Великий Дагестан. История, культура и традиции народов республики - Наталья Ивановна Якубова

одной стене печка маленькая вровень с полом. Пол земляной, чистый, как ток, и весь передний угол устлан войлоками; на войлоках ковры, а на коврах пуховые подушки». Он восхищался грацией и умением горянок носить кувшины, полные воды, и подробно описал в «Кавказском пленнике» увиденный им обряд похорон.

Толстой и сам чуть не попал в плен к горцам вместе со своим другом и кунаком чеченцем Садо Мисербиевым. Летом 1853 года он вместе с другими офицерами и Садо ехал из укрепления Воздвиженского в крепость Грозную. Где-то посередине пути из предосторожности группа разделилась. Толстой с Садо поехали верхней дорогой, остальные – нижней. Под Толстым был прекрасный скакун кабардинской породы, хорошо ходивший рысью, но плохо годный для быстрой езды, а под Садо – неуклюжая, но очень быстрая ногайская лошадь. В какой-то момент иноходец Толстого стал отставать, и они поменялись лошадьми. В Ханкальском ущелье друзья заметили отряд из 30 чеченцев и, пришпорив коней, помчались в Грозную. С трудом им удалось уйти от преследования. В крепости заметили погоню и выслали на подмогу кавалерийский отряд. Чеченцам пришлось отступить. Из офицеров, ехавших нижней дорогой, спасся только один. И как знать, не поменяйся друзья лошадьми, мы бы не читали сейчас «Войну и мир» и «Воскресение».

В феврале 1852 года Толстой участвовал в штурме позиций Шамиля на реке Мичик, командуя артиллерийским взводом. За это он был представлен к Георгиевскому кресту. Но награду так и не получил. Накануне он настолько увлекся шахматной партией, что опоздал на развод караула и был посажен под арест. В следующий раз Толстой сам отказался от положенной ему награды в пользу старого солдата, которому Георгиевский крест давал право на пожизненную пенсию в размере жалованья.

Живя на Кавказе, Толстой написал несколько рассказов и повесть «Детство», ставшую его первым печатным произведением. Он называл кавказский период одновременно «мучительным и хорошим временем». Уехав к другому месту службы, писал: «Я начинаю любить Кавказ, хотя посмертной, но сильной любовью. Действительно, хорош этот край дикий, в котором так странно и поэтично соединяются две самые противоположные вещи – война и свобода».

Уже в весьма преклонном возрасте, став маститым автором, Толстой вспомнил свою кавказскую юность, написав повесть «Хаджи-Мурат» о знаменитом наибе Шамиля и о тяжелой правде Кавказской войны, которую видел собственными глазами. Зажатый силой обстоятельств между двумя враждебными мирами – русскими и Шамилем, Хаджи-Мурат мучительно делает выбор между ними и погибает. Когда переведенную на аварский язык повесть читали горцы, помнящие войну, они не могли поверить, что ее автор граф и русский офицер.

Толстой сравнил Хаджи-Мурата с татарником, который увидел на краю поля, когда гостил у брата Сергея в имении Пирогово. «Я возвращался домой полями. Была самая середина лета. Луга убрали и только что собирались косить рожь… Я набрал большой букет разных цветов и шел домой, когда заметил в канаве чудесный малиновый репей того сорта, который у нас называется татарником… Мне вздумалось сорвать этот репей… но он был так страшно крепок, что я бился с ним минут пять… Какая, однако, энергия и сила жизни, – подумал я, вспоминая те усилия, с которыми я отрывал цветок. – Как он усиленно защищал и дорого продал свою жизнь.

В 2010 году недалеко от Пироговского поля, где гулял Толстой, установили огромный памятный камень Хаджи-Мурату с надписью, обрамленной венком из татарника: «Да примирит и упокоит Всевышний души всех погибших в кавказских войнах». Этот камень-гигант весом 30 тонн был привезен из дагестанского аула Хунзах на плато Матлас – родины Хаджи-Мурата. Он лежал на краю дороги, по которой наверняка не раз проезжали Хаджи-Мурат, Шамиль и сам Лев Толстой.

Расул Гамзатов – дагестанское все

Старинное аварское селение Цада – сотня небольших домиков на фоне высоких суровых скал. Здесь 8 сентября 1923 года в сакле на краю аула в семье горского поэта Гамзата Цадасы родился мальчик, которого назвали Расул. Такое событие, как рождение сына, традиционно отметили выстрелами в потолок. «Орлы в горах должны узнать, что одним орленком стало больше», – так говорят горцы.

Сегодня в этой сакле – Литературно-мемориальный музей Гамзата Цадасы, первого народного поэта Дагестана. Сын крестьянина, он писал басни, стихи, сказки для детей, переводил на аварский язык Пушкина. Расул знал наизусть стихи своего отца, а свое первое стихотворение написал в 9 лет, увидев самолет, приземлившийся недалеко от аула. Стихи он писал на аварском, но с детства любил русскую литературу. Еще школьником читал односельчанам по-русски «Хаджи-Мурата» Льва Толстого и тут же переводил его на аварский.

Окончив педагогическое училище, Расул работал учителем в родном ауле, потом поступил суфлером в Аварский театр, иногда выступал на его сцене, играя небольшие роли. Свои первые стихи, которые Расул публиковал в районных газетах, он подписывал фамилией Цадаса, но потом взял псевдоним Гамзатов – по имени своего отца.

Первый сборник стихов Расула Гамзатова «Горячая любовь и жгучая ненависть» вышел на аварском в 1943 году. С ним под мышкой он и отправился в 1945 году в Москву поступать в Литературный институт. И хотя его вступительный диктант по русскому языку был откровенно провальным, Расул все же нашел свою фамилию среди зачисленных абитуриентов.

Москва и Литературный институт открыли для молодого аварского поэта совсем другой мир. Позже он писал: «Если к прекрасной аварской поэзии я прибавил хотя три камешка, если в моих стихах есть столько огня, что его хватит для того, чтобы прикурить хотя бы три папиросы, то всем этим я обязан Москве, русской литературе, моим друзьям и учителям».

В 1948 году вышла первая книга стихов Гамзатова «Земля моя» на русском языке, а еще через год – сборник под названием «Песни гор». Тем не менее долгое время для дагестанцев Расул Гамзатов был сыном Гамзата Цадаса. Когда в 1951 году Сталин решал, кому из них – отцу или сыну – вручать премию, его выбор пал на отца. Но через год Сталинскую премию получил и сын. Это уже потом были другие премии, ордена, миллионные тиражи, всеобщее признание и мировая слава.

Расул Гамзатов много писал на аварском. «Если завтра мой язык исчезнет, я готов умереть сегодня», – говорил он. В 1965 году, вернувшись из Японии, поэт написал на аварском языке свое знаменитое стихотворение «Журавли», которое перевел на русский Наум Гребнев и положил на музыку Ян Френкель.

Тема журавлей родилась у Гамзатова в