Док и его кот (СИ) - Башибузук Александр

— Бель, моя роза!!! — мужик в жилетке и нарукавниках широко раскинул руки и изобразил на физиономии искреннюю радость.

В глазах мисс Морган немедленно зажглись злые огоньки.

— Зигги, если ещё раз назовёшь меня так — пристрелю!

— Моя ро… — хозяин салуна мигом осёкся. — Мисс Морган…

— Три комнаты… — ледяным тоном бросила Бель. — Мне — мою, девочки поместятся в одной и ещё одну для мистера Вайта, рядом с нашими. И отведи ещё несколько для вечерних гастролей. Начнем в семь вечера…

Глаза белокурой девицы мгновенно навелись на меня. Оценивание длилось всего мгновение, после чего она безапелляционно заявила грудным, зычным голосом:

— Я приготовлю ванну для мистера Вайта!

— Приготовишь и уберёшься вон! — резко оборвала её Бель. — Понятно, моя курочка?

Девица резко поскучнела и ответила мисс Морган пренебрежительной гримасой.

— Конечно, конечно, мисс Морган! — радостно закудахтал Йодль. — Вы получите лучшие комнаты, всё будет исполнено. Мистер Вайт, оставьте своих лошадей на попечение моего конюха. Уверяю, они получат самый лучший уход по эту сторону Скалистых гор! Вещи немедленно поднимут к вам в комнату.

— Зигги такой радушный, потому что надеется получить по двадцать центов с каждого доллара заработанного моими девочками, — хмыкнула Бель. — Но получит только десять.

— Бель… — Зигфрид Йодль ошарашенно уставился на мисс Морган. — Побойся бога!

— Десять и ни цента больше!

Я не стал слушать препирательство хозяйки борделя с хозяином салуна, слез с жеребца и отдал поводья седому негру, который немедленно увёл его вместе с вьючными лошадьми.

После чего пошёл за Эльзой.

Сам салун так и не увидел, потому что в гостиницу мы прошли через отдельный ход. «Лучшая комната» оказалась небольшой каморкой с облезлым потолком и стенами. Окно присутствовало всего одно и то забитое досками. Из всех предметов роскоши в апартаментах наличествовали только жестяные кувшин с тазиком, да эмалированный горшок с ручкой под односпальной железной кроватью с ржавыми шишечками на спинках. Ах да, про облезлую и пыльную бизонью шкуру на полу забыл…

— Если вы пожелаете, чтобы я помогла вам принять ванну, мистер Вайт… — Эльза картинно подбоченилась, уперев руку в талию. — Только скажите!

Но, так и не дождавшись предложения, насмешливо хмыкнула, совершила чёткий поворот кругом и отчаянно виляя крепким задом, убралась из номера.

Муся проводил девицу неприязненным взглядом, запрыгнул на кровать, походил по ней, скрутился в клубок и моментально задремал.

Я прошёлся по номеру, приподнял краешек мятой, буроватого цвета простыни, вздохнул и тоже сел на кровать.

Никуда не денешься, надо привыкать, в любом случае, этот «парадиз» лучше, чем ночевать на голой земле с седлом под головой. А там глядишь, может, и обзаведусь своим домом. Как вариант, можно переехать в крупный город. В Нью-Йорк, к примеру, либо… в Россию вернуться…

— Но потом… — хмыкнул я и начал отвязывать с себя чапсы[6].

Через пару минут две чернокожие служанки приволокли средних размеров жестяное корыто, после чего принялись споро таскать в него кипяток в ведрах. А когда закончили, весело стреляя глазками, сообщили, что могут помочь мне принять ванну.

Я пошарил в кошельке, наделил их двумя пятицентовыми монетками, но отправить восвояси не успел.

В комнату быстрым шагом вошла Бель, сама жестом отправила их прочь, а мне с улыбкой заявила.

— Уж лучше меня, вас точно никто не отмоет.

Отказываться я не стал и уже через пару минут сидел в корыте весь покрытый душистой пеной. Почему бы и нет, тем более, она притащила с собой мыло, мочалку и даже полотенца.

Во время помывки Бель не устраивала никаких посягательств на моё достоинство, однако от скользящих по коже женских ладошек мужское естество всё равно приобрело твёрдокаменное состояние.

— Так, что тут у нас? Ого… тяжёлый случай… — миссис Морган озабоченно покачала головой, плеснула водичкой на указанную часть моего тела и деловито скомандовала: — Вам придётся встать, мистер Вайт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хихикнула и взялась за дело.

Неожиданно в коридоре послышался быстрый топот каблучков, через несколько секунд дверь с треском отворилась, на пороге возникла мисс Меллори и гневно затараторила.

— Мистер Вайт, я решила простить вас за ту мерзость, что вы устроили с этой, шлю…

И запнулась на полуслове, изумлённо вытаращив глаза на меня. А точнее, на часть моего тела во рту миссис Морган.

Через несколько секунд гробового молчания, Пруденс наконец вернула себе способность говорить.

— Вы, вы… — мисс Меллори задохнулась, возмущенно фыркнула и выскочила из комнаты, напоследок хлопнув дверью так, что с потолка осыпалась штукатурка.

Бель пожала плечами и вернулась к своему занятию. А после того, как закончила, улыбнулась, шутливо отдала честь и тоже ушла.

Я тяжело вздохнул. Вот, пожалуй, главная причина, по которой я избегаю долгих и прочных связей с женщинами. Бель понять можно, ей надо меня удержать рядом с собой хотя бы на время пребывания в Вирджиния-Сити. Ну а Пру какого хрена надо? Ничего не обещал, никаких намёков, а она, видите ли, меня прощает. За что?

Впрочем, хрен на неё.

С момента попадания у меня неожиданно образовался очень внушительный гардероб. Немного поразмыслив, я выбрал чёрный костюм тройку с удлинённым сюртуком, белую льняную рубашку и чёрный шёлковый галстук. Получилось очень неплохо — меня бы с радостью взяли в любой голливудский вестерн на роль главного злодея.

Щегольские никелированные Ремингтоны модели 1875 года, доставшиеся от ублюдка Хопкинса, бросил в номере, и вооружился своими «Смит-Вессонами». А ещё немного поразмыслив, оставил при себе только один револьвер, так как таскать такую тяжесть надоело ещё в дороге. А в качестве компенсации боевой мощи, сунул в карман компактный «Мервин и Хьюберт», взятый трофеем в пещере.

С выходом в свет пришлось ненадолго повременить — ждал, пока чистили мои сапоги.

А когда, наконец, собрался, щёлкнул пальцами.

— Ну что, Мусий, пора в свет?

Сибиряк потянулся, чихнул и лениво спрыгнул с кровати.

Современных питейных заведений в стиле вестерн, я навидался вдосталь, а вот аутентичных, понятное дело, не видел ни разу — поэтому меня просто распирало любопытство.

Ожидания оправдались — примерно так я и представлял себе настоящий салун Дикого Запада.

Длинная обшарпанная стойка, разнокалиберные бутылки на полках, лосиные и бизоньи головы на стенах, тележные колеса с оплывшими сальными свечами под закопчённым потолком, плотная взвесь табачного дыма, смрад горелого жира, щедро разбавленный запахами сивухи, кислого пива и ещё чем-то непонятным, но тоже удивительно вонючим.

И битком набитый разнообразной публикой мужского пола зал — судя по всему, народ торчал здесь в ожидании вечерних «гастролей» девочек миссис Морган.

Как только перешагнул порог, жуткий гул в зале мгновенно стих, посетители все до одного разом уставились на меня.

Многие мои современники, при виде этих рож немедленно упали бы в обморок. Особенно учитывая то, что все в салуне были вооружены.

Вот и у меня по спине побежали мурашки и захотелось немедленно сбежать.

И лишь только стиснув до скрипа зубы, я заставил себя сдвинуться с места.

— Дзинь, дзинь… — при каждом моем шаге в мёртвой тишине раздавался ритмичный и мелодичный звон колесиков на шпорах.

Добравшись до стойки, я остановился и в упор посмотрел на усатого бармена в котелке.

Мусичка элегантным прыжком взлетел на табурет рядом и нагло уставился на зал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я слегка помедлил и лениво процедил:

— Бутылку лучшего виски и блюдце молока для моего друга…

Думал, бармена на месте удар хватит.

— Бу-бу-ду… — он резко начал заикаться и смертельно побледнел. — Бу-бутылку… к-конечно, м-мистер…

Сдержаться от улыбки удалось с трудом. Как всегда, глаза и рожа сработали должным образом.