Халтура - Джим Батчер

— Э-э-э… В дальнем от нас конце «молла».

— Легко найти?

— Нет, — покачала она головой. — Нужно пройти через административный зал и…

Я прервал ее:

— Ты мне покажешь. Пойдем. — Я выбрался из кухоньки. — Томас? Какие новости?

Ролевики сбились в кучу, повинуясь стадному инстинкту в момент опасности. Томас подошел ко мне поближе, чтобы иметь возможность говорить тихо.

— Пока никаких. Но я видел движение.

Я скрипнул зубами:

— Вот план. Мы с Молли и Сарой отправляемся в комнату охраны и пытаемся с кем-нибудь связаться.

— Плохая идея, — сказал Томас. — Надо выбираться отсюда.

— Мы слишком уязвимы. Они между нами и машинами, — возразил я. — Кто бы это ни был. Нам не преодолеть парковку. Нас поймают.

— Ладно, — согласился Томас. — Тогда вы забаррикадируйтесь здесь, а я пойду.

— Нет. После нашего ухода попробуй дозвониться до копов по мобильному. Когда мы с Молли поблизости, да еще и на взводе, мобильники не работают.

Ему это не понравилось, но крыть было нечем.

— Хорошо, — сказал он поморщившись. — Будь аккуратен.

Кивнув, я повысил голос:

— Эй, народ! Я точно не знаю, что здесь творится, но собираюсь найти охрану. Я хочу, чтобы вы не разбредались, пока я не вернусь и не скажу, что это безопасно.

Раздались вялые протесты, но одного взгляда Томаса хватило, чтобы их угомонить. В этом взгляде не было злобы или угрозы. Просто Томас умел смотреть.

Все замолчали.

Когда мы — я впереди, Молли и Сара за мной — вышли из бистро, раздался оглушительный удар, и машина боком пробила стеклянную стену «молла» на высоте около восьми футов от земли. Ударилась об пол, разбрызгивая обломки стекла и металла, с громким скрежетом подскочила и неуклюже понеслась к нам, сопровождаемая порывом ледяного воздуха.

Молли не растерялась, а вот Сара застыла на месте, уставившись на приближающуюся машину. Я схватил девушку за талию и, чуть не оторвав от земли, потащил. Мы бежали по прямой — возможно, не самый умный поступок, — однако небольшой парфюмерный киоск перекрывал все остальные пути к отступлению.

Я двигался быстро, и нам повезло. Не успели мы с Сарой миновать киоск, как машина врезалась в него. К тому моменту ее импульс практически сошел на нет, и она остановилась, окатив наши туфли волной искусственного стекла. Сара покачнулась и чуть не упала. Я поймал ее и побежал дальше. Она начала кричать, или визжать, или попыталась задать вопрос, но я зажал ей рот рукой и прошипел:

— Тихо!

Я мчался, пока мы не свернули за угол, а машина не перестала подрагивать. Только тогда я остановился, прижавшись спиной к стене, и привлек внимание Сары.

Я не говорил, а как можно выразительнее приложил палец к губам. Отчаянно дрожавшая Сара кивнула. Я повернулся, чтобы дать такой же сигнал Молли, которая выглядела бледновато, но ситуацию контролировала. Она также кивнула, и мы покинули это крыло «молла».

Я напряженно прислушивался. Слушать — мой талант, может, потому, что я чародей, а может, потому, что некоторые люди действительно хорошо слышат. Различить почти ничего не удавалось, однако кое-что я все же услышал — шаги, приближавшиеся к разбитой входной двери «молла», по скрипящему битому стеклу и прочему мусору.

Что-то достаточно быстрое, чтобы мимоходом сломать человеку шею, и достаточно сильное, чтобы швырнуть машину в стеклянную стену, только что проникло в «молл» за нашими спинами. Я решил, что очень, очень разумно будет не дать ему узнать, что мы здесь и пытаемся улизнуть.

И мы справились, медленно, тихо шагая по «моллу», раскинувшемуся со всех сторон тремя этажами темных магазинов, пустынных бутиков, запертых решеток и дверей. Миновав центральную площадь и еще десяток магазинов, я остановился: здесь наши голоса уже не должны были услышать.

— О Боже, — проскулила Сара придушенным шепотом. — О Боже мой. Что происходит? Это террористы?

Возможно, у меня нашелся бы более вежливый ответ, если бы она не прижималась ко мне всем телом, практически обнаженным выше пояса, теплым, гибким и трепещущим. Адреналин, вплеснувшийся в мою кровь, когда нас чуть не раздавило машиной, настиг меня, и неожиданно я понял, что сам едва сдерживаю дрожь. Внезапно мне отчаянно захотелось сорвать лямки красного топа и поцеловать Сару, просто чтобы ощутить, насколько это приятно. Однако по здравом размышлении это казалось не слишком уместным.

— Ну-у, — промямлил я, заставляя себя посмотреть туда, откуда мы пришли. — Это… ну да, какие-то плохие парни. Ты ранена?

— Нет, — ответила Сара.

— Молли?

— Я в порядке, — сказала моя ученица.

— Комната охраны, — напомнил я.

Секунду Сара пристально смотрела на меня.

— Но… но я не понимаю, почему…

Я решительно закрыл ей рот ладонью.

— Сара, — сказал я, поймав ее взгляд — что оказалось непросто, — я уже попадал в неприятности и знаю, что делаю. Ты должна мне довериться. Идет?

На мгновение ее глаза расширились. Она легонько коснулась моего запястья, и я позволил ей оттолкнуть мою руку от ее губ. Сглотнув, Сара кивнула.

— У нас нет времени. Нужно немедленно отыскать комнату охраны.

— Х-хорошо, — сказала она. — Сюда.

Сара вела, а мы следовали за ней, крадясь в пещеристом полумраке неосвещенного «молла». Молли прильнула ко мне, чтобы прошептать:

— Даже если мы найдем охранников, что они смогут против существа, которое способно на такое?

— У них есть рации, — прошептал я в ответ. — Мобильные телефоны. Они знают все выходы. Если нам не удастся вызвать помощь, они скажут, как вывести этих людей отсюда…

Свет начал загораться и гаснуть — не мигать, не ритмично включаться и выключаться, а делать это асинхронно. Сначала огни на несколько секунд вспыхнули в отделе на третьем этаже. Затем потухли. Несколько секунд спустя озарилась дальняя секция второго этажа. Погасла. Затем на мгновение вспыхнуло одно из дальних крыльев. Словно какой-то ребенок баловался с кнопками.

Затем прокашлялась и взвизгнула система местного оповещения. Умолкла, снова ожила.

— Проверка, — раздался из колонок сухой, скрипучий голос. — Проверка — раз, два, три.

Сара застыла, потом опасливо попятилась, глядя на меня расширившимися глазами. Я шагнул к ней, и она прижалась ко мне дрожа.

— Отлично, — продолжил голос. Он был ужасен — словно у одержимой дьяволом в исполнении Линды Блэр, только еще хуже. — Полагаю, теперь вы все меня слышите.

А ведь мне уже доводилось иметь дело с обладателями подобных голосов.

— Твою мать, — пробормотал я.