Слава богу, хоть одно знакомое лицо.

— Да никак это чета Демидовых.

Кирилл улыбается и здоровается с Игорем.

— Лена, ты красотка. Кто бы мог подумать, — хвалит Игорь меня и бегло осматривает.

Чувствую, как Кир напрягся.

— Даже не знаю, как воспринимать твои слова, как комплимент или оскорбление, — я смеюсь, когда вижу удивлённый взгляд Игоря и спешу объяснить. — Не ужели ты платье и украшение так меняют человека. Я всё та же Лена. Красивее не стала.

— Не та же. Что-то в тебе изменилось, — серьёзно замечает Игорь.

Мимо проходит официант с бокалами шампанского. Кирилл берёт два бокала и один протягивает мне.

— Я не пью, — отказываюсь я.

— От одного бокала с тобой ничего не случится.

Не хочу с ним спорить, поэтому беру бокал. Кирилл и Игорь о чём-то переговариваются, а я осматриваюсь ещё раз. Сейчас, когда волна знакомств спала, я могу спокойно всех рассмотреть. Делаю глоток, пузырьки щекочут нос. А не так всё и страшно. И люди вроде адекватные и никто не показывает на меня пальцем. Хотя, наверно, это всё благодаря Кириллу.

Делаю ещё глоток. Поворачиваю голову и вижу, как к нам идёт Наташа, помощница Кира. Её здесь ещё не хватало. Что она здесь делает? Так и хочется спросить Кира, но я молчу и наблюдаю, как она грациозно подплывает к моему мужу.

— Приветствую. Игорь, Кирилл, — она тянется к Кириллу, видимо, желая обнять и поцеловать в щеку. Но он держит её на расстоянии и не даёт к себе приблизиться больше, чем на полметра.

По лицу Наташи проскальзывает недовольствие, но тут она берёт себя в руки и натягивает улыбку.

— Елена Александровна, выглядите превосходно, — Наташа делает мне комплимент и отходит в сторону. На ней длинное чёрное платье, которое обтягивает её стройное тело, как вторая кожа. Она напоминает мне гадюку. Даже движения у неё такие же плавные. Рядом с ней я чувствую себя первоклашкой, до такой выдержки и умения себя подать, мне ещё учиться и