Ванька 2 (СИ) - Сергей Анатольевич Куковякин

подтекстом. Знаем, знаем, мол таких — нормальные ребята…

— Не бывал в ваших краях, но слышал. Великорецкий крестный ход, это у вас ведь?

Я утвердительно кивнул.

Где же ещё? Великорецкий — один из крупнейших крестных ходов по России. С пятнадцатого века своё начало ведёт. Из Вятки на реку Великую.

Пока с высоковскими враждовали, Федору покидать село было нельзя. Больше всего он как раз из-за этого переживал и сокрушался. Ну, что текущим летом в рядах паломников на Великую быть не может. Евдокии не раз говаривал, что она в этот год за себя и за него. Вздыхал ещё при этом огорчительно.

Тут к Илье Ильичу из-за соседнего столика гость подошёл. Поздоровался как полагается. Илья Ильич ему тем же ответил.

На меня подошедший со значением посмотрел, глазами у Ильи Ильича поинтересовался. Кто мол такой и можно ли в его присутствии вопрос задать.

— Говори, Донат Всеволодович, говори. Не опасайся.

Собравшиеся в «Орле» Илью Ильича все как есть уважали. Может и не любил его кто, кто-то завидовал, а кто-то и обидку затаил, но уважали — поголовно. За энциклопедические знания, честность и вообще. К разряду богатых антикваров Илья Ильич не относился. К средним по богатству? Ну, если к нижнему уровню середнячков. Откровенно бедный и ведущий своё дело на чужие деньги — это опять же не про него.

Часто за консультациями к нему обращались. Особенно — в спорных вопросах. Мог и умел он рассудить. Своё мнение обосновать и всё по полочкам разложить.

Особенно, когда дело подделок под старину касалось. Развелось их в первопрестольной… Даже опытные антиквары порой обмишуривались.

Подошедший ещё раз на меня взгляд кинул.

— Говори давай, Донат Всеволодович. Если бы наедине что-то сказать было надо, не стояли бы Вы тут сейчас. Головушка Ваша лучше всякой счётной электромеханической машины Германа Холлерита работает, наперёд последствия прогнозирует.

Илья Ильич ещё и укоризненно головой покачал.

Что мол время тянешь и выделываешься.

Я на произнесённые имя и фамилию не прореагировал. Не на того учился. Вот если бы, к примеру, студенчество моё в столичной Плешке протекало, то — другое дело. Герман Холлерит — основатель компании IBM. Хорошие денежки он на первой всеобщей переписи в Российской Империи заработал, про его электрическую табулирующую систему газеты писали. Ну, а Илья Ильич до газет был большой охотник.

— С Вашим торговым предприятием всё хорошо? — начал издали Донат Всеволодович.

— Донат… К делу…

Илья Ильич вытер потный лоб полотенцем.

— Не тяни кота…

— Несколько антикварных заведений Москвы в последние ночи были ограблены…

Донат Всеволодович с Ильи Ильича глаз не сводил, реакцию на свои слова ловил.

— Не мне ли, Вы, это приписать желаете?

Илья Ильич отставил чашку с чаем. Вроде и шутливо сказал, но лицо его стало серьезным.

— Нет, нет, нет… Что Вы…

Донат Всеволодович своими руками мельницу изобразил.

— У меня всё в порядке. Кто на моё торговое заведение покусится… А, что взяли?

Последнее было не праздным вопросом. Сколько раз уже случалось, украдут что-то в одном антикварном магазине и в аналогичный через улицу несут.

— Старинные иконы, — прозвучало в ответ. — Остальное не трогали.

Глава 38

Глава 38 Про иконы и грехи

У Ильи Ильича охота пить чай как-то сразу пропала.

Старинные иконы…

Вопрос тут весьма непростой. В отношении их покупки и продажи. Для верующего человека. Илья Ильич же верующим был.

Давным-давно, как только он своё торговое заведение открыл, Илья Ильич решением данного вопроса и озаботился.

Иконами торговали. Повсеместно. Но, правильно ли это? Мало ли что другие делают…

Илья Ильич в храм пошёл. К батюшке. Тот ему всё и разъяснил.

Начал священник с истории вопроса. Пыль с неё смёл. Напомнил, что иконопись ведет своё начало ещё с апостольских времен. Что первым запечатлел святой образ Божией Матери апостол Лука на деревянной столешнице. Что на Русь иконописание пришло из Византии в далеком десятом веке. Вместе с Крещением. Именно тогда в каждом русском княжестве, как правило при церквях, открылись иконописные школы и мастерские. Иконописцы создавали изображения святых образов и продавали их на ярмарках или городских рынках. Причем, либо сами, либо через торговых людей.

Работы иконописцев стоили дорого. Плюс, к иконе изготавливался оклад, позволяющий ей дольше сохраняться. Простолюдины не могли себе позволить заказывать изображения святых ликов у мастеров иконописи. Этим и пользовались богомазы, копировавшие образа через специальные кальки. Их иконы стоили несравненно дешевле и были более доступны.

— Не грех, это, святые лики продавать, — изрек тогда батюшка. — Значение имеет цель продажи. Не запрещается продавать иконы, если деньги пойдут на благое дело — лечение больного, покупку еды… Нельзя такие деньги тратить на игру, алкоголь, оплату кредита или займа ростовщику.

При этом святой отец перед лицом Ильи Ильича даже пальцем покачал. Наверное, чтобы тот лучше запомнил.

— Икона — символ веры, а не художественная картина. Отношение к ней должно быть почтительным. Продавая икону, нужно делать это так, чтобы не нанести обиду святому лику, надо обращаться с ней благоговейно… Себе вреда не нанести.

Священник пристально-пристально тогда на Илью Ильича посмотрел. Всё ли он правильно понял.

— Грех не в продаже святыни, а в неверии в Бога. Ещё грех — это перепродажа образов с целью наживы… Другое дело, если икона создана своим трудом. Тут в продаже её греха нет. Надо только продавать свои творения с благословения священнослужителя.

Сколько лет прошло с тех пор, а слова батюшки Илья Ильич крепко помнил. На иконах не наживался. Приносили их к нему не мало. Платил антиквар за иконы сколько мог достойно. Часто и реставрировал их. При продаже только свои расходы покрывал, прибыли от такой торговли у него не было. Возможно, поэтому и больших богатств не нажил. Ну, как некоторые другие.

— Старинные иконы говоришь, Донат Всеволодович…

— Да, Илья Ильич, только их. Больше ничего.

Подошедший к столику Ильи Ильича и Ивана изобразил удивленное лицо. Вот де, какие чудеса.

— Пусть мне списочки сделают. Я настороже буду.

Илья Ильич изобразил своей рукой, будто пишет он что-то.

— Хорошо, передам…

Донат Всеволодович поклонился и за свой столик вернулся.

Илья Ильич с шеи полотенце снял и на стол его бросил. Некогда ему сейчас в «Орле» чаи гонять. Пусть белый день теперь, а ограбления и происходят в ночное время, но — раз на раз не приходится. В его антикварном заведении в сей момент только супруга, содержать помощника Илье Ильичу не по карману. Ворвутся разбойники и пострадать она может… Как он сегодня на Старой площади из-за денег чуть жизни не лишился.

В его магазинчике иконы были. Старинные. Ценные. На виду стояли. Вот и покусятся на них…

Я же при этом разговоре как гончая собака стойку сделал.

Так, так, так… И на моей улице грузовик с пряниками перевернулся. Искал антиквара, а он — вот на тебе. Илья Ильич, похоже, как раз антикварным бизнесом и занимается. Причем, человек в нём не последний и уважаемый. По разговору с подошедшим это было заметно.

После сообщения о ночных грабежах Илья Ильич что-то даже в лице изменился. Тревожат его данные события. Надо бы как-то, пока не поздно, поближе знакомство с ним завести.

— Иван, извини, мне по делам срочно надо…

Илья Ильич половому знак подал, а когда тот подошёл, деньги ему сунул.

Тут я немного понаглеть решил. Уйдёт сейчас антиквар, а где мне такой случай ещё представится? Тут то, Илья Ильич как бы мне в некотором роде обязан. Понимает он, что жизнь и здоровье его не чайник чая стоят.

Откажет, так откажет. Что я теряю?

— Илья Ильич, это Вы из-за ночных нападений?

Антиквар на какой-то момент аж замер. Угадал я.

— Да.

С некоторым непониманием на меня смотрит. Куда де солдатик не в своё дело полез.

— Вам охрана не нужна? А, то я могу…

Глава 39

Глава 39 Продавец игрушек

Торговать игрушками в Москве ой не просто…

Конкуренция очень уж велика.

Отметаем сразу в сторону мелочь всякую. Кто с рук их предлагает или в маленьких лавочках. Хотя, своего покупателя и они имеют, но это — только крошки пирога.