Скучная Жизнь 2 - Виталий Хонихоев

Потому что спина у Соен тут же выпрямилась и задеревенела, как будто она на пороге с саблезубым тигром встретилась. Бон Хва выглянул из-за спины Соен и … так и есть, у них маленькая квартирка, а потому прихожей не существовало как понятия. Вот прямо от открытой двери была видна кухонька, по которой порхала едва одетая Чон Джа, как обычно – в его футболке на голое тело. И если он уже привык к такому зрелищу, оправдывая его для себя тем, что кондиционер у них еле работает, в квартире бывает душно, а Чон Джа его за своего младшего брата держит… то Соен конечно могла понять все не так!

- Ты пришел! – Чон Джа оборачивается на звук открывающейся двери и недоуменно моргает, увидев Соен.

- Здравствуйте! – Соен тут же кланяется, как вежливая девушка: - извините за беспокойство!

- Ээ… да конечно. Проходите… - Чон Джа наконец видит его за спиной у Соен и расслабляется: - конечно проходите! Добро пожаловать! Дорогой, ты почему не предупредил что у нас будут гости?

- Дорогой? – Соен бросает быстрый взгляд на Бон Хва: - прошу прощения, что помешала вашей семейной жизни…

- Это она шутит! У нее такие шуточки! Она… моя родственница! – тут же находится Бон Хва: - далекая! Из деревни!

- Меня зовут Чон Джа. – наклоняет голову девушка: - я … эээ… племянница Бон Хва. Из деревни. Далекой деревни.

- Племянница?

- У нас запутанные семейные отношения. Бон Хва, почему ты не представишь свою подругу? – прищуривает глаз Чон Джа.

- Это Соен. Она моя одноклассница. А это – Чон Джа, моя… племянница, да. Из деревни.

- Из деревни, значит? – взгляд Соен тут же скользит по его футболке с изображением главы погребального бюро «Ваншэн» в седьмом поколении. Улыбающееся лицо Ху Тао на белом фоне никак не может скрыть тот факт, что под футболкой ничего больше нет. Жарко у них в квартире, вот что. Слишком жарко.

- Ээ… ну мы же родственники. У нас в деревне все так ходят. – оправдывается Чон Джа, проследив ее взгляд: - люди мы простые. Невзыскательные. Пойду я, пожалуй, накину что-нибудь на себя. А ты пока поухаживай за гостьей, чаю ей налей, что ли… - и она легкой бабочкой вспорхнула и исчезла в комнате, откуда тотчас раздались звуки выдвигаемых ящиков, хлопанье дверцей шкафа и сдавленные ругательства.

- … эээ, ну вот так и я живу. – говорит Бон Хва и ему становится еще более неловко. Ему и так было неловко от того, что Чон Джа тут стоит в одной футболке. А сейчас – стало неловко от того, что Соен наконец увидела в каких условиях он живет. Тесная квартирка, маленькая кухонька, старый кондиционер, газовая плита, белый холодильник, который был старше чем сам Бон Хва…

- Как классно! – говорит Соен и Бон Хва – не понимает. Она над ним издевается? Он смотрит на нее и видит, что она не издевается, на ее лице нет высокомерия или отвращения, скорее – интерес и любопытство. Но… почему? В том, как он живет – нет ничего интересного. Это просто жизнь.

- Можно пройти? – она не дожидается его ответа, скидывает туфли и скользит на кухню, оглядывается вокруг: - совсем как в дорамах!

- В дорамах? – моргает глазами он. В дорамах наоборот – все живут в шикарных домах с огромными бассейнами, летают на частных самолетах и заказывают черную икру с дорогим шампанским.

- Ага. Как в дорамах. Как в «Девушка, которая дворецкий», ну или там «Невеста чеболя из трущоб». Ну, где трущобы показывают. – кивает Соен: - ты и правда тут живешь? Здорово. А тут что? – она открывает какую-то дверцу и оттуда прямо на нее падает пакет с рисом. Она ловит его в полете и оглядывается на Бон Хва.

- Извини. – говорит она: - наверное это вся ваша еда на месяц, да?

- Мы бедные, но не настолько же!

- Как здорово. Так ты на самом деле бедный? – она разглядывает пакет с рисом: - дешевый, наверное. Вы где его покупали? На распродаже? Да?

- Я же тебе говорил, что я бедный! Не знаю, где она рис покупает.

- Вообще-то и я тоже не из богатой семьи. – признается Соен: - у нас даже самолета своего нет. Папа говорит, что свои самолеты только у мажоров. А у нас денег нет. Так что и ты и я – бедняки. Не переживай, я уже привыкла.

- Это … так не работает. – говорит Бон Хва и чешет себе затылок. Нет денег на личный самолет и нет денег чтобы риса купить на месяц – это разные уровни бедности. Хотя, какие к черту разные уровни?! Это вовсе не бедность, если на самолет не хватает! К нему домой никого и не пригласить, если сюда их компанию пригласить, то может и места не хватить, даже чтобы просто посидеть.

В этот момент хлопнула входная дверь. Бон Хва обернулся и увидел Юну, которая вошла с какими-то папками под мышкой.

- У вас опять дверь открыта, заходи, бери что хочешь. – говорит она, складывая папки на полку в прихожей: - у вас же райончик не очень, вы бы хоть запирались. Я тут дела кое-какие принесла, Бон Хва – передашь брату своему, пусть посмотрит. Чон Джа, привет. Что это ты в школьную форму вырядилась, опять с ним в свои фетишные игры играешь?

- Юна-нуна! – вскидывается Бон Хва, понимая, что она – приняла Соен за Чон Джа, все-таки она не умеет отличать людей по лицам и естественно предполагает, что дома у него может быть только Чон Джа.

- Я тебе уже говорила, что секс с несовершеннолетними вообще-то уголовное преступление. Хорошо, что Бон Хва на тебя заявление не напишет, но вы бы хотя бы запирали дверь, раз уж решили в «старшую школу разврата» поиграть. – Юна непринужденно вбивает гвоздь в крышку гроба Бон Хва и поправляет очки, строго глядя на него: