Операция «Ребенок» - Сьюзен Дай

Камерон почувствовал знакомую тяжесть внизу живота, и заставил себя оторваться от Лекси… Прикасаться губами к ее пьянящему телу было слишком опасно теперь, когда желание еще только зарождалось.

Он еще несколько раз провел расческой по ее роскошным локонам цвета молотого кофе.

— У тебя самые красивые волосы на свете, — сказал он хрипловатым голосом. Лекси обернулась и посмотрела ему в глаза. — Я люблю, когда ты их распускаешь, как сейчас.

И он пригладил распушившиеся пряди. Лекси едва не застонала от блаженства.

— Я знаю, — мягко ответила она.

Он посмотрел ей в глаза с неприкрытой страстью, и в эту минуту они остались одни в целом мире. Они вошли в этот общий мир, принадлежавший им когда-то, так легко и свободно, будто никогда не покидали его.

Камерон накрутил на палец блестящий темный локон Лекси и поцеловал его, потом снова посмотрел на нее долгим взглядом. Лекси охватил огонь желания. Она уже была готова притянуть Камерона к себе, забыв обо всех наслаждениях длинной прелюдии, но тут он отступил на шаг и взял со стола оставленные там полотенца.

Сложив одно из них пополам, он протянул руку Лекси. Она поднялась. Тогда Камерон перекинул полотенце через спинку стула — получилось нечто вроде подушки. Опустившись на это импровизированное кресло, Лекси наблюдала, как он скатывает второе полотенце в небольшой валик. Потом он повернул стул так, что Лекси оказалась спиной к раковине, и, заставив ее откинуться, подложил это полотенце ей под голову.

Она закрыла глаза, и через секунду услышала журчание воды и почувствовала, как Камерон запустил пальцы в ее волосы. Следя, чтобы вода не попала ей в лицо, он намочил ей голову, потом вылил себе в ладонь немного земляничного шампуня и вспенил его во влажных волосах Лекси. Затем неторопливо начал массировать ее голову, и она почувствовала, как все напряжение прошедшей недели уходит и в самой глубине ее естества разгорается желание.

Почему они вместе — это не имело значения. Главное, что они вместе сейчас. Она забыла обо всем на свете. Только Камерон, и запах земляники, и неудержимое желание, от которого замирало сердце…

— Лекси…

Его низкий страстный голос проник в ее мысли. Он осторожно поднял ее голову. Журчание воды смолкло. Она почувствовала, как мокрые волосы упали ей на спину.

Подняв ресницы, Лекси взглянула прямо в прозрачные голубые глаза Камерона. Он смотрел на нее не мигая. Страсть захватила их. Он провел пальцами по маленьким пуговицам на ее платье. Расстегнув верхнюю, он снова взглянул на нее, как будто спрашивая разрешения проникнуть в тайник ее тела.

Лекси едва заметно кивнула и прошептала:

— Да…

Услышав это слово, он чуть не сошел с ума. Нарочито медленно он расстегнул остальные пуговицы. Его руки дрожали от нетерпения. Добравшись до пояса, он одним движением развязал его и потянул платье вниз. Под тонким кружевом лифчика просвечивали отяжелевшие розовые соски.

Желание обожгло Камерона.

— Лекси. я больше не могу. Я хочу тебя.

В ответ она расстегнула лифчик, обнажив белые округлые груди.

Камерон на секунду замер, ошеломленный представшей его глазам красотой.

Он чувствовал себя будто во сне, слишком прекрасном, чтобы быть реальностью. В оцепенении он смотрел, как Лекси встала и скинула лифчик. Легким движением она освободилась от спущенного на талию платья, и, наконец, на пол упали белые кружевные трусики.

На секунду Камерон зажмурился, потом снова открыл глаза. Его желание было почти болезненным. Очнувшись от непроходящего ощущения нереальности, он быстро скинул с себя шорты и плавки.

Затем он подошел к Лекси, чувствуя ее близость даже на расстоянии. Между ними будто проскочил электрический разряд. Он прижался к ней всем телом. Лекси села на стул.

— Я не знаю, смогу ли я медленно, — прошептал он, понимая, что все его намерения разлетелись в пух и прах. Он ощущал все женственные изгибы ее пленительного тела и уже не мог владеть собой.

— Я и не хочу медленно, — сказала Лекси ему на ухо, и он прижался губами к ее нежной шее. Потом он потянулся к ее губам и жадно припал к ним, настойчиво проникая языком все глубже.

— Я хотел тебя с той самой первой минуты, — прошептал он, с трудом оторвавшись от нее.

— Я тоже.

— Ты такая красивая, такая манящая, такая…

Наклонившись к ее груди, он обвел языком тугой сосок, затем взял его в рот и стал потихоньку посасывать.

— Камерон… — простонала она. — Я так скучала по тебе.

Она изогнулась, крепче прижимаясь к его восставшей плоти.

Камерон поднял голову и взглянул на нее. Ее полузакрытые глаза потемнели от желания. Он опустил руку и погладил шелковистые складки, увлажнившиеся от его прикосновения.

— Сейчас, — выдохнула Лекси. — Я не могу ждать.

И она обвила его ногами. Камерон склонился над ней и крепко обхватил ее за спину.

Прижимая Лекси к подушке, он быстро вошел в нее. Горячая волна наслаждения захлестнула ее. Камерон чуть подался назад, только для того, чтобы снова войти в нее, еще глубже… Снова и снова…

— Камерон… — простонала она, впиваясь ногтями ему в спину. Ее тело и душа слились в экстазе, казалось, еще немного — и произойдет взрыв. И вот что-то действительно взорвалось в глубине ее тела, будто бушующие волны прорвали плотину и устремились на волю, наполняя каждую ее клетку удовлетворением.

Она любила его больше, чем когда-либо. Сладкие слезы текли по ее щекам, а он все продолжал, и от непрерывной череды взлетов и падений она уже едва дышала.

Ее стоны и бессвязные слова еще сильнее распаляли Камерона, и он погружался все глубже, чувствуя, как разгорается ее страсть. Вот она прошептала его имя, а потом еще что-то, но он уже не мог ничего понять, взлетая и падая вместе с ней. А Лекси все выгибалась под ним и дышала сладостно, прерывисто, и наконец он не выдержал. Толкнувшись в нее последний раз, Камерон мощно извергся и теперь обнимал ее, опустошенный, оглушенный наслаждением.

— Единственная, — выдохнул он, прижимаясь губами к ее влажной от пота коже. — Я не встречал никого похожего на тебя, Лекси… Никогда.

Сердце Камерона готово было разорваться от переполнявшего его чувства. Он не хотел думать о том, что это за чувство, зная только, что это нечто всепоглощающее, неудержимое и пугающее. Его мысли текли плавно и свободно. Наконец ее руки скользнули вниз по его спине, она вздохнула.

Ничто не нарушало тишины, кроме их дыхания да еле уловимого звука капающей воды: Камерон не до конца закрыл кран. Когда их сердца стали биться ровнее, Камерон оторвался от Лекси, только теперь осознав, как все произошло — он овладел ею прямо на стуле в полутемной кухне стремительно и исступленно…