Орки под Коломной (СИ) - Зубов Константин

— Я полагаю, бессмысленно спрашивать, откуда и что именно ты узнал? — начал, наконец, Павел Михайлович и, видя, что ответа не будет, тщательно подбирая слова продолжил: — Тогда сразу главное: у меня просто пакт о ненападении с гномами и озерскими орками, совместную атаку на вас мы не планируем.

Привлекло внимание то, что он употребил слово «совместную» и будущее время. Это могло означать и то, что он имел в виду, и то, что он, подозревая в Мише или во мне какую-нибудь ментальную способность, заранее скрыл правду и высказался неоднозначно. А не совместную? А атаку при их поддержке? А раньше планировали?

Руки моего помощника неподвижно лежали на коленях, значит, по крайней мере в этой формулировке оппонент не соврал.

— Дальше.

Моя реакция однозначно нервировала Павла Михайловича, он явно не привык быть в положении оправдывающегося, но, стиснув зубы, он продолжил:

— Теперь подробности и экскурс в недавнюю историю… Еще до нашего первого контакта у нас было несколько заруб с гномами, озерскими и теми орками, чью крепость мы сегодня захватили. Мы их не избегали, народ приходил быстро, и потери были не критичны, а держать людей, убегающих при виде зеленой или бородатой рожи невыгодно… но все равно в основной массе гномы воспринимаются как хорошие. Да и ненормальным надо быть, чтобы со всеми воевать. Провели переговоры с бородачами и заключили пакт о ненападении…

Насколько я знаю принцип работы детектора лжи, его сначала настраивают, задавая вопросы, на которые допрашиваемый ответит очевидную правду вроде «как тебя зовут?» и подобные, а потом уже на отклонениях ловят. То, что сейчас говорил оппонент, мне сообщил еще убитый моей рукой его соратник Саша, и это могло помочь Мише поймать волну.

— Потом пришли вы и помогли нам отбить одновременную атаку двух поселений орков. Я думал на следующий день добазариться с гномами и добить озерских, но… снова пришли вы и забрали кучу народа… Пришлось довольствоваться несколькими совместными набегами, — Павел Михайлович паузами выделил момент, что мы помешали его планам. Меня это никак не тронуло, если бы не мы, их бы всех перебили предыдущим вечером, я молча продолжал смотреть на красные угли и струящийся над ними дымок. — Потом часть людей вернулась от вас, и гномы-таки согласились помочь нам захватить пик, но…

В руке Павла Михайловича появилась трубка, и, раскурив ее, он с несколько раз глубоко затянулся.

— Когда мы уже почти вышли, от них прибежал запыхавшийся бородач с длиннющим письмом на корявом русском и приложенной картой. Оказалось, что под боком у гномов все это время была большая крепость зеленомордых с пиком. Подробностей их отношений не знаю, но уже на третий день после прихода системы они заключили мир, — то ли от качества табака, то ли от воспоминаний Павла Михайловича скривило, и он сплюнул в костер. — А прям перед планируемой операцией эти ближайшие орки пришли к гномам и сказали, что если они не прекратят атаки на озерских, им устроят резню. В общем, эти ебланы зассали и решили не лезть.

Не глядя на Мишу, я понимал, что все сказанное правда.

— Расклады стали так себе. Обдумывали возможность в одно лицо штурмовать орков, но разведчики доложили, что им подкреп пришел. Можно было взять крепость, но пика это не давало. Можно было попробовать вас… но тут по ряду причин вариант отпал, — Мишины руки шевельнулись, но он их так и не сцепил. — В итоге стали искать пики в окрестностях… А потом прибежал от тебя человечек, и дальше ты знаешь.

Гладко стелет. Я снова активировал откатившееся «озарение». Ничего нового в голову не пришло.

— Ну и какого хера ты мне врал?

Павел Михайлович, наконец, устал сидеть на корточках и, откинув ветку, сел на землю. Помолчал, а потом указал на Михаила.

— Это же детектор лжи твой?

Ах ты ж сучок!

— Можешь не отвечать вижу, что да, — усмехнулся собеседник и обратился к моему помощнику. — Ты из каких? Пока не встречал еще, кто напрямую правду ото лжи отличает, обычно мимику считывают… или эмоции… А! Значит эмоции!

Да твою же мать, я пытался сообразить, как дальше повернуть беседу, но Павел Михайлович видимо подготовился заранее и вновь посмотрел на меня.

— Возвращаясь к твоему вопросу, начали мы с тобой не очень, да и продолжили тоже. Только сегодня я подумал, что тебе можно верить и то, сдается мне, скрываешь ты от сородичей координаты пиков, где врагов поменьше, чем в озерах… Вот видишь! Скрываешь!..

Как мы и опасались, лидер «Луховицких» обладал схожей с Мишиной особенностью и, читая мои эмоции как открытую книгу, явно получал удовольствие от происходящего.

—… И я тебя понимаю, ведь стремно, рядом с твоим другой город вырастает, можно и власть потерять…

А вот тут он не угадал, все до «власти» правильно, а вот именно она сама по себе мне не очень нужна, приятно, но не более.

Павел Михайлович считал это и запнулся, возможно, срочно изыскивая новые аргументы, вместо тех, что приготовил. Новые озвучить он не успел.

— Паша! Завали! Ебальник! — раздельно произнес я, и, видно, что-то в моем тоне или эмоциональном фоне заставило его на полуслове закрыть рот. — Ты сейчас вплотную приблизился к черте, когда я посчитаю, что даже как союзник ты неприемлем, и что проще тебя завалить, а твоих ребят обработать и их телами пробивать стены перед тем, как туда зайдут мои. Ты для этого мне не сильно нужен.

— Александр…

— Рот! Сука! Закрыл!

Кроме засвеченной им самим особенности по считыванию эмоций, у него могли быть и другие, вроде убеждения. И хоть, в основном, они завязаны на уровень, рисковать не хотелось, тем более рядом Михаил. Павел Михайлович не мой подчиненный, но увеличение авторитета с помощью подавления, насколько я понял, с разным коэффициентом, действует на всех.

— Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Если меня все устроит, потом я отвечу на твои. Вопрос первый, — я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями, тут главное правильно сформулировать, дай бог правильномыслия. — Есть ли группы разумных существ, с лидерами которых ты обсуждал нападения на нас?

Кинув быстрый взгляд на Мишу, оппонент сплюнул и процедил:

— Да.

— Перечисляй. Даты и результат.

— Гномы… и озерские… вечером того дня, когда сорвалась атака на них.

Ах ты ж падла. Чтобы не проткнуть его копьем я перевел взгляд на поляну за его спиной, где в заложниках стояли триста «Луховицких». Похоже от кровавой бойни нас отделяла тонкая грань.

— Почему не напали?

Даже в темноте я видел, как побелело лицо Павла Михайловича.

— Гномы затянули… да и орки много народу не хотели давать. В итоге раз отложили, другой, а тут и твой гонец подоспел. Я понял: они, не то чтобы боятся, но лишний раз связываться с вами не хотят, слухи же ходят… в общем твое предложение оказалось интереснее. Раз-другой посетить пик для моих это бешеный буст. Да и догадывался я, что ты про другие пики знаешь…

Нет, не просто тонкая… стенка мыльного пузыря, вот что отделяло нас от одновременной атаки гномов, орков и людей.

— За последние сутки контакты с ними были?

— Да какие теперь контакты, мы же взяли орочью крепость. Сейчас остатки перевозим со старого места, в любой момент может ответка прилететь.

С тех пор, как моего «телепата» раскусили, он лишь иногда переносил центр тяжести, чтобы не затекли ноги, но руки держал на коленях. Да и без него было ясно, разговор перешел на новый уровень откровенности.

— Другие группы разумных существ, с лидерами которых ты обсуждал нападения на нас, были?

— Ну проходили мимо человек триста, при первом контакте поднимали эту тему, но сейчас они в нас влились, так что они не считаются.

— Еще?

— Нет.

Правда.

— Какие планы на ближайшее будущее?

Я специально сделал ударение на слове «ближайшее», чтобы даже если он планирует напасть на нас в отдаленной перспективе, сейчас это не влияло на его ответ.

— С твоей помощью занять пик и строить там город вроде вашего, — Павел Михайлович смирился с происходящим и отвечал быстро не задумываясь.