Любовь с первого взгляда - Кейт Клейборн

на настольный календарь и увидела запись на завтрашний вечер. Если перевернуть страницу, то в следующем месяце будет та же запись. И через месяц, и еще через месяц.

– Вроде ежемесячных поэтических чтений? – спросила она скорее риторически.

– У вас в доме каждый месяц проходят поэтические чтения? Эм, да. Это, я бы сказала, странно.

Ум Норы уже взрывался идеями. Хотелось бы знать, где был весь креатив на звонке с Остином, когда они пытались найти решение для адского эко-инфлюенсера, но теперь уже не важно.

– Это не странно, – пробубнила она. Затем посмотрела на экран и улыбнулась изображению подруги. – Но я превращу это в настоящее безумство.

♥ ♥ ♥

Поначалу Нора не сомневалась в полной поддержке Нонны.

Во-первых, погода была настоящим подарком свыше: тепло, но не влажно, ни облачка на сумеречном небе. Легкий ветерок играл разноцветными бумажными фонариками, висевшими на веревке, протянутой от одного угла забора до другого. Все было таким идеальным, что Нора даже лишний раз проверила погоду в приложении на телефоне, вдруг на них надвигалась внезапная гроза.

Но нет – небо обещало быть ясным на протяжении еще как минимум шести часов.

Для чтения поэзии времени предостаточно.

Но дело было не только в погоде. После звонка с Дипой днем ранее она решила составить список, который получился длинным – правда, невероятно длинным, – а затем спустилась к Мэриан с Эмили, нервничая из-за того, как Мэриан отнесется к просьбе изменить свои ежемесячные планы и получится ли воплотить задуманное до конца.

Но, как и с погодой, все вышло просто идеально. Мэриан не только поддержала ее, но и сразу же – в духе крутой учительницы, какой она была несколько десятилетий, – приступила к работе над вечерней… э, усовершенствованной… повесткой, пока Нора с остальными соседями занялись логистикой. Ой, почти все приглашенные в последний момент смогут прийти? Отлично. У флориста из Уэст-Фуллертона оказалась целая охапка цветочных венков по огромной скидке из-за отменившегося мероприятия? Великолепно. Бенни собирался принести ящик того самого американского пшеничного эля, которым угощал Уилла пару дней назад? То что надо. Ой, у парня через пару домов были микрофон и динамик, которые можно было взять взаймы? Почему бы и нет?

К семи двор был забит под завязку, воздух наполнился шумом людских голосов, разносился аромат мяса на гриле, за которое с гордостью отвечал мистер Салас, согласившийся на участие только при условии, что не будет читать никакой поэзии.

Так что вечеру недоставало лишь одного.

Появления внезапно пропавшего Уилла Стерлинга.

Нора сидела за приветственным столиком, который они с Бенни поставили у забора. Она поправила венок из маргариток, водруженный на голову, затем одернула верх хлопкового сарафана со спущенными плечами, который выбрала, – длинный и струящийся, по ее мнению, он подходил заявленной теме «Майского вечера». А под ним босые ступни касались прохладной, сухой и колкой травы, она позволила себе прочувствовать этот момент, успокоиться, но все еще вертела что-то пальцами и высматривала шумную машину Уилла на дороге.

Он заезжал утром, сказала Эмили. Она видела, как он заносил банки с краской в квартиру Донни, но два часа спустя заметила, что машины уже нет, а больше он не приезжал, включая все время их подготовки. Нора считала, что он взял отпуск, что собирался проводить в доме все дни и ночи напролет. Но если он не приедет, у Мэриан все еще будет прекрасный поэтический вечер.

А вот Нора останется с носом.

Она уже начинала терять надежду, красивая коробочка перед ней была почти пуста, когда Нонна снова помогла ей, – машина Уилла прогрохотала по гравию и припарковалась, и Нора даже сцепила руки, чтобы не вскинуть их в победной радости.

Он вышел не сразу, отчего ее обдало волной удовлетворения. Через лобовое стекло его лица было не разглядеть, но Нора воображала, каким хочет его увидеть: округленные от удивления глаза, отвисшая челюсть. Она надеялась, что он уже готов бежать куда подальше.

Но, выйдя из машины и выпрямившись во весь рост, Уилл хлопнул дверью и не выглядел как трус, готовый бежать.

Он был спокоен, полон самообладания и удивительно красив, потому что на нем были его ужасные (ужасно прекрасные) очки. Одет он был не так просто, как обычно, – не в больничную форму, джинсы или выцветшую футболку. На нем были темно-синие брюки по ноге, в них была заправлена выглаженная голубая рубашка с аккуратно закатанными до локтей рукавами.

Она подавила вздох. Но не восхищения! А злости.

Видя, что он идет, Нора снова одернула верх ее вдруг показавшегося слишком богемным сарафана. «Не надо нервничать, – выговаривала она себе. – Ты к этому готовилась».

– Привет, – сказала она весело. – Как раз вовремя!

И все-таки она немного нервничала, потому что на какой-то миг, когда он подошел и остановился перед ней, его взгляд задержался на ней: сперва на цветочном венке, затем спустился ниже, скользнув – так быстро, что ей вполне могло лишь показаться, – по обнаженной коже плеч.

Он прочистил горло и поправил очки, а Нора подумала: «Вот он. Вот кто в твоем вкусе».

– В честь кого вечеринка?

Нора пожала плечами, точно не думая, что этот жест очень выгодно подчеркнул ее плечи.

– В честь всех. Целого дома! Я очень рада, что вы смогли приехать.

– Уверен, вы понимаете, что такого намерения у меня не было. – Он осмотрелся, уловив взглядом микрофон в глубине двора, и нахмурился. – Что бы это ни было за мероприятие.

В ответ Нора улыбнулась.

– Это ежемесячные поэтические чтения Мэриан! – Она обвела рукой весь двор. – Разве не здорово? Может стать немного шумно, зато весело. И хорошо, что вы здесь, сможете проникнуться. Может, оставите своим… арендаторам заметку. Чтобы знали, чего ожидать.

Он посмотрел на нее, вздернув бровь.

– Представить не могу, как вы добились разрешения на такое мероприятие.

Она постаралась обойти вопрос, чтобы не солгать.

– Да вы жить не можете без разрешений, – съязвила она.

– Как и без Чикаго.

Она поправила вещи на столе, которые и так лежали ровно. Поняла, что поэтические чтения при публике, большей части которой за шестьдесят, вряд ли будут шумными. Куда важнее было то, чтобы Уилл полагал: в их доме так постоянно.

– Ну, как я и сказала, это мероприятие проходит каждый месяц.

– «Это»?

Она кивнула.

– Оно самое крупное. Но мы вообще много чем занимаемся.

– Да неужели?

Нора подняла на него взгляд и прищурилась. Наверняка таким тоном он говорил с детишками в отделении «Скорой помощи», которые клялись, что понятия не имеют, откуда у них в носу изюм, монетка или деталька лего.